Страница 23 из 105
Люди шарахнулись от него в стороны. Никто не видел, когда Дик появился на площади, но все сразу сообразили, кто это. И не могли поверить своим глазам. То, что мятежник так молод, это полбеды. Но как он пробрался в круг, а никто его не заметил?[2]
— Часовые стояли как раз там, где вы прятались? — недоверчиво спросил начальник отряда.
— Они живы, если вам интересно, — Дик подходил ближе. Свободно он успел сделать только шаг. Человек шесть солдат без всякой команды бросились к нему, схватили, разоружили.
— Надеялся, желаете поединка, — разочарованно заметил старшему наемнику рыцарь. — Вы так настойчиво гнались за мной, будто ненавидите меня лично.
— Нет, вы для меня только ценный трофей, — возразил начальник отряда. — Откуда ненависть? Я уважаю сильных противников.
— Вставай, — адъютант начальника толкнул ногой Польгера, который не сознавал, что свободен. Адъютант подал ему веревку и велел крепко связать руки мятежнику. Парень даже не понял сразу, чего хочет наемник. Он отказался не из доблести, скорее, от растерянности.
На руках и поперек груди пленника затянули веревки. Дик должен идти на аркане рядом с лошадью начальника отряда.[3]
— Теперь не сбежишь, — с удовольствием заметил тот. — Долго я ждал этого момента! Мы ведь встречаемся не впервые, рыцарь. Сомневаюсь, что вы меня запомнили, но я поклялся себе, что лично отвезу вас в крепость. Это ценней любой награды для меня!
— Дальше, — Дик с улыбкой прикрыл глаза. — Может, вы ещё поклялись лично исполнить обязанности палача? Или войти в команду для расстрела?
— Нет, мне довольно своей чести, — сухо ответил начальник отряда. — Трогай! — командир наемников поднялся в седло.
Все солдаты уже собрались вокруг, те двое, которых оглушил Дик, пришли в себя, когда начальник оглянулся и отдал новую команду:
— Думаю, вы сполна заслужили королевскую награду! — громко сказал он людям на площади. И приказал стрелять в дом главы селения и на тростниковые и деревянные крыши других домов огненными стрелами.[4]
Солдаты поджигали наконечники стрел, обернутые сухой травой, пропитанной смолистым соком. В сумках на поясе у каждого хранился большой запас клочьев этой травы. Крыши пылали, а люди ещё не успели опомниться. Они побежали спасать свое добро и оставленных дома детей, только когда пожар было уже не остановить.
— Сами делаете их мятежниками, — тихо заметил Дик. — Отнять всё — лучший способ. Более действенный, чем угрозы.
Старший наемник промолчал, только пришпорил коня. Дик моментально отлетел на всю длину веревки и не мог больше рассуждать о природе мятежных настроений. Отряд спешил, стремясь проехать лес, пока не стемнело.
Но солнце ничем не помогло наемникам. Закат ещё не погас, когда наперерез отряду выехал другой отряд, не в королевской военной форме. Его составляли обычные крестьяне и ремесленники, бывшие мирные жители селений. Молодые парни, точно такие же, как Мика или Польгер, держали наготове оружие. Только выражения лиц у них твердые. Глаза смотрели остро, насквозь, успев немало повидать. Губы сомкнуты, как у людей, которые отлично сознавали, что и когда им говорить, а когда надо молчать, даже глядя прямо в зрачки смерти.
— Вы окружены, нас больше, — сказал один из мятежников. — Хотите драться или поступите благоразумно?
— Вперед! — глава наемников ринулся в бой. Мнения в его отряде разделились. Некоторые бросали оружие и сдавались, некоторые дрались, надеясь пробиться сквозь заслон и сбежать. Один из первых ударов саблей пришелся по натянутой от седла веревке. Дик откатился в сторону, чтобы не путаться под копытами лошадей. Один из самых младших в лесном отряде спешился и помог страннику освободиться. Потом они охраняли пленных наемников
Командир солдат, которые недавно сожгли селение, отчаянно рубился, пока не остался один против целого отряда. Видя, что мятежники смеются, и геройская смерть в бою его сегодня не ждет, старший наемник с досадой соскочил с коня и бросил оружие. Его связали той же трофейной веревкой, только лошади ехали шагом, и пленные шли впереди. В его седле теперь ехал Дик.
— Снова не повезло? — спросил он бывшего начальника отряда.
— Не трудитесь, рыцарь, я умею признавать поражение, — философски откликнулся королевский наемник. — Хотя с вами это четвертый раз подряд.. Могу я теперь рассчитывать на поединок?
— Оружие пленным не полагается. Но если имеете в виду моральный поединок, всегда к вашим услугам, — Дик сверху поклонился ему.
Хмуро глянув на него исподлобья, наемник отвернулся и зашагал быстрее, думая, отчего таких дерзких мальчишек ничто не берет, будто и не тащил он его только что за собой, в пыли. И отчего они всегда выигрывают в любом поединке, хоть в моральном, хоть на мечах?.. Четвертый раз подряд! Может, он зря гнался за мятежниками, высунув язык, как пёс по следу свежей крови? Может, стоит присмотреться к ним поближе и выяснить, в чём они оказались сильнее?
Что ж, теперь у него будет достаточно времени. За жизнь свою ему бояться нечего. На этой стороне строже обходятся с предателями, чем с пленниками из чужих армий. Впрочем, предателей нигде не уважают..[5]
(конец истории)
* * *
[1] (прим. Лины) Хотелось бы и дальше в это верить! К сожалению, теперь я знаю, как было на самом деле. Это одна из самых запутанных сцен во всех «Приключениях», покрытая самым толстым слоем легендарной позолоты. Истории Дика часто слегка «припудривают», чтобы скрыть имена людей и городов, отличившихся слишком неблаговидным поведением. Или поправляют в рассказе собственные поступки. Но собиратели историй тоже это знают, поэтому стараются всегда раскопать истину.