Страница 27 из 119
Дик не отвечал, пристально разглядывая морского бандита с твердым лицом, покрытым прочным загаром красного оттенка сосновой коры. Мощные плечи, резкие движения и мягкие интонации. Всё говорило о большой жестокости этого самовлюбленного молодчика в расцвете сил. Одет скромно, как любой из команды, только красный кушак расшит золотом, и тюрбан из дорогого шелка покрывал выгоревшую до соломенной желтизны русую гриву. Маленькие глазки сверкали остро, как соленые капли на игольчатых плавниках летучих рыб.
— Как вы стали атаманом? Кто вас выбрал?
— Кто ты такой, чтобы задавать мне вопросы?
— Не узнаёте? Тот, кто вас вызывает на бой!
Атаман странно засмеялся. Тихо, широко оскалившись. Зубы у него мелкие, и лицо стало похоже на морду акулы. Дик почувствовал, как по кругу матросов пробежал нервный холодок.
— Ты желаешь поединка атаманов? Что ж, любой имеет на это право, но..[1] Если это вызов, для начала назови свое имя и звание.
— Странствующий рыцарь. Дик. Что получу, если выиграю? Это корыто?
— Не смей оскорбительно отзываться о моем корабле. Ведь пока он — мой! Это славный бриг «Седая акула», построенный на одной Юго-Восточной верфи. За него уплачено кровью с тростниковых плантаций, и «Акула» никогда не унижала себя никаким флагом и промыслом кроме пиратского. Так что тебе не в чем упрекнуть мой корабль. Он быстроходнее многих королевских фрегатов! Я убил его прежнего хозяина в честном бою три года назад, когда тот не хотел по справедливости делить добычу. Мы причалили тогда к одному островку.. Бой длился долго, они все свидетели! Но на борт «Акулы» вернулся только один атаман. Уверяю тебя, малыш, я занимаю это место по праву. Не торопись расставаться с жизнью, я хотел бы ещё выручить за тебя пару монет на рынке!
— Кто вы такой, чтобы назначать мне цену? — непочтительно хмыкнул Дик. — Я пока не ваш раб, а равный противник. Будущий атаман.
— Я — хозяин «Седой акулы» и всех жизней на ее борту. В том числе и твоей! Я один из десятки самых богатых и успешных поставщиков живого товара на рынки Юго-Востока, Мира́в Художник, — атаман снова показал ряды ровных мелких зубов. — А мои ребятки прозвали меня Акул, думают, я не знаю! Смотри, как задрожали, голубчики.. — он обвел глазами свою команду, точно мог пить их страх, и ничего вкуснее для него нет.
— Акул — подходящее прозвище. А почему «художник»?
— Люблю рисовать узоры, — Мирав мечтательно провел в воздухе волнистую линию концом своего кинжала, словно разреза́л облака на кусочки. — Надеюсь, ты передумал меня вызывать?
— Условия поединка?
— Проигравший, в полной власти победителя. Кто выиграл, получает «Акулу» вместе с командой.
— Дальше.
— Поединок один на один.. У тебя меч, значит, на мечах. Допустимы любые приемы.
— Но зрители не вмешиваются, — с нажимом уточнил Дик. — И примут любой исход битвы?
— Разумеется.
Акул велел принести ему меч и вернул оружие Дику. Десяток матросов и красный от злости боцман образовали широкий круг. Рулевой и несколько вахтенных шеи сворачивали от любопытства, но не смели покинуть свой пост. Паруса «Седой акулы» прилипли к мачтам, бриг завис в дрейфе, носом к ветру.
* * *
[1] (прим. Лины) Именно таким способом странствующая артистка СоллиА́рмер стала атаманшей и владелицей брига «Морской лев», вызвав на поединок знаменитого Черного Ролла. Ей срочно понадобился корабль, чтобы отправиться на островную каторгу, спасать своего старшего брата. Она могла просто попросить помощи именем Братства Дороги, но, во-первых, не знала сразу, что попала к благородным морским разбойникам, а во-вторых, я отлично ее понимаю: уважение, добытое в бою, надежнее! Теперь много лет подряд двойное главенство в банде Ролла служит поводом для шуток.