Страница 3 из 66
— Обязательно поищу, может в штанах завалялся, — тут же заюлил охочий до чужого добра сторож.
— С таким сторожем и воров не нужно, — процедил лекарь.
— Так это Штольц приказал, — стал оправдываться фельдшер, — так и сказал, наконец этот нигилист чертов и бунтарь, отправился к своему хозяину — Сатане! А нам, что? Что приказали, то и исполнили.
— Иван Петрович! — вдруг раздался истошный девичий крик. Из здания больницы выскочила симпатичная молодая девушка девушка в сером платье и белом переднике и промчавшись через двор с рыданиями бросилась ему на шею, — Вы живы, живы! А я все время плачу!
— Дунька! — заорал Лукич, — а если он тебя сейчас за шею цапнет?
— Заткнись, дурак, — заулыбался Митрич, — если он ее и цапнет, так точно не за шею! И не зубами! — и громко заржал своей пошлой шутке.
— Поговорите мне тут! — рявкнул оживший, — идите делом займетесь, я с вами еще побеседую! Дуня, ну ты чего? — осторожно, чтобы не упала простынь, обнял девушку
— Я думала, что Вы померли! — всхлипывая повторяла Дуняша, — говорила я Вам, что водка не доведет Вас до добра.
— Я больше не пью! — твердо ответил ее начальник, — мне бы помыться и переодеться.
— Как не пьете? — пораженно хором спросили оба его служащих.
— Да! — ехидно ответил новоиспеченный лже Иван Петрович, — время совместных попоек закончилось навсегда. Когда меня по голове этот паскуда ломовой извозчик, я еще да него доберусь и кастрирую его без наркоза травматической отрывной ампутации мошонки, кастетом саданул, явился мне самсвятой великомученик и целитель Пантелеймон! Покровитель нашего лекарского дела!
— Да! — сочувственно произнес Митрич, — видать здорово он Ваше благородь, саданул тем кастетом по голове, привидится же такое! Чтобы совсем не пить!
— Замолчи, Митрич! — возмутилась Дуняша, — пьяница пропойный! Вам бы только спирт бодяжить!
— Не гневи Бога! — строго ответил фельдшер, — мы божью благодать водой не паскудим! Пьем только чистый, неразбавленный!
— Пили! Теперь кого увижу пьяным на службе, выгоню к чертовой матери! — пригрозил их начальник, — и открыл мне святой Пантелеймон многие тайны медицинской науки! И мы их будем у нас внедрять!
— Иван Петрович, — вмешался Лукич, — а может то был не святой вовсе?
— А кто? — не понял лекарь.
— Может то был сам Сатана? — уверено произнес сторож, — принял облик святого Пантелеймона, и стал Вас искушать? Что бы Вы не пили и нам не давали! Истинно говорю Вам, что святой такое бы не посоветовал! Как же напряжения всякие в организмах снимать после работы? Так и сгореть можно!
— Да иди ты к черту! — рассердилась Дуняша, — сам ты Сатана! И водку эту придумал сам черт нам на погибель! От нее быстрее сгоришь! Не слушайте его, Иван Петрович. Идемте, я как раз для Вас воду нагрела!
— Как для меня? — не понял хирург, — все же думали, что я умер?
— Так я и нагрела воды, чтобы Вас обмыть, а тут как все хорошо обернулось-то! — бесхитростно призналась медсестра.