Страница 17 из 47
— Нам такие не давали.
— Теперь дадим.
Мира взяла тонкую тетрадь и раскрыла посередине. Между страниц выпал высохший лист, а на полях детской рукой были нарисованы волки, бегущие вокруг дома. Девочка смотрела на рисунок так, словно кто-то из прошлого протянул ей руку.
— Здесь были дети, — сказала она.
— Да, — ответила Эйра. — И будут.
Вечером они впервые позвонили в старый колокольчик. Звук получился слабый, чуть хриплый, но настоящий. Он прокатился по холлу, поднялся к пустой башенке и вышел во двор. Лис сиял так, будто это был лучший звук в мире. Тайр делал вид, что проверяет крепление, хотя тоже слушал. Мира стояла рядом с Эйрой и, кажется, впервые за день не сжимала руки у груди.
— Завтра будут уроки? — спросила она.
— Будут.
— А если никто больше не придёт?
Эйра посмотрела на дорогу за воротами. Там, между деревьями, уже сгущалась темнота. Слухи шли быстрее приказов. Завтра могли прийти любопытные, недоброжелатели, слуги, которые боятся, но всё равно приведут детей. Могли не прийти. Но школа уже перестала быть пустой.
— Тогда начнём с вас троих, — сказала она. — Любая настоящая школа начинается не с количества учеников, а с того, что хотя бы одному ребёнку в ней становится не страшно.
Мира тихо кивнула.
Ночь опустилась тяжёлая, без серебряных вспышек. Плотники ушли, пообещав вернуться утром. Ворота держались крепче. На кухне осталась еда на завтрак. В учительской стало теплее благодаря новым одеялам. Эйра должна была почувствовать спокойствие, но тревога не отпускала.
Слишком быстро всё менялось.
Она уложила детей, посидела у камина, пока их дыхание не стало ровным, а потом вышла проверить двор. Огонь в кухонной печи был прикрыт, двери заперты, окно в классе завешено. Во дворе пахло сырыми досками, дымом и землёй. Сарай у ограды темнел низкой тенью. Там Вар сложил часть досок, сухую солому, старые ящики и связки щепы для растопки.
Эйра дошла до ворот, проверила верёвку и уже собиралась вернуться, когда со стороны сарая донёсся едва слышный треск.
Она остановилась.
Сначала подумала, что это доска осела после дневной работы. Потом почувствовала запах. Резкий, сухой, чужой. Не печной дым, не тёплый запах кухни, а тонкая горечь тлеющей соломы.
У сарая, в щели под стеной, вспыхнула оранжевая полоска.
Пламя лизнуло сухую траву, быстро перебралось на доски, и в ту же секунду из-за ограды мелькнула тёмная фигура. Кто-то перемахнул через камни и бросился к лесу.
— Стой! — крикнула Эйра.
Фигура не остановилась.
За её спиной в доме проснулся Лис и испуганно закричал. Мира вскрикнула следом. Тайр выбежал на крыльцо босиком, с белым от ужаса лицом.
А сарай вспыхнул ярче, и огонь, найдя сухую солому, поднялся к крыше жадным, быстрым языком.