Великая Северная война

. Ликвидация Сечи полностью (или превращение запорожцев в компанейцев) в принципе соответствовала бы планам Мазепы, однако осуществить подобное в реальности было невозможно. Оставался один выход — найти запорожцам постоянное занятие, то есть войну, и здесь история помогла гетману, обеспечив все последнее десятилетие XVII века непрерывными войнами с Турцией и Крымом.

«В-шестых, Петр I начал «реформирование» казацкого войска, а его члены правительства начали руководить украинскими военачальниками. В 1705 году из-под Гродно казацкий старшина И. Черныш прислал в Батурин копию царского указа о направлении в Пруссию каждого пятого казака Киевского и Прилуцкого полков «для обучения и устройства их в регулярные драгунские полки». Кроме того, позднее П. Орлик свидетельствовал, что Мазепа получил «указ Царского Величества об устройстве казаков, подобно Слободских полков, в пятаки

{176}

, который так напугал и рассердил было всех полковников и старшину, что они ни о чем не говорили, только что тот выбор пятаков — для устройства их в драгуны и солдаты». А в 1706 году по приказу Петра I было образовано специальное воинское формирование — Украинская дивизия, которая была соединением «городовых» и охотницких полков Левобережной и Слободской Украины. Командующий этой дивизией назначался царским указом и во время походов принимал на себя строевое и полевое управление всеми казацкими полками и русскими подразделениями, которые находились на территории Украины. В мае 1708 года на должность командира Украинской дивизии был назначен майор лейб-гвардии Преображенского полка Долгоруков, которому предписывалось «быть со всеми москвичи, с столники, с стряпчими, с дворяны, с царедворцами, и со всеми городовыми и всяких чинов ратными людьми, и с конными драгунскими, и с пешими салдацкими, и с слобоцкими Черкасскими, и с кумпанейскими полками, и гетманскими многими региментами на Украйне командиром». А общее руководство над Долгоруковым и всем украинским войском должен был осуществлять киевский русский воевода Голицын. Под его власть в ноябре 1707 года Мазепа передал «новоустроенную» Печерскую крепость вместе с казацким гарнизоном. Угрозу традиционным формам политико-войскового устройства Украины в начале XVIII века ее элита (видимо, казацкая старшина. —

А. Ш.)

небезосновательно расценивала не только как потерю контроля над войском и преобразование его в составляющую русской армии, но и как начало изменения всей модели традиционной власти и общественных отношений вообще».

Мазепа понимал, что малороссийские полки, состоявшие из казаков-хлебопашцев, отживают свой век. Он хорошо видел разницу в боевых качествах между профессиональной наемной армией, состоящей из компанейцев, запорожцев-сечевиков или донских казаков, живущих лишь одним ремеслом — войной, и малороссийскими казачьими полками, объединявшими в себе одновременно и воинов, и землепашцев. Сокращение численности казачьих полков можно было компенсировать увеличением количества компанейцев. Время Мазепы — расцвет компанейских полков. Помимо двух существовавших компанейских конных полков — Пашковского и Новицкого, он создает охочепехотный или «сердюцкий» полк, а также личную гвардию — «компанию надворной хорогви». Во главе всех компанейских полков Мазепа ставит полковника Илью Новицкого, характеризуя его «яко в делах искусного мужа». Боевое крещение компанейцы получают в 1688 году в деле против татар у реки Тясьминя. К концу XVII века количество компанейцев увеличивается до семи полков, а к 1709 году уже существовало пять охочекомонных (конных) и пять сердюцких (пехотных) полков

{177}

.

Петр также подчеркивал, что «войско Малороссийское не регулярное и в поле против неприятеля стоять не может» и «из нынешних присланных некумпанейских ничего добра, разве худа есть, понеже, не имеючи определенного жалования, толко на грабеж и тотчас домой уйдут». Исчерпывающая характеристика! Что-то о донских казаках такого у Петра не встречается... Царь требует преобразования гетманских полков в компанейские полки, и в этом его устремления совпадают с видением Мазепы. Но нагрузки, которые возложил Петр на Украину, были неимоверны. Мазепе приходилось нелегко, и он передавал через графа Г. И. Головкина, что зимой будет сложно «войско перебрати, хто годен, а хто не годен до компанейской службы», и «лучше б было, когда б весною поведенное устраевалося»

{178}

.

«В-седьмых, Московское царство не обеспечило надлежащей обороны Украины от шведского наступления. Во время воинского совещания в Жолкве в 1707 году гетман Мазепа попросил у Петра I предоставить ему для обороны границ Украины 10 тысяч русских солдат. На это сюзерен ответил своему вассалу (опять подчеркивание якобы существующих отношений. —

А.Ш.

). «Не только 10000, но и десять человек не могу дать; как можете сами обороняйтесь». Кроме того, царь подчеркнул, что будет изматывать армию Карла XII непринятием решающего боя и отступлением своих войск в глубь Московского царства. При этом на пути шведов должны были уничтожаться поселения, продовольственные припасы для солдат и фураж для коней. Предусматривая возможное нападение на Киев шведско-польских войск во второй половине 1707–1708 году, Петр I приказывал в 4-м пункте, чтобы «во время неприятельского прихода, осадя и управя Печерский монастырь, уступит за Днепр, а старый Киев оставит пуст».

Позволю себе не согласиться. На просьбу Мазепы Петр ответил обещанием выслать корпус Шереметева «итить на оборону Украины с поспешением» и заверял, что народ малороссийский «во всяких неприятельских наступлениях не оставим»

{179}

. В июне 1707 года Петр направил грамоту, в которой выражал сожаление по поводу тяжкой службы и бедствий, обрушившихся на Украину, ставшую театром военных действий, но заявлял при этом, что в «таком ныне с неприятелем нашим, Королем Шведским, военном случае того весьма обойтить не возможно, и того ради надлежит вам... то снесть», а «по окончании сея войны те понесенные трудности и убытки... награждены будут»

{180}

.