Страница 61 из 90
Глава 28
Олений они увидали на рассвете, подошли к нему, а там, над зеленью садов, высятся огромные, все сплошь в ветротурбинах и солнечных панелях, невиданные станичниками белые квадратные здания.
— Заводы, что ли.. — догадывается кто-то. Ну да.. Казаки так примерно себе и представляли производственные корпуса.
Оно и понятно. Север. Ну должно же где-то производиться оружие, снаряжение, транспорт, электронное оборудование, броня.. Ведь всё это кто-то производил для того, чтобы на юге, в раскалённых песках, казаки
и армия могли держать фронт.
И корабли в пору совсем не походили на обычные баржи, что таскались по рекам. Эти были много больше, надстройки выше, антенны длиннее..
Пришёл вахмистр Капустин и сказал:
— Всё, эта лоханка дальше нас точно не повезёт, капитан отказывается. Так что выгружаемся.
А казаки и рады. Смотрят они на огромные здания, на верфи, на корпуса цехов — всем интересно.
— Народу тут, наверное, жуть сколько! — за всех удивляется Кобляков, глядя на пирсы и цеха, на корабли, что пришвартованы тут же.
— Командиров взводов к сотнику! — орёт вестовой, выскочивший на палубу. И орёт звонко, даже как-то непривычно. Это потому что он без респиратора.. Станичники, поглядев на членов команды баржи, и сами уже не пользуются средствами защиты, но народ к такой безопасной среде не привык ещё.
Короткович же ничего нового командирам не сказал: выгружаемся, ждём транспорт, который довезёт сотню уже до места сведения частей. Транспорт он уже ищет, но когда найдёт, сотник не знал. Порт выделил их сотне место для хранения транспорта и имущества, но предупредил, что руководство порта всё понимает, но бесплатно стоять машины и БТР будут на территории порта одни сутки. Не больше. Дальше сотник просил командиров взводов предупредить людей об осторожности. А подсотенный Шульга так просто рассказывал:
— Вы, казачки, имейте в виду, что тут пропасть всякого жулья и ворья, щадить вас не станут, рот разинете — сразу обнесут. Если из порта пойдёте куда, так чтобы не по одному, а чтобы шли казаки и при них ну хоть командир отделения непременно имелся. В заведениях бабёнки здесь жуть какие ушлые. Они тут — чистый соблазн, сраму не боятся, оголяются как только могут, болот тут нет, а здешние погоды им в том благоприятствуют. Потому на наших баб ну совсем не похожи. Опоят и оберут в один момент. Вы для здешние баб как дети малые.
— Жулья и ворья, ишь ты! Ну, это понятно.. — переглядывались казаки. Но больше их интересовали рассказы деда Андрона про местных женщин. — А бабы что же?
И всем, конечно, хотелось посмотреть. И закончил всё сам сотник:
— Отнеситесь к словам подсотенного серьёзно: жители закрытых, патриархальных общин для жителей промышленных центров кажутся наивными. Вы для них — верный способ поживится. Не верьте ничему. Ничего не покупайте с рук, только в лавках и магазинах. Держите подчинённых подальше от питейных заведений и особенно, особенно.. от местных дам. Вот и всё, караул по уставу без изменений, первым в караул заступает четвёртый взвод, всё. Свободны.
— А чего с нас-то? — не понимает командир четвёртого взвода Дмитрий Польских. Но это он вполголоса, так, чтобы сотник не услыхал, а то ведь начнёт разъяснять, а кому это надо?
Аким спустился в трюм и стал приглядывать за выгрузкой. Но пришёл Капустин и сказал:
— Аким, там человек пришёл портовый, он место покажет, куда нам транспорт ставить, иди погляди место, а Саня за тебя тут разберётся.
Ну, приказ есть приказ. Взял он одного казака с собой, молодого и проворного Игоря Чернова из штурмовых, и пошли они по порту с присланным человеком. И идут казаки и дивятся..
Тот человек, что к ним пришёл, и другие в порту.. Никто пыльники не носит. Люди в лёгких одеждах без рукавов. Штаны до колен. Шапок никаких.
— Что это вы на меня так смотрите, товарищ прапорщик? — говорит человек, сопровождавший их к месту стоянки, заметив его взгляд.
— Да это.. загорелый вы.. — отвечает Аким.
— Ага, не то что вы, южане. Вы от солнышка прячетесь, у вас там его за глаза, а мы солнцу рады, — отвечает человек. — У нас уже через полтора месяца всё к полярной ночи пойдёт, вот и приходится каждому лучу сейчас радоваться, — рассказывает и тут же интересуется: — Послушайте, господа казаки, а у вас сало есть? Или, может, паштет есть?
Сало? Конечно, и у Саблина, и у Чернова и сало есть, и паштет из саранчи имеется. Чернов уже хотел сказать, что всё у него есть, но командир, вспомнив недавние наставления руководства, опередил его:
— Только для личных нужд, не для продажи.
А работник порта тут повергает станичников в ступор:
— Полрубля за кило сала и рубль за кило паштета, если, конечно, паштет чищеный.
— У меня всё есть, — сразу говорит рядовой Черных. И неудивительно, цена — просто вдвое от той, по которой забирают провизию скупщики в Болотной. И пока прапорщик не остановил казака, тот добавляет: — Продам немного.
— Договорились.
«Ну, как узнают остальные — так пойдёт торговля!».
Он словно в воду глядел, как первый грузовик встал на отведённое для сотни место, так и началось. Тот мужичок залез с Черновым в грузовик и купил у того по одному килограмму сала и паштета. Причём взвешивали всё.. руками, под бдительным оком командира второго отделения штурмовиков Ролдугина. И тут же, не успел Чернов застегнуть баул, как в кузов грузовика заглянул мальчишка лет пятнадцати, залез на подножку и просунул под тент пакет с яблоками.
— Казаки, меняю весь пакет на двести граммов сала.
А яблок в том пакете.. кило два. Не меньше. И все такие красивые. Жёлтые, красные.. Тут уже и сам командир взвода призадумался. Вот Наталка порадовалась бы. Да и Антонина ужас как любила фрукты, даже консервированные, а тут вон.. Свежие яблоки — редкость на болотах, считай, такая же, как и свежие персики. И сто́ят так же. А тут вон целый пакет за маленький кус сала.
— Я возьму, — вперед всех соглашается Ролдугин. Он словно торопится и лезет в кучу мешков, находит баул со своим именем.
Но Саблин всё ещё настороже; он после инструктажа ко всему этому относится с подозрением, и пока младший урядник Ролдугин распаковывает провизию, интересуется:
— А ты, паренёк, эти яблоки не украл случаем?
— При чём здесь украл? — удивляется мальчишка и сам на всякий случай оглядываетпакет. — Мне мать их на обед дала.
«Пакет яблок на обед? Э-э.. Да кто же в такое поверит?».