Страница 141 из 174
Гарп не выдержал сильного удара. В глазах у него помутнело, и он вновь упал на землю. Лоб начало щекотать. Очевидно, это стекала струйка крови. Сознание мутнело. Гарпа успокаивало одно: он успел метнуть в сторону Илина нож, но не понял, попал ли.
Нож действительно попал в Илина, ранив того в голень. От боли Илин пошатнулся и рухнул прямо на Гарпа. Теперь ночь не имела значения: враги могли определить на ощупь, кто где находится. Илин схватил Гарпа за шею и начал судорожно сжимать её. Каждый имел одну жизнь, согласно рангам, и скоро она должна кого-то покинуть.
Гарп не мог дышать. Илин крепко сдавил ему глотку. Он начал задыхаться и не знал, как спастись, но стал искать в кармане свой нож. Делать это в сложившейся ситуации у Гарпа не получалось. «Неужели нож выпал!» – испуганно подумал Гарп и из последних сил повернулся на бок, свалив Илина с себя на листву. Затем он перевернулся и напал на Илина. Теперь оба задыхались: Гарп – потому что Илин его душил, а Илин – под тяжестью Гарпа. На последнем издыхании Гарп начал бить Илина по лицу. Первым же ударом он попал в открытый глаз костяшкой пальца. Илин разжал руки, и Гарп вдохнул долгожданный воздух. Нападать он не мог: горло жутко болело, а голова зверски кружилась. Гарп отсел в сторону в ожидании соперника. Пока он ждал, его рука продолжала искать нож и, наконец, нащупала его. Вскоре послышался шорох листвы. Илин подходил к нему сбоку.
«Я измотал его! – думал Илин. – У него рана на предплечье и на ладони, большая рана на лбу, и к тому же он продолжает задыхаться!» О своих ранах, куда более серьёзных, он даже не думал. Он не замечал, что вместо носа у него какое-то жуткое месиво, на ноге рваная рана от ножа, а один глаз выбит. Главное для него было – победить Гарпа. Но где он? Вокруг была непроглядная тьма. Он прислушался. Да! Несмотря на осторожность, Гарп громко дышал, почти хрипел после удушья. На этот звук и пошёл Илин. Сделав два шага, он наткнулся коленом на спину Гарпа и сильно обрадовался этому. Двумя кулаками он нанёс ненавистному врагу сильный удар. Послышался лёгкий хруст костей, и спина дрогнула. Илин нанёс второй удар, и тут нога Гарпа подсекла его и обрушила на землю. Падать в сторону Илин не хотел: тогда Гарп встал бы и прикончил его. Вновь сбросить его с себя Илин бы не смог: силы почти кончились. Тогда он постарался упасть туда, где, по его мнению, был Гарп. И он угадал!
Илин упал точно на сидящего Гарпа и повалил его спиной на землю. Голова Гарпа не пострадала: мокрая земля и слой листвы смягчили удар. Илин, пребывая в эйфории, хотел ударить Гарпа, но почувствовал острую боль в животе. За миг перед падением Гарп успел выставить впереди себя нож. Теперь Гарп из последних сил провёл ножом вдоль по животу Илина. Тот дрогнул и обмяк на Гарпе. «Схвачусь, – мелькнула мысль в голове Илина. – Я за него схвачусь и не отпущу. Он не вырвется!»
И правда, Илин смог понять, где находится шея Гарпа, и, схватившись за неё одной рукой, сдавил её так, словно вместо ладони имел железную перчатку. Гарп высунул язык от удушья – он ещё не пришёл в себя после первого раза. Он разжал руку с ножом, но второй рукой с размаха ударил Илина в голову. Рука Илина слегка разжалась. Гарп сбросил его с себя и начал бить врага по голове.
Прошло десять минут. Гарп пришёл в себя и понял, что бьёт уже пустое пространство: Илина забрал Закон, а вспышку света Гарп принял за искры в собственных глазах. Вместо Илина он бил поваленное на мокрую землю дерево, принимая его похрустывание за хруст костей соперника. На измученном лице появилась горделивая ухмылка. Он хотел сказать что-нибудь пафосное, но не смог раскрыть уставшие и опухшие губы. Ночь ему предстояло провести в лесу, потому что без фонаря он не добрался бы до селения в кромешной тьме. Эта мысль угнетала. Всю ночь вода будет капать ему на раны и раздражать их. А что он скажет наутро, когда Эстул спросит его, как он получил раны?
Этот вопрос отошёл на задний план, когда Гарп осознал, что может вот так, просто, сидеть и думать, а не драться с диким соперником.
— Я победил! – тихо прошептал он, и слова отозвались дёргающей болью. Раненый и усталый, но гордый собой, Гарп упал на мокрую листву и впал в забытьё до полудня следующего дня.