Повелитель стали

– Он говорит правду, – подтверждаю я, стиснув пальцы Экера, чтобы дать ему понять, на чьей я стороне. – Мы сопряжены.

Генерал не уступает, его взгляд направлен на наши переплетенные пальцы, он оценивает и прикидывает вероятность того, что мною манипулируют.

– Тебе стоит найти способ убедить меня в этом, – говорит он.

Мы с Экером переглядываемся. Единственное, что приходит мне в голову, – наш поцелуй, когда магия хотела слиться воедино, хотела использовать наши дары как одно оружие, а не как два. Это был лишь проблеск того, чем мы могли бы стать вместе. Если бы я сосредоточилась на его магии, а не на его вкусе, то, возможно, смогла бы лучше почувствовать возможности объединения наших сил. Но это можно проверить только еще одним поцелуем.

Глаза Экера улыбаются, будто он прочитал мои мысли.

– Дай мне твой кинжал.

Достав его из-за пояса, я оставляю вопросы при себе, не желая показывать, что я более наивна, чем могу показаться. Я не была готова к тому, что Экер поднимет наши сомкнутые руки, и тем более не была готова к тому, что он вонзит между ними клинок. Я вздрагиваю, но не смею вырвать руку, несмотря на внезапную боль.

Он смотрит из-под ресниц, и мне кажется, что он делает это для меня, а не чтобы кому-то что-то доказать.

– Джовинния, принцесса Мэйли, является моей Сопряженной Парой. Давая этот обет, я клянусь защищать ее, пока не испущу последний вздох.

Кровь просачивается сквозь наши пальцы и течет по запястьям.

Его глаза сияют, как никогда прежде. От этого мое сердце начинает биться чаще, а дыхание становится глубже. Я сглатываю, пытаясь избавиться от кома в горле.

– И, – добавляет он, облизнув губы, прежде чем продолжить, – я люблю ее.

Холлис выкрикивает имя Экера, явное, полное паники предостережение, которое тот игнорирует, повернув наши сомкнутые ладони в сторону, так что наша смешавшаяся кровь стекает на землю.

Я не вполне понимаю последствия и причины того, что он сделал, но я бы не смогла противостоять желанию поцеловать его, даже если бы попыталась. А я, если быть честной, и не пытаюсь. Я с готовностью припадаю губами к его приближающимся губам, призывно приоткрыв рот. Экер сдерживается, чтобы не затянуть поцелуй, но все равно оставляет на моем языке вкус своего.

Какая-то тряпка бьет Экера по щеке – удар Бо попадает прямо в цель.

– Дурак. – Она обзывает его не в шутку, в ее глазах сверкает неподдельный гнев. – Глупый,

глупый

дурак.

Холлис удручен еще больше. Все, что он может сделать, – это медленно покачать головой с выражением отвращения на лице.

Однако генерал Сэмасу чертовски близок к экстазу.

– Да, он глупец, но, пожалуй, самый храбрый человек из всех, кого я когда-либо встречал.

– Думаю, лучше сказать самый безумный, – возражает Холлис.

Экер не обращает внимания на их замечания. Не торопясь, он вытирает тряпицей ручейки крови, уже высыхающие на моих пальцах, глядя то на них, то мне в глаза. Это похоже на своего рода извинение, на акт раскаяния. Он зубами разрывает ткань надвое и использует более чистую половину, чтобы перевязать мою кровоточащую ладонь. Затем он переводит взгляд на генерала.

– Это тебя убедило? – спрашивает он, вернувшись к сути дела.

Что до меня, то я вся дрожу изнутри. Мой живот сводит, в голове туман. Я сжимаю повязку на руке и сосредоточиваюсь на боли от пореза.

Генерал Сэмасу качает головой, все еще не до конца веря в то, что услышал.

– Полагаю, что да. – Затем он заливается смехом. – Королеве также понадобятся доказательства.

Я делаю знак Экеру передать мне кинжал и отдаю его генералу.

– Скажи моей матери, что я напишу ей, когда буду готова вернуться. Я призову кинжал через три дня. Вам хватит этого времени?

Он пялится на кинжал из черного камня, затем смотрит мне в глаза.

– Чертовы кролики, – бормочет он.

От этих слов у меня замирает сердце.

Покачав головой, он в знак согласия вскидывает руку.

– Поезжайте вашей дорогой и сделайте это через два дня. Если после этого пройдет больше суток, я по приказу вашей матери лишусь головы.

Он улыбается, и тут я замечаю сходство между ним и Реном. В том, как растягиваются его губы, в морщинке вокруг носа, в форме его зубов. Я держу это открытие при себе, но улыбаюсь в ответ.

Он подмигивает Экеру.

– Удачи, парень. – И исчезает.

Мы смотрим на воинов, все еще ожидающих вдалеке, и видим генерала Сэмасу среди них. Маленький отряд едет прочь, набирая скорость и направляясь на запад.

Экер берет меня за подбородок, поворачивает мое лицо к своему и прижимается своим ртом к моему, на этот раз в продолжительном поцелуе, прежде чем отстраниться. Это так просто, но кажется, что в этом весь мир. И…

И вместе с тем кажется, что это начало конца.