Страница 33 из 49
Ася сразу поняла, что на самом деле означала ремарка про мужество. Автор некролога – а это точно был Ксен – всё-таки тонко намекнул на то, о чем говорить ему было не велено. Фраза про борьбу казалась формальностью, ведь по всему выходило, что борьбы не было – по крайней мере за себя. Но был отказ от неё, и именно для этого мужество и потребовалось.
Вместо борьбы за себя – борьба за другого человека.
Перед этой девчонкой стоял неиллюзорный выбор: ребёнок или собственная жизнь.
Она знала об этом выборе. И родила Вику.
– Да… Умеет Ксен между строк писать, – начала было Ася, но тут же прервалась, обдумывая, как бы поаккуратнее выразиться. Её с детства пинали за бестактность, поэтому такт она взращивала в себе сама, так же старательно, как в три года выводила первые кривые буквы.
Она повернула голову в сторону Вики, зацепилась взглядом за Тэма…
И окаменела.
Юля и Игорёк, которые всё это время переглядывались, уже успели заметить то, что заметила она, и окаменели раньше. Что-то почувствовала Марина, и у неё упало сердце. Вика, стоявшая рядом с Тэмом, ощутила то же самое физически: этот навык у неё был развит сильнее, чем интуиция.
Наконец, уловив во всеобщем молчании зловещую ноту, медленно развернулся в кресле Федя.
Все шестеро ребят потрясённо смотрели на Тэма.
А Тэм смотрел только в экран, да и там ничего не видел. Он ничего не видел и не понимал – даже того, что сейчас он сполз на колени. Слышен был скрежет его зубов. Последнюю каплю сознания он почему-то потратил на то, чтобы зубы не стучали.
Бледный как утопленник, он тупо смотрел в экран, а перед глазами была та же девушка с фотографии. Живая.