Страница 68 из 174
Глава 7. Судьбы
Если бы в подобной глуши издавались газеты, то журналистам пришлось бы жить на главной площади селения. Только там и могло что-то произойти. Все драки, скандалы, важные и неважные объявления, все праздники проводились только на ней. Но газет не было: новости тут распространялись сами, а если бы и не распространялись, то всё равно дела до газет тут никому не было. Разве что купцы привозили их из города. Тогда газеты изредка покупали, хотя и считали эту трату денег излишней.
В газетах добрую часть занимали неинтересные жителям фотографии, другую часть – кроссворды, которые всем было лень разгадывать, а третью – реклама, которая была очень соблазнительна, но абсолютно бесполезна, ведь она распространялась только на город. Ну а статьи – те и подавно никому были не нужны.
Гарп с тремя своими дружками встретились у палатки, торгующей лёгкой едой и напитками. Они обсуждали насущную тему – благосостояние Ахеля. Поскольку этот разговор вёлся довольно сумбурно, то нет смысла называть имена этих трёх друзей.
— Он что же, совсем глупый? – спросил первый дружок, имея в виду Ахеля.
— Да говорят же тебе, – почти что перебил его второй, – Ахелю было плохо, вот он и не посмотрел, какими деньгами платит.
Они сидели на стульях под открытым небом. На площади никого не было, кроме нескольких влюблённых пар. Гарп старался следить за ходом разговора и вывести его на выгодное русло. Он не хотел делить наживу на четверых. Судьба словно бы помогла ему: один товарищ почти сразу утратил нить беседы. Он соблазнился акцией, проводившейся в этом ларьке. Собственно, торговец этого ларька был большим затейником и постоянно придумывал какие-то акции и скидки. Видимо, он так сильно накручивал цены, что ему было всё равно, делать ли скидку в 30 или же в 50 процентов.
Сегодня у него была акция: шестой выпитый напиток бесплатный. Гарп и двое его дружков уже привыкли к странным акциям и понимали, что где-то есть подвох, а вот третий друг жил в селении всего несколько месяцев и ещё не понял, с каким хитрым торговцем имеет дело. Обрадованный выгодой, он попросил себе шесть напитков по цене пяти. Сразу выяснились и подробности: шестой напиток даётся только после того, как выпиты остальные пять. Посетителей было немного, и хозяин заведения решил лично следить, не сжульничает ли клиент. Более того, нельзя было никого угощать. Пить можно было только самому все пять напитков.
— А вот с шестым, – добавил торговец, – делайте что хотите, мне всё равно.
Никто не стал отговаривать незадачливого посетителя от этой затеи: и Гарп, и двое других его дружков на самом деле лишь называли себя друзьями, а на деле никто не хотел делить награбленное на четверых. А так они могли бы исключить четвёртого из доли. Впрочем, они не знали подробностей происшедшего с Ахелем и собрались, чтобы выяснить: кто и что разузнал. Разумеется, часть истории про то, как Ахелю стало плохо и он поехал домой, расплатившись золотом, знали они все.
Гарп смерил компанию нарочито надменным взглядом и небрежно сказал:
— А знаете что? Зря мы на самом деле тут собрались! – И замолчал.
— Не зря, – отмахнулся его товарищ, – тут нас никто не подслушает.
— Ну да, – отозвался второй, – этому торговцу из бара до нас дела нет. Он уже человек проверенный. И не такое при нём обсуждали!
Тем временем третий товарищ выпил маленький стакан странной зеленоватой жидкости.
— А что я сейчас выпил? – спросил он у торговца.
В подобных заведениях было принято заказывать просто «напиток», указывая градус крепости, а там выбирал уж сам торговец.
— Настой из еловых веток.
— Мм, – буркнул тот в ответ, – не очень-то вкусно. И стакан какой-то слегка липкий.
— Прошу прощения, – равнодушно ответил торговец. – Видимо, это еловая смола. – «Пора бы уже помыть стаканы», – подумал он. – Второй напиток будет больше по объёму и дороже.
— Давай, – последовал ответ. – На шестом отыграюсь!
Между тем серьёзный разговор продолжался.
— Я нисколько не сомневаюсь в честности нашего «разливальщика», – кивнул Гарп. – Особенно он хорошо хранит тайны, если заказать у него что-то. – Тут бояться было нечего: на столике стояло несколько напитков и лёгких закусок. – Гарп улыбнулся. – Нет, мы собрались здесь зря не из-за торговца. Дело в другом: то, что мы хотим обсудить, бесполезно!
— Как это! – удивился его друг. – С каких это пор золото стало называться бесполезным? Или ты пошёл в философы? Что ж, за философов, уменьшающих знаменатель нашей дроби! – воскликнул он и, подняв стакан, выпил его содержимое, а затем съел маленький кусок подкопчённого мяса.
— Брось шутить, – отрезал Гарп. – Я серьёзен в подобных вещах. Я не говорю, что золото бесполезно. Лишь хочу сказать, что у Ахеля этого золота НЕТ. Поверьте, я разузнал достаточно.
Все недоумённо переглянулись.
— Быть такого не может! – сказал четвёртый. – Сейчас мы докопаемся до правды, честное слово. Ну-ка, дружочек, – обратился он к торговцу, – второй стакан мне!
Стакан был ненамного больше. Торговец сразу взял за него плату. Жидкость была тёмная, с какими-то плавающими в ней кусочками. Когда стакан был пуст, последовал вопрос:
— А этот напиток был из чего?
— Из еловых шишек. Не пропадать же добру, когда я собирал еловые ветки.
— А плавающие кусочки – это, стало быть, шишки?
— Именно они, – ответил торговец. «Нет, стаканы всё-таки надо помыть!» – твёрдо решил он.
Гарп сел прямо, взял кусок сыра и начал объяснять бесполезность всей затеи.
— Видите ли, – неторопливо начал он, на ходу думая, что ему следует сказать, – слухи – это одно, а вот реальность – это нечто совершенно иное. Я проверил слухи, как мог, и понял, что делать нам с вами совершенно нечего. А вы что смогли разузнать?
На несколько секунд повисло молчание. Поскольку инцидент произошёл недавно, а Ахель никому ничего не рассказывал, то и новых подробностей дело не обрело. Были всякие слухи, но они противоречили друг другу и вообще выглядели странными. Так что никто ничего не узнал.
— То-то же! – ухмыльнулся Гарп. – А я вот кое-что разведал.
— Ну ты молодец! – оценил его тот товарищ, который успел выпить содержимое уже трёх стаканов и теперь не мог адекватно поддерживать диалог.
Торговец подсунул ему четвёртый – ещё более объёмный, который стоил ещё дороже. Тот расплатился и принялся за красную настойку.