Страница 108 из 119
— Не являться в назначенный срок на площадь, — ответил Инар. — Больше минуты опоздания с тех пор как пробьют часы, и победа засчитывается тому, кто не побоялся встать перед лицом города. Наверное, оте.. маркиз, хорошо знал крысиный характер своего сыночка. Эташ любит нападать из-за угла, чужими руками. Мы до сих пор не виделись лицом к лицу, хотя «приветов» от нового родственника получили предостаточно. Впрочем, не думаю, что он мог бы вообще не выйти. На кону слишком многое. Всё состояние и будущее его рода.
— Он женат?
— Пока нет. Но наверняка думал об этом заранее, как полагается маркизу. Последние полгода его постоянной спутницей стала Элоде́я, его кузина. Они участвуют в процессиях только в паре. Не удивился бы, если бы старший Маржеч отправился в мир иной с помощью ее нежных ручек. Ее мне довелось видеть и знать близко. Настоящая ведьма!
— Значит, так можно говорить о родственниках? — язвительно спросил младший брат. — Она его дальняя сестра, значит и твоя.
— Она мне не сестра! — Инара передернуло от отвращения. Впервые за беседу самообладание изменило младшему претенденту на наследство Маржечей. — Она училась в одном пансионе с моей знакомой..
— С Литаной, — вставил Брустон. — Это его дама сердца. Она и правда ничего. Элодея пыталась ее отравить!
— Причина? — уточнил Дик.
— Что-то не поделили. Похвалу учителей или какую-то награду. Даже не мальчиков, — презрительно ответил Брустон. — Это на первом году учебы. Элодея была тогда младше меня!
— Значит, подруга сердца из знатной семьи? — Дик сочувственно посмотрел на Инара. — Титул маркиза тебе не помешал бы?
— Не в этом дело, — смутился студент. — Мне не помешал бы титул законнорожденного! До сих пор не приходилось думать об этом. А теперь отдал бы всё, лишь бы соседи перестали чесать языками о нашей матери!
— Поэтому вы переехали?
— О, нет, — сердито фыркнул Брустон. — Когда на площади читали завещание, я был в горах со школой и ничего не знал. Когда вернулся, то не узнал свой дом. Я оставлял один город, а пришел совсем в другой.
— Бывает, — мягко заметил Дик. — Дальше.
— Я мог долго не верить, если б не наша бабушка. У мамы нет родни в Семигоре, она пришла сюда маленькой девочкой, с торговым караваном. Она родом с Юго-Востока. Как теперь говорят, бабушка с трудом приняла ее. Но Инар всегда был ее любимчиком. А теперь, когда все узнали, что он не Вильт, все родственники презирают его. И все соседи, и знакомые, и в университете все поначалу стали травить и насмехаться, а теперь вовсе не узнаю́т. Бабушка и наши тетки сказали, чтобы он убирался из дома. Само собой, когда Инар станет маркизом Маржечем, они бросятся ему в ноги, а пока он для них позор семьи! Конечно, я тоже ушел. Стану я это слушать!
Старший брат обнял младшего за плечи. Пытаясь сказать спасибо и успокаивая его кипящее от несправедливости сердце.
— Без Бруськи я бы пропал, — вслух признался Инар. — Но тебя, Дик, он, по-моему, вызвал зря. Чем тут поможешь?
— Конец отсрочки завтра? Нашел свидетелей? — Дик будто бы ушел от ответа.
Братья одинаково безнадежно покачали головами. Благодаря стараниям младшего маркиза, никто в городе с ними теперь двух слов не скажет.