Страница 45 из 118
– По-твоему, она не станет следовать нашему давнему правилу: не трогать женщин и детей? – Раздражение промелькнуло на лице Вьери и почти сразу сменилось той же маской спокойствия.
– Какого черта ты здесь, Вьери? – Дамиано осторожно подошел ближе, все еще оставаясь на определенном расстоянии, дающим незваному гостю ложное чувство безопасности.
– Я хочу рассказать тебе сказку. – Он походил на сумасшедшего. Возможно, так выглядели люди, за голову которых назначили награду. – Однажды ведь Лира вырастет, попросит тебя об истории на ночь, а у тебя совсем никаких познаний. Считай это моим подарком на будущее.
– Два шага назад, и я выслушаю.
– Это
мой
подарок, Росетти, он не дается на твоих условиях.
Его руки оказались в опасной близости к волосам Лиры.
Когда он пригладил их аккуратным движением, Дамиано оказался в шаге, чтобы не дернуться в сторону стола и не отправить пулю ему же между глаз.
– Жила-была принцесса. Она была заперта в золотой клетке чужого жестокого короля. Она не любила его – о нет, она считала дни до его смерти, но была чертовски хорошим учеником. Она впитывала его яд, пока он не стал течь в ее собственных жилах вместо крови.
Кьяра. Дамиано закатил глаза, но Вьери даже не обратил внимания.
– И вот однажды король пал. Королевство осталось без головы, и все принцы вокруг решили, что наступило время пиршества. Они думали, что принцесса – это просто трофей, который достанется самому быстрому. Один из них, – Вьери сверкнул глазами, – был особенно самонадеян. Он решил, что, если он подожжет окраины ее земель и нашепчет ей на ухо красивые слова, она сама откроет ему ворота.
– Я знаю эту сказку и чем она закончится.
– Не прерывай меня, – легко бросил Вьери, продолжая историю. – Но принц забыл одну деталь. Когда король умирает, принцесса не становится свободной. Она становится
королевой
. И те люди, что раньше склонялись перед тираном, теперь склонились перед ней, – потому что она была умнее, добрее и знала каждого из них по имени.
Он сделал паузу, прислушиваясь к звукам внизу, и его голос стал тише, приобретая зловещую хрипотцу:
– Она поймала маленькую крысу, Дамиано. Крысу, которая бежала из замка того принца. И крыса заговорила. Она рассказала, как принц смазывал наконечники стрел ядом, как он мечтал занять трон, который ему никогда не принадлежал. Королева слушала ее долго, всю ночь, пока крыса не охрипла от крика.
Значит, Кьяра все-таки пытками допрашивала кого-то, кто убил Лучиано, и этот ублюдок сказал ей, что его нанял Дамиано. Вот откуда теория, что он стоит за этим, вот почему она так считала. Дело было не в их прошлом, не во вражде семей, которая никогда не выходила за пределы простого соперничества.
– Королева оказалась милосердной. Она послала принцу весть: «Уходи. Забудь дорогу к моему замку, и я позволю тебе сохранить твой собственный». Но принц был слишком глуп. Он привык смотреть на женщин как на украшение, а потому продолжил тянуть свои грязные руки к ее короне.
Вьери прижался к стене, складывая руки на груди, он все еще не отрывал своего взгляда от Лиры, хотя и подбирался к самой жестокой части детской сказки.
– Тогда королева решила, что сказки со счастливым концом – это для детей. А для принца она приготовила другую историю. Она начнет сжигать его порты. Она отравит его колодцы. Она сделает так, что каждый, кто носит его цвета, будет просыпаться с петлей на шее. Она не просто убьет его. Она сотрет его имя с карт так, чтобы даже дети принца не смогли прочитать, какой дурак пытался оспорить ее власть.
Та суета, которую он ждал, наконец послышалась на первом этаже, прямо под спальней.
– Последнюю главу королева предложила дописать принцу, если у него еще остались чернила.
Дамиано перевел взгляд на двери, около которых уже слышались шаги.
– Наслаждайся последствиями своих действий, – Вьери зло улыбнулся. – И помни, что твой дом очень далек от того, что можно было бы назвать крепостью. Если бы она хотела сюда попасть, она бы это сделала.
– Передай ей, что еще раз она отправит своих щенков на мою территорию, и я самолично убью Казентино у нее на глазах, – прошипел Дамиано, приближаясь к нему.
– Смерть для нас всех – слишком просто, не так ли? Может быть, кто-то из нас желал бы этого больше, чем жизни.
Маттео крикнул что-то и постучал в двери, и Дамиано инстинктивно повернул голову туда. А когда он развернулся, Вьери простыл и след, лишь занавески у двери на балкон дернулись, напоминая о его присутствии.
Явно только что проснувшаяся Бьянка влетела в комнату до Маттео и объявила новость, о которой Вьери его и предупреждал:
– Пожар в нашем клубе в Сан-Фредиано.
Пока они говорили, Дамиано совершенно не подозревал, что где-то там начался пожар. Он не знал, что Кьяра стояла перед зданием и улыбалась, закуривая сигарету рядом с девушками, которые работали на их врага.
Ему, увы, будет не суждено увидеть то, как в ее глазах играли языки пламени и как она смотрела на своего соттокапо рядом, замечая гордость в его взгляде.