Люди и драконы

Глава 4 Первая встреча с морем

История двадцать первая, о том, как Благородный Дик впервые увидел море

Южный приморский город Пальмир небольшой, но порт его многолюден и запружен людьми и судами из разных краев даже ранней весной. Рядом с высоким бортом огромной торговой шхуны «Легенда старого Юга» на причале стоял мальчишка с мечом на боку, в костюме странствующего рыцаря. Он смотрел на сине-искристое бескрайнее пространство воды, начинающееся от причала у его ног и убегающее куда-то за горизонт. Несколько раз грузчики, катившие к трапу бочки с северным элем и крепким дубовым соком, вынужденно сворачивали, чтобы не задеть его. Но молча обходили, даже не ворчали на то, что встал столбом, загораживает дорогу к трапу и стоит так уже больше часа, ни с места!

Каждый, кто хорошо знал приморскую жизнь, без труда понимал, что этот человек первый раз видит море. Не надо мешать их знакомству.

— Скажите, пожалуйста, — не отводя глаз от горизонта, Дик потянул за рукав проходящего мимо коренастого моряка с синим платком на шее.

— Чего тебе, парень?

— Скажите, пожалуйста, сколько можно пройти по морю, не видя следующего берега.[1] Целый день можно?

Моряк, помощник капитана на этом судне, добродушно рассмеялся.

— Больше!

— Двое суток?

— Больше!

— Три дня?

— Больше, представь себе! Всё зависит от того, куда направить корабль. Через час-другой после отхода, — разумеется, смотря какой ветер, — земля исчезает за кормой и вокруг тебя ровный пустой горизонт, в какую сторону ни глянь. И можно идти, идти.. суток десять можно не причаливать, даже если никуда не сворачивать. Но всё равно рано или поздно уткнешься в островные цепи. Южные моря густо населены. До Юго-Восточного полуострова рукой подать, дня четыре пути при хорошем ветре. От силы, неделя. Я имею в виду их крупные города, конечно. А так и двух часов иногда не пройдешь, как налетят эти шакалы под пиратскими флагами. И прощай рейс..

— Десять дней? — Дик с трудом оторвался от водяной равнины и поднял глаза на помощника капитана. — Не шутите?

— Даже больше. Можно идти мимо островов, вовсе выйти из южных морей и окажешься в западном океане. А он бескрайний. Ниже самого южного мыса Юго-Востока земли больше нет. Даже островов нет. Можно идти и идти сколько угодно. По кругу. Только где взять столько еды и провианта, чтобы не заходить в порт?

— Да, — вздохнул Дик. — Ваш корабль скоро выйдет в море?

— Послезавтра на рассвете.

— Как можно уйти с вами?

Помощник капитана покачал головой.

— Нет, мальчик. Этого никак нельзя. Ты можешь работать?

— Да. Что надо делать? Быстро научусь!

— Значит, в море тебе делать нечего, — подвел итог бывалый моряк. — Сразу заберут в рабство. Корабли Побережья все последние военные годы не берут пассажиров в сторону Юго-Востока. Только оттуда. Или пассажир должен арендовать корабль, полностью оплатить рейс и взять на себя ответственность за плавание, что бы там ни случилось. Торговцам с Юго-Востока это вполне по карману. Их деловым поездкам война не помеха. А тебя я не взял бы ни за какие деньги!

— Почему? Рыцарь на борту приносит несчастье? — До сих пор Дик стоял как во сне. Он не мог вспомнить, когда ещё чувствовал себя настолько маленьким мальчиком перед чем-то огромным, волшебным, пугающим и манящим одновременно. Но получив отказ в самой горячей своей просьбе, идущей из глубины сердца, другой мальчик мог и заплакать. Дик всего лишь увидел себя со стороны и ему стало смешно. Столкнувшись с препятствием в дороге, которое шептало ему драконьи голосом «ты не пройдешь», он быстро пришел в себя и привычно стал искать способы преодолеть границу, не пускающую его в море.

— Могу хорошо заплатить. Выкупить корабль мне не по силам, но сражаться с пиратами, если нападут, — вполне. Не пожалеете, взяв на борт мой меч.

— Верно, меч у тебя красивый. Именной? Ты из Братства Дороги? Знаешь, не торчи тут на виду у недобрых глаз. В порту шастают целые орды шпиков, как крысы. Спрячься куда-нибудь, если можешь.

— Благодарю. Совета послушаюсь. Но, возможно, ещё вернемся к нашему разговору, — Дик коротко кивнул моряку и, лавируя в тени кораблей, поспешил в сторону трактира. Глядя ему вслед, помощник капитана подавил вздох.

В трактире Дик успел только подойти к стойке.

— Хозяин, есть эстафета для Дика?

— Беги! — трактирщик замахнулся на него полотенцем, словно прогонял бродягу. Таким образом он указал Дику путь через кухню. Рыцарь мгновенно скрылся там. И заметил, как первый встреченный поваренок отскочил от него, словно задел раскаленную сковородку, а не ластиковую кожу на куртке.

— Туда! — испуганно показал рукой поваренок.

Дика не пришлось упрашивать, за ним уже гнались двое.

«Что ж такое творится⁈ — он спрятался от погони в ближайшем дворе, заваленном старыми ящиками, среди которых беглеца не заметили. — Ни поесть человеку, ни об эстафете спросить.. так ещё и гулять по набережной нельзя! Море!.. Далекий край!.. А всё то же самое!»

Осторожно выскользнув из укрытия, Дик вернулся к трактиру с черного хода. Позвал служанку и просил вызвать хозяина к дровяному сараю. Сам спрятался от «недобрых глаз» за поленницей.

— «Помощи и защиты», — окликнул он оттуда хозяина.

— А, вот ты где. Ушел, это замечательно. Мы не можем здесь говорить. Меня будут искать. За трактиром следят днем и ночью. Нельзя так открыто врываться в зал, там ведь всегда есть шпик. А то и не один. А тому, над кем в Пальмире висит смертный приговор, лучше вовсе в порту не показываться.

— Эстафета?

— Дика просят быть осторожным. Это всё.

— Совет братства?

— Ещё не назначен. Иди по задворкам порта, потом на запад, вдоль берега, в скалы. Когда тропа уйдет под воду, ты увидишь, из моря торчит плоский камень и больше идти некуда. Не бойся, встань на него и увидишь пещеру. Я приду поздно вечером, принесу еды. Тогда и поговорим. Не высовывай нос из пещеры, если жить хочешь.

— Спасибо. Меня уже нет.

Дик всё сделал, как ему объяснил трактирщик. Перепрыгнув на камень, увидел за острым выступом скалы, обрывавшейся прямо в море, маленький пятачок галечного пляжа и вход в пещеру. В ней Дик расположился с удобством. Там лежали ковры, подушки, меха, золотая и серебряная посуда. Вероятно, это зимний тайник контрабандистов, ещё не вывезенный.