Страница 57 из 70
Характерной особенностью организации внутреннего пространства восточнославянского жилища является наличие двух центров (печи и красного угла), реально занимающих периферийное (в диагонально противоположных углах) положение. Два остальных угла, также расположенных по диагонали («бабий» и «дверной»), наделены соответственно характеристиками «женского» и «мужского» пространства. Такой «диагональный» принцип организации жилого пространства характеризуется невыраженностью (в семиотическом аспекте) топографического центра жилища, что частично компенсируется знаковой ролью матицы, проекция которой является символической границей между внутренним и внешним (более ценным и менее ценным) в пределах жилого пространства. Ценностная иерархия частей пространства распространяется не только на отмеченные зоны (красный угол — печной — дверной), но и на «застольное» пространство красного угла. Причем «пространственная» иерархия совпадает с социальной иерархией коллектива. Высокая степень семиотичности жилого пространства особенно показательна для горизонтальной плоскости. Вертикальная плоскость в этом смысле менее разработана. Однако и для нее характерна символическая организация, проявляющаяся в выделении особого слоя пространства («культурный горизонт»), который делит жилую вертикаль на 3 части.
В настоящей работе затронуты далеко не все вопросы семиотики внутреннего пространства восточнославянского дома, а те, что рассмотрены, — не всегда с желаемой полнотой. Ждут своего подробного освещения знаковые характеристики домашней утвари, декора, другие элементы домашнего обихода. Практически не исследована еще своеобразная «грамматика» вещей, правила их сочетаемости. И, наконец, особого внимания заслуживает рассмотрение весьма отличного от нашего «языка» поведения человека в этом предельно семиотизированном и семантически насыщенном пространстве. Анализ этих и других вопросов позволит полнее представить не только специфику знаковой организации жилого пространства, но и многие аспекты традиционного образа жизни.
Список сокращений
ГАИМК — Государственная Академия истории материальной культуры
ГИМ — Государственный Исторический музей
ЖМВД — Журнал Министерства внутренних дел
ЖС — Живая старина
ИОЛЕАЭ — Известия Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии
ИЭА — Историко-этнографический атлас
КСИИМК — Краткие сообщения Института истории материальной культуры
КСИЭ — Краткие сообщения Института этнографии
ЛГУ — Ленинградский государственный университет
МАЭ — Музей антропологии и этнографии АН СССР
МИА — Материалы и исследования по археологии СССР
МКАЭН — Международный Конгресс антропологических и этнографических наук
ОРЯС — Отделение русского языка и словесности Академии наук
РГО — Русское географическое общество
СА — Советская археология
СЭ — Советская этнография
ТИЭ — Труды Института этнографии
ЧОИДР — Чтения в Обществе истории и древностей российских
ЭО — Этнографическое обозрение
ЭОИОЛЕАЭ — Этнографический отдел Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии
FFC — Folklore Fellows Communications
ZFE — Zeitschrift für Ethnologie
ZFS — Zeitschrift für Slavistik
notes
Примечания
1
Иванов Вяч. Вс., Топоров В. Н. Славянские языковые моделирующие семиотические системы. М., 1965, С. 7.
2
Кроме названной работы Вяч. Вс. Иванова и В. Н. Топорова, см., напр.: Гуревич А. Я. 1) Категории средневековой культуры. М., 1972; 2) Проблемы средневековой народной культуры. М., 1981; Lévi-Strauss С. La pensée sauvage. Paris, 1972.
3
Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры, с. 16.
4
Топоров В. Н. Об одном способе сохранения традиции во времени: имя собственное в мифопоэтическом аспекте. — В кн.: Проблемы славянской этнографии. Л., 1979, с. 141–149.
5
Там же, с. 142.
6
Лотман Ю. Статьи по типологии культуры. Вып. 1. Тарту, 1970, с. 14.
7
Гуревич А. Я. Категории средневековой культуры, с. 63.
8
Лотман Ю. Статьи по типологии культуры, с. 11.
9
Богатырев П. Г. Вопросы теории народного искусства. М., 1971, с. 363. Впервые работа «Функции костюма в Моравской Словакии» была опубликована отдельной книгой на словацком языке в 1937 г.
10
Впервые на эти вопросы обратили внимание лингвисты, члены Пражского лингвистического кружка Н. С. Трубецкой и Р. О. Якобсон. Разрабатывая теорию фонологических различительных признаков, Н. С. Трубецкой пришел к выводу об условном характере экспрессивных фонологических средств, которые и должны интересовать лингвиста, занимающегося функциональной структурой речи, в отличие от безусловных, т. е. физиологически обусловленных различительных признаков (Трубецкой Н. С. Основы фонологии. М., 1960, с. 24). На этнографическом материале эта идея нашла свое блестящее воплощение в работах П. Г. Богатырева.
11
Арутюнов С. А. Механизмы усвоения нововведений в этнической культуре. — В кн.: Методологические проблемы исследования этнических культур. Матер. симпоз. Ереван, 1978, с. 103–109.
12
О проблеме семиотического статуса вещей в различных временных, пространственных и культурных контекстах см. более подробно: Байбурин А. К. Семиотический статус вещей и мифология. — Сб. МАЭ, Л., 1981, т. 37.
13
Цивьян Т. В. Дом в фольклорной модели мира (на материале балканских загадок). — Труды по знаковым системам, 10. Тарту, 1978, с. 65.
14
О подобного рода текстах см, подробно: Топоров В. Н. О структуре некоторых архаических текстов, соотносимых с концепцией «мирового дерева». — Труды по знаковым системам, 5. Тарту, 1971, с. 9–62.
15