Страница 115 из 174
Затем Ахель вместе с торговцами принялся за совершенно безвкусную еду. Мясной жир скользил во рту, пюре как мокрая глина проходило в горло. Только сладкий чай с лимоном хоть как-то спасал ситуацию. Но его было немного, поэтому приходилось пить редкими и мелкими глотками.
Поговорить за столом не получилось. Возможно, еда была слишком плоха и с ней хотелось покончить как можно быстрее, а может, сидеть было слишком неудобно и все стремились вновь лечь на койки. После еды все пластиковые приборы собрали в мешок и поместили в люк, открытый только с внутренней стороны вагона. Потом люк задраили, и Ликт переключил рычаг, чтобы люк открылся с другой стороны. Пакет выпал, и вечный туман поглотил мусорную кроху, будто её никогда и не было.
Затем все улеглись на койки, и Ахель продолжил рассказ. Он объяснил, что ему всегда хотелось узнать что-то новое и необычное, поэтому-то ему и нравилось копаться в редких документах. Бумажные тайны заменяли ему все остальные. Но когда он узнал о криптобиологии, то понял, что это его истинный интерес. При первой возможности он уехал в селение, замаскировавшись под простого человека. На этом месте правда закончилась, и Ахель завершил свою речь словами:
— Но я ничего так и не отыскал. – Ахель испугался сказать правду, потому что решил, что тогда будет убит: вдруг купцы решат отобрать череп и получить сто тысяч золотых монет. Вполне вероятно.
— А за что же вы дрались с купцом? – поинтересовался Ликт.
— Ему показалось, что я нашёл труп одного существа, но он меня неправильно понял. Я лишь сказал, что, возможно, у меня есть этот череп. Такой формулировки требовала ситуация при разговоре. И он решил завладеть тушкой, для чего и устроил дуэль.
— Ояд мог, – согласился Ликт. – У него же была невеста. Только ради неё такой поступок он и мог совершить. Только вот невестой он сам её называл. Едва ли так было на самом деле. Думаю, она даже не впечатлится, когда мы расскажем ей про дуэль. Может, даже обрадуется.
— Это вдвойне грустно, – сказал Ахель. – Но послушайте, у меня есть один серьёзный вопрос. Я и сам много читал про него, но вы торговцы и можете знать ещё что-нибудь интересное.
— Да уж, – подтвердил Ликт. – Интереса столько, что забыть бы это всё! Но что ты хочешь узнать?
— Я хотел бы спросить: правда ли, что люди почти не находят этих таинственных существ?
— Ну как, – замялся Ликт. – Если верить слухам, то их видят не так уж и редко, но только это не столько слухи, сколько сказки: и для детей, и для взрослых. По подробностям сразу можно понять, для какой аудитории этот рассказ был выдуман. Именно выдуман. Так что реальных свидетельств почти нет. Впрочем, есть ряд коллекционеров, которые за бешеные деньги покупают якобы тела этих существ и гордятся пополнением коллекции. Надо быть сумасшедшим, чтобы тратить такие горы денег на непонятно что. Но пыл коллекционера и его жажда найти что-то по-настоящему редкое едва ли отличаются от помутнения ума. Впрочем, я не знаю: никогда ничего не собирал, кроме проблем на собственную голову.
— Но ведь был же один случай, – решил попытать удачу Ахель, – когда коллекционер решил узнать, что же именно он держит в коллекции, и отослал свой экземпляр на экспертизу, а потом.. Я не знаю, что было потом. В книгах и газетах об этом ничего сказано не было.
— А я знаю, – ответил Ликт. – Конечно, в газетах о таком не напишут: журналистам ведь нужна сенсация. В научных трудах об этом не напишут тоже, потому что для них эта тема слишком мелкая. На самом деле – мне повезло общаться с этим человеком – на экспертизе было установлено, что его экземпляр – это до жути мутировавшая кошка, и не более того. Впрочем, её могли бы купить биологи для своих экспериментов, но после долгих месяцев пребывания в растворе и после экспертизы останки кошки были столь плачевны, что она уже никого не интересовала. Так он потерял целое состояние. Об этом по своим каналам узнали многие коллекционеры. Цена на этих тварей сразу упала, но поскольку страх перед потерей мнимых ценностей их пугал, они замолчали результаты экспертизы, и те не пошли в народ. Мало-помалу появились новые коллекционеры, и цена стала постепенно расти до нынешней отметки. Но на экспертизу никто больше ничего не отдаёт, чтобы не повторить случившегося.
— Это печально, – заметил Ахель. – Ведь так можно упустить что-то действительно важное.
Про себя же он подумал: «Я поймал точно никакую не кошку! Никто бы так не мутировал: это явно новый вид! Вид Ахеля!»
Оставшиеся дни пути велись самые неинтересные разговоры.