Страница 27 из 49
[Восстание Ника – крупнейший бунт в истории Константинополя и Византии, произошедший при правлении императора Юстиниана I в 532 году.]
уточнить, – усаживаясь на место, продолжила Ира. – Но Аделаиды тогда в классе не было – её к завучу в конце урока вызвали, помните? Так вот, Лосева могла запросто исправить ответы в тесте Саши.
– Ну а ей-то зачем это надо?! – не выдержал Денис. – Тоже из чувства мести?
Ира изумлённо посмотрела на него:
– Чтобы задержаться с Сашей в школе после уроков! Она ведь сразу вызвалась ему помочь. А никто даже удивиться его двойке не успел – вот это у неё реакция, а?
– Ну дела, – выдохнул Денис и взъерошил волосы. – Ты ей чего, нравишься, что ли? – повернулся он к Воронцову.
Тот снова сделался пунцовым.
– Давайте уже забудем про эту чёртову двойку и про Лосеву, – взмолился он. – Я с этим как-нибудь разберусь. Нам Алекса надо найти. И понять, как его обратно расфантазировать.
– Если это вообще возможно, – недовольно буркнул Денис.
Он всё ещё сердился на Воронцова из-за того, что тот пошёл к дубу, ни с кем не посоветовавшись.
– Не будем паниковать раньше времени, – успокаивающим тоном сказала я. – Давайте сейчас схематично выпишем всё, что знаем на сегодня.
Через минуту на последнем листе блокнота, который нашёлся в сумке у Иры, Воронцов наспех нарисовал дуб. От него во все стороны начертил стрелки и возле них стал аккуратно выводить подписи: «Появление Анубиса, 2023», «Появление Алекса, 2023», «Посадка дубов, 1708», «Записка Яфтмана, 1709».
– Что ещё? – спросил он.
– Появление грифонов и происшествие с плотником Анциферовым, тысяча восемьсот шестьдесят третий, – продиктовала я, заглядывая в тетрадь через его плечо.
– Камень Ала́тырь и волшебные жёлуди с острова Буя́на, – добавил Денис.
– Чего? – не понял Саша.
Про Анциферова я успела ему рассказать днём, а вот про библиотечные открытия Дэна и сама ещё ничего не знала.
– Чего слышал! – В голосе Дэна послышалось раздражение. – Пока кое-кто обидки кидал, мы тут искали зацепки. Ты же не думал, что без тебя расследование остановилось?
Воронцов презрительно скривил губы и с деланым равнодушием заявил:
– Ну, насчёт девочек я спокоен. А вот в твоих способностях не был уверен.
– Так, всё, хватит! – зарычала Ира и от злости даже ногой по полу притопнула. – Вы меня достали, оба! Либо сейчас же перестаёте друг к другу цепляться, либо… катитесь отсюда!
Она выхватила у Воронцова ручку и начала выводить в блокноте кружочки – она всегда их рисует, когда нервничает, чтобы успокоиться.
Мы остолбенели. Это точно наша Ира – спокойная и невозмутимая в любой ситуации? Она что, и так умеет?!
– Вот это сейчас было страшно, – прошептал Дэн.
– Мы навсегда запомним этот день, – кивнул Саша.
Я рассмеялась:
– Видите, до чего довели бедную Иру? Даже её ангельское терпение лопнуло. Но она права: вы ведёте себя как два неуклюжих дикобраза.
– Тебя понизили, Воронцов. Был принцем Ледяное Сердце, а стал дикобразом, – с деланым сочувствием вздохнул Денис.
– Зато у тебя всё осталось без изменений, – парировал Саша.
Мальчишки несколько секунд молча смотрели друг на друга. Потом Денис отвернулся в сторону и нехотя спросил:
– Мир?
Воронцов ненадолго завис, как будто что-то прикидывал в уме.
– Мир, – наконец ответил он.
– То-то же, – довольно сказала Ира. – Давайте теперь по домам, а? Завтра репетиция в музыкалке с самого утра, хочу сегодня ещё позаниматься – у меня одно арпе́джио
[8]
[Арпе́джио (итал. arpeggio, от arpeggiare «играть на арфе») – способ исполнения аккордов, при котором звуки аккорда берутся последовательно один за другим.]
ну никак не получается.
– Завтра же воскресенье, – удивился Денис. – Какие репетиции?
– Концерт скоро, все уже на ушах стоят, – объяснила Ира.
Она пианистка, шестой год занимается в музыкальной школе. Учёба ей нравится и даётся легко. Учителя говорят, что у Иры талант. Но поступать в консерваторию она не планирует. Правда, её родители пока об этом не знают и вовсю строят планы развития музыкальной карьеры своей дочери. Хотя кто знает – может, Ира ещё передумает. В любом случае, для себя она поставила цель: играть лучше всех в школе. Поэтому каждый день проводит по несколько часов за инструментом. Как она при этом ещё успевает учиться на одни пятёрки и находить время на наши встречи, для меня было загадкой.
– Ну что ж, давайте расходиться, – согласилась я. – Вряд ли Ирины соседи обрадуются, если она будет отрабатывать свои арпеджио, когда они соберутся спать.
И мы… никуда не ушли. Потому что Денис грохнул подставкой с салфетками о стол и недовольно спросил:
– А про волшебные жёлуди с острова Буяна вам совсем неинтересно узнать?!