Страница 20 из 88
ГЛАВА 6
Я выпрямилась так, насколько позволяли дрожащие ноги.
Внутри всё сжалось от страха, но я упрямо подняла подбородок. Если сейчас показать, что я боюсь, этот дракон — или кто он там — сожрёт меня даже без огня. Просто взглядом.
Кэр стоял передо мной, высокий, мрачный, с этим своим звериным блеском в глазах. В трактире стало так тихо, что было слышно, как потрескивают поленья в очаге и как где-то у дальней стены нервно звякнула кружка.
Я сглотнула.
— Я свободный человек, дракоша, — сказала я, стараясь, чтобы голос не сорвался. — И ты не посмеешь обратить меня в рабство. На каком основании?
Гойл рядом тихо издал звук, похожий на предсмертный стон.
Кэр медленно моргнул.
— Дракоша? — переспросил он.
Вот тут я поняла: кажется, начала плохо.
Очень плохо.
Но отступать было поздно. Я уже открыла рот, а значит, надо было говорить дальше. Может, если быстро извиниться, он не успеет меня убить.
— Я признаю, что сглупила, назвав тебя козлом, — поспешно добавила я. — Это было невежливо. Ты ведь прекрасный, добрый и величественный дракон…
В трактире кто-то закашлялся.
Кэр побледнел от ярости. Или мне показалось? Нет, точно не показалось. Его скулы напряглись так, будто он сейчас перекусит собственные зубы.
— Добрый? — тихо сказал он.
Гойл закрыл лицо ладонью.
Но меня уже несло.
— Да. То есть… наверное. Я не знаю. Я здесь недавно. В смысле… — Я запуталась, вдохнула и выдала самое глупое, что только могла: — Прости меня за мою глупость. Когда я вырасту, обязательно помогу тебе. Могу даже… ну… ухаживать за твоим драконом. Помыть его, например. Или выгулять. Кормить могу.
Пауза.
Очень длинная.
Такая длинная, что даже огонь в очаге будто перестал трещать.
Кэр смотрел на меня с выражением человека, который впервые в жизни не знает, убить сразу или сначала уточнить, что именно он только что услышал.
— ВыгулИть? — повторил он медленно. — Помыть? Прости? Дракоша?
— Ну да, — осторожно сказала я. — Раз ты его хозяин…
Гойл тихо прошептал:
— О боги, заберите меня первым.
— …ты можешь привести его ко мне, — продолжила я, уже сама понимая, что тону, но почему-то продолжая грести не туда. — Или я приду. Буду за ним ухаживать. Только дай мне немного подрасти.
В глазах Кэра вспыхнуло пламя.
Настоящее.
Не метафора.
На миг его зрачки стали узкими, звериными, а воздух вокруг него дрогнул от жара. Люди за столами отпрянули. Подавальщица прижала к груди поднос и побелела.
— Я сейчас тебя спалю, — произнёс Кэр слишком спокойно. — Мелкая тварь.
Я замерла.
Вот теперь страх ударил по-настоящему.
В живот. В грудь. В колени.
Я почувствовала, как глаза начинают щипать. Только не плакать. Только не сейчас. Не перед ним.
— Ты посмела назвать меня добрым, — продолжил он, делая шаг ко мне. — Посмела сказать, что будешь выгуливать меня, как дворового пса?
— Не тебя, — выдавила я, совсем тихо. — Дракона.
Гойл рядом издал ещё один слабый звук.
Кэр улыбнулся.
И эта улыбка была хуже крика.
— Я и есть дракон.
— Кэр, довольно.
Голос Лоргана прозвучал негромко, но трактир будто сразу выдохнул.
Я резко повернула голову.
Лорган стоял у соседнего стола, чуть в стороне от Кэра. Тёмные глаза спокойные, но тяжёлые. Рука лежала на рукояти меча, и весь он выглядел так, будто не собирался просить дважды.
Кэр даже не обернулся.
— Не вмешивайся.
— Она не со зла сказала, — произнёс Лорган. — Она ребёнок. И, судя по всему, не понимает, кто перед ней.
— Не понимает? — Кэр резко повернулся к нему. — Она оскорбила меня дважды.
— Трижды, если считать “дракошу”, — пробормотал Гойл.
Я пнула его ногой под столом, но промахнулась.
Лорган бросил на него короткий взгляд, и мальчишка тут же замолчал.
— Заметь, — продолжил Лорган, снова глядя на Кэра, — бесишься только ты. Не твой дракон.
Эти слова что-то изменили.
Я не поняла что именно, но Кэр напрягся ещё сильнее. В воздухе стало душно, будто перед грозой. Люди в трактире сидели неподвижно, боясь даже кружки поднять.
— Лорган, — процедил Кэр. — Ты кого защищаешь? Меня или это ничтожество?
Лорган сделал шаг ближе.
— Я защищаю порядок.
— Порядок?
— Хватит, — отрезал он. Теперь в его голосе появилась сталь. — Я сказал: довольно. Сядь и ешь.
Кэр смотрел на него так, будто решал, стоит ли поджечь уже весь трактир вместе с ним.
Лорган не отвёл взгляда.
Пауза натянулась до боли.
Потом Лорган повернул голову ко мне.
— А ты, девочка, уходи отсюда. Живо.
Я кивнула так быстро, что чуть не ударилась подбородком о грудь.
— Да. Уже. Ухожу.
Гойл схватил меня за рукав, и мы почти бросились к выходу. Я не оглядывалась. Честно. Очень старалась не оглядываться.
Почти дошли.
До двери оставалось всего несколько шагов.
И вдруг за спиной что-то грохнуло.
Не просто звук — удар, от которого дрогнули доски под ногами. Люди закричали. Кто-то опрокинул лавку. В лицо мне пахнуло жаром, таким резким, что кожа будто вспыхнула.
— Ложись! — крикнул Гойл.
Я не успела.
Огненная волна летела прямо в меня.
Я видела её.
Красно-золотую, живую, жадную. Она сорвалась с руки Кэра, как зверь с цепи, и за мгновение заполнила собой всё пространство.
Я зажмурилась и закрылась руками.
«Вот и всё».
Мысль была спокойной.
Странно спокойной.
Вчера — Петербург.
Сегодня — чужой мир.
И сейчас меня сожжёт дракон в трактире из-за того, что я назвала его дракошей.
Очень достойный конец.
Но боли не было.
Огонь не коснулся меня.
Сначала стало горячо. Потом — резко холодно. Будто вокруг меня раскрылось невидимое стекло. Я услышала шипение, как если бы раскалённое железо бросили в воду.
И всё стихло.
Я медленно открыла глаза.
Мои руки светились.
Слабо. Едва заметно. Под кожей будто тлели серебристые нити, переплетаясь вокруг пальцев и запястий. Там, где должен был ударить огонь, в воздухе рассыпались последние искры — и гасли, не долетев до меня.
В трактире никто не дышал.
Даже Кэр.
Он смотрел на меня с недоверием.
— Ты… отразила мой удар.
Я опустила взгляд на свои руки.
— Я?
Голос прозвучал глупо. Почти жалко.
Я правда не понимала, о чём он говорит.
Кэр прищурился.
— Ещё раз.
— Что?