Люди и драконы

Глава 11 Детское восстание

.

История двадцать третья, о том, как Благородный Дик участвовал в детском восстании

— Что теперь будет? — растеряно спросил Арти, самый младший из двух сотен мальчишек.

— Что будет ТЕПЕРЬ, стоило думать два месяца назад! — раздраженно ответил Дик.

Арти пристыжено замолчал. Окружающие прекрасно понимали настроение Дика и терпеливо ждали, когда он соизволит ответить всерьез. Дик прикрыл глаза и глубоко вздохнул, стараясь собраться с мыслями. Ситуация — глупее не придумаешь. Он поверить не мог, что сегодня входил в покоренный город во главе детской армии..

* * *

Дик наткнулся в лесу на каких-то мальчишек, не пускающих его дальше. Они назвались часовыми и потребовали, чтобы он прошел на поляну, к их предводителю.

— Что за шутки? — удивился Дик. — Во что играете?

— Никаких шуток, — заявил кругленький десятилетний дозорный, на груди которого висел слишком большой для него сигнальный рог. — У нас восстание!

— Интересно, против кого?

— Против города, который не уважает наши права!

На поляне, которую они называли «советом командования» от вежливого и образованного юного господина он узнал, что всюду дети, которые слышали истории о рыцаре-мальчишке по имени Дик, требуют, чтобы условное «королевское» совершеннолетие в двенадцать, стало законным для всех, а не только для сирот и наследников трона. Город недавно принял закон о всеобщем раннем совершеннолетии. Но вольные города-государства не спешат последовать примеру столицы миров. Совет их родного городка, например, наотрез отказался даже выслушать своих юных граждан. Попытки протеста наткнулись на такую стену запретов, что многие, самые довольные жизнью дети, не мысля ещё вчера о восстании, возмутились страшной несправедливостью. Любого, кто казался властям подозрительным одним только возрастом, хватали и требовали с родителей штраф и письменное ручательство за своего отпрыска. Горожане чувствовали себя преступниками, если их дети моложе шестнадцати.

Тем, кто не мог заплатить штраф, назначали тяжелые отработки на благо города, а самым строптивым и дерзким грозили плети, как за воровство и серьезное нарушение порядка. Тирания продолжалось больше месяца. Герольды неустанно призывали родителей следить за порядком в своих семьях, если они не хотят, чтобы воспитанием их потомков всерьез занялись городские власти. День ото дня в городе зрело недовольство. В конце концов, дети вышли на улицы, вооружились палками и камнями и двинулись на здание городского совета.

Успели разбить несколько нижних окон, но отцы города призвали на помощь гвардию. Перед взводом вооруженных солдат юные мятежники бессильны. Они отступали, а солдаты теснили их к городским воротам. Но Вальден, то есть рассказчик, бросил клич захватить площадку перед воротами и подъемный мост. Дети ринулись в драку, сумели поднять решетку и выскочить из города. Солдаты не пошли за ними. Стояли на мосту и смеялись. Сказали, когда проголодаются и замерзнут, детишки вернутся домой, как миленькие. Но теперь им легко не отделаться от властей. Они подняли бунт и ответят перед отцами города по всей строгости.

Восставшие не растерялись. Они объявили, что уходят из дома и не вернутся, пока их требования не будут выполнены. Либо город примет закон о раннем совершеннолетии, либо лишится своих детей. Уже больше недели они прячутся в лесу. Сперва никто не воспринял их угрозу всерьез, а через пару дней их стали разыскивать, пытались вернуть. Дозорные день и ночь караулят, чтобы детей не застали врасплох. Жить в лесу им, честно говоря, трудно. Они почти не знают съедобных трав и грибов, ягоды и плоды пока не созрели.. Сейчас тепло, да и костры все умеют разводить, но надежды на то, что удастся вернуться в город, почти не осталось.

— Сколько вас здесь? — спросил Дик у Вальдена, которого остальные считали главным.

— Больше двухсот.

— Что едите?

— У некоторых нашлись в карманах мелкие деньги. Мы собрали всё и отправили девчонок в ближайшее селение купить продукты. Стараемся экономить, но еда скоро кончится. Ловим рыбу в реке.

— С вами и девчонки есть?

— Дюжина наберется, — скривился Вальден. — Это на весь город! Позор! Всё потому, что у главы совета есть дочка, ей тоже двенадцать. Эта негодяйка подбила своих подружек не бунтовать, обещала иначе донести на всех папочке! Если б ты знал нашего главу совета.. Это самый двуличный лицемер и обманщик! Рожа — круглая, как луна, а как томно вздыхает, сложив пальчики, когда замышляет подлость! Он тогда, в самом начале, обещал уладить дело мирным путем, только бы мы разошлись по домам. А когда разошлись, за всеми домой явились солдаты. Ночь нас продержали в крепости, потом родители заплатили штраф. Они думали, мы больше не вспомним о своих правах. Ошибаетесь, господа!

— Не кричи. И сядь, — дернул Вальдена за руку Дик. — Тебе сколько лет?

— Четырнадцать. Самым старшим здесь больше шестнадцати, а младшему, Арти-трубачу, десять. Ты видел его в дозоре. Живет с матерью. Старший брат ушел трубачом на войну и пропал. Арти знает все боевые сигналы.

— Ясно. Могу научить, как выжить в лесу, но дальше?.. Силы слишком неравные.

— Наверно, мы уйдем отсюда. Чего ждать? У многих есть родственники в других селениях. Напишем родителям, чтобы приезжали к нам, если захотят. А у многих тут и нет никого. Уличным мальчишкам труднее всего пришлось при новом порядке. Многие уже разбежались. Остальные только и ждут случая, чтобы уйти искать счастья в новых местах. Только из-за еды не уходят.

— Эх, вы, горожане! — усмехнулся Дик. — Хоть бы раз в неделю выходили за стены города, лес-то рядом! Ничего, быстро научитесь..

Дик хотел собрать всех участников детского восстания и даже готов прожить с ними несколько дней, лишь бы убедиться, что городские неженки научились ориентироваться в лесу. Но, увидев его, несколько человек сразу же завопили: «Дик!» — и не собирались никуда отпускать рыцаря.

— Если ты с нами, пожалуй, можно попробовать отстоять свое право на совершеннолетие, — задумался Вальден. Его отец работал защитником городского суда, и сын с детства хорошо знал законы.

— Ты поведешь нас в бой, Дик? — воодушевились остальные.

— Вы в своем уме⁈ — разозлился гость. — С кем вы собрались воевать, со своими соседями и родными?

— С несправедливостью, — Арти крепко стиснул мундштук боевой трубы.