Страница 124 из 168
Стало быть, Эйнштейн, который принимал важное участие в развитии квантовой механики и в 1921 году получил Нобелевскую премию по физике за заслуги в разработке квантовой теории, а не за свою теорию относительности, отвергал выводы приверженцев квантовой механики. До самой смерти он оставался убежденным в том, что за мнимой непредвиденностью в конечном счете все же скрывается закономерность, которую наука пока не открыла.
В то время как эйнштейновская теория относительности смотрит во Вселенную, в макрокосмос и описывает господствующие там структуры и законы, квантовая физика вглядывается в малое, в микрокосмос. И хотя это кажется невозможным, но с момента возникновения двух теоретических систем физики во всем мире пытаются объединить их законы. Они надеются приблизиться к открытию формулы мироздания, такой формулы, которая в конечном итоге опишет происхождение, связь и взаимодействие всех фундаментальных сил природы. Эйнштейн безуспешно искал эту формулу. К началу XXI века большинство деятелей науки возлагают свои надежды на теорию струн. Она основывается на допущении, что в самых маленьких измерениях (как говорит Питер Уотсон, «в триллионы триллионов раз меньше атомного ядра») первоначальные структурные элементы материи состоят не из частиц, а из намотанных нитей («струн»), которые вибрируют в различных направлениях в зависимости от свойств. Именно в этой области — которая до сих пор вследствие недостаточности измерительных инструментов исследуется скорее теоретически, чем практически — наука надеется когда-нибудь объединить законы теории относительности и квантовой теории.