Дорога тянется по кругу

– Стало ещё хуже. Я как будто не жил. Ушёл от неё и думал, что освободился. Оказалось, что освободился, да… Но как будто от жизни тоже.

– «С тобой плохо, а без тебя ещё хуже».

– Именно. И я видел только два пути: либо я один, либо разрушаюсь. И ушёл в науку.

– А потом?

Они зашли в метро и шагнули на эскалатор. Остальные ребята ехали где-то впереди. Тэм встал на ступень ниже и повернулся к Марине. Так он смотрел на неё немного снизу вверх.

– Понимаешь, я даже не менял ничего сознательно. Человек, видимо, всё-таки меняется постепенно и, главное, незаметно для себя. А тут сентябрь, фестиваль, я ещё толком не влился в работу… И вот познакомился с тобой.

Он вгляделся в её синие глаза и увидел в них испуг.

– Нет, ну сначала были просто мысли. Мол, а действительно ли третьего пути не дано? Так ли это невозможно – не сходить с ума и быть счастливым?

– А потом? – спросила Марина. Спросила за этот разговор в третий раз.

– Мы с тобой пообщались. Когда все ушли. Помнишь? Алиска с рогаткой, бутербродная, котята. И вдруг до меня дошло.

Марина улыбнулась. Теперь она вообще смотрела на него как-то странно. Насмешливо? Недоверчиво? Гордо?

– Ясно, – сказала она.

– Ты мне веришь?

Марина хотела возмутиться, но вдруг поняла. Она не раз уже говорила, что разучилась доверять. Поэтому теперь не вполне доверяли ей. На самом деле она просто была горда тем, что они расставили точки. Да, это была гордость, только гордость и больше ничего.

– Так, ну ты из меня монстра-то не делай, – усмехнулась она. – Я верю тебе.

– Монстра? – засмеялся Тэм. – Монстров, по-моему, из всех вокруг делаешь ты.

– Ладно, ладно.

Марина подняла руку и дотронулась кончиками пальцев до его шеи. Ощутила пульс.

Тэм сглотнул и хотел в ответ дотронуться до её лица, но тут она посмотрела куда-то поверх его головы.

– Аккуратно! Мы доехали.

* * *

– Я думаю, нам стоит здесь попрощаться, – обратилась Вика к Марине и Тэму. – Ася с Федей нас доведут.

Они доехали до станции, на которой в соседних домах жили девчонки. Было уже темно, и метро неподалёку в свете фонарей выглядело как островок.

– Почему? – спросил Тэм. – Почему вас не провожать?

– Бабушка с дедушкой ещё не знают… И я собираюсь им мягко поведать об этом.

– А ты умеешь? – хмыкнула Ася. – Мягко-то?..

Вика с укором посмотрела на неё.

– Умею. Во всяком случае, пора этому подучиться.

Тэм будто пытался ей что-то сказать, но ему мешали свидетели. А свидетели понимали, что предложение в духе «Давайте мы отойдём, а вы переговаривайтесь» только смутит их ещё больше.

– Хорошо, – наконец произнёс он. – Ты приходи, в общем, как договаривались. Вернее, я зайду за тобой.

Ася подняла брови.

– О чём это договаривались?

– Пока секрет, – заулыбалась Вика.

Ася посмотрела на Марину. Та пожала плечами.

– Я тоже не в курсе, – искренне ответила она. – У них теперь есть и свои дела.

– И это хорошо, – добавил Федя.

– Ладно, – вздохнула Ася. – Тогда хоть на трамвай вас посадим. Вещи, Марин, потом у меня заберёшь.

Приехал трамвай. Ребята попрощались. Тэм с Мариной не держались за руки – видимо, стеснялись, – и только перед раскрытыми дверьми Тэм протянул Марине ладонь, подсадил её и вскочил на ступеньки сам.

Четверо ребят глядели им вслед сквозь жёлтое трамвайное окно; с той стороны окна Марина и Тэм махали на прощание. Друг на друга эти двое посмотрят, когда трамвай начнёт подниматься в горку, между берёзами и фонарями, вдоль тропинки, мимо Центра крови. Всё это останется там, за стёклами.

– Да целуйтесь уже, кретины! – крикнула Ася в форточку. Двое молодых людей в окне даже не покраснели, просто засмеялись вместе со всеми. Чувство такта Ася взращивала в себе сама, но иногда им пренебрегала. И это всегда было кстати, потому что веселило народ и разряжало обстановку.

Трамвай пополз вверх по холму и скрылся в огнях города.