Страница 85 из 218
— Именно так начинается строительство.
— А ты откуда знаешь?
— Потому что на моём месте ты сказал те же слова.
Сергей схватил старшую версию за форму.
— Тогда объясни. Без загадок. Кто этот ребёнок? Что за город? Почему Молчанов говорил, что я пришёл из мира без эфира?
Проводник посмотрел на мальчика.
— Закрой купе, и расскажу.
— Сначала ответ.
— Сергей!
— Сначала ответ!
Поезд снова перевернулся.
На этот раз пол не поменялся местами с потолком. Пространство само повернулось вокруг коридора. Двери купе вытянулись, имена потекли по стенам, окна показали десятки пейзажей одновременно.
Игнат потерял опору.
Нина поймала его за раненую руку. Он вскрикнул.
Арсеньев вместе с носилками заскользил к открытому купе.
Воронцов вцепился в ремни, но его тянуло следом.
Зорич бросил латунный ключ Павла Тихоновича.
Ключ пролетел к двери и застрял в раме.
Обычный металл вспыхнул.
Створка остановилась.
— Почему это сработало? — спросил Игнат.
— Ключ принадлежит машине, которая точно существует, — ответил Зорич. — Значит, фиксирует реальность.
Старший Сергей посмотрел на него.
— Вы этого раньше не делали.
— Значит, уже лучше.
— Или хуже.
— Определитесь когда-нибудь.
Они подтянули Арсеньева.
Полковник пришёл в сознание и увидел мальчика.
— Наследник, — прошептал он.
Мальчик повернулся к нему.
— Ты меня знаешь?
— В Коронном архиве был проект с таким знаком.
Арсеньев указал на три кольца у него на груди.
— «Наследник». Мы везли железный ящик со станции.
Воронцов посмотрел на Сергея.
— Ящик остался у мельницы.
— В нём была не только книга?
— Я считал, что книга и есть проект.
Александр медленно произнёс:
— Книга — интерфейс. Проектом был распределённый управляющий.
— Мы, — сказала Варвара.
— Не только. Императорская лаборатория пыталась создать личность, способную существовать сразу во всех узлах. Не отпечаток одного человека, а сочетание совместимых носителей.
Мальчик поклонился.
— Наконец-то.
Елена Павловна прижала треснувшую камеру к груди.
— Они хотели собрать тебя из моих детей?
— Из многих семей. Вяземские оказались наиболее устойчивы.
— Почему ты называешь Варю матерью?
— Потому что в большинстве линий она добровольно завершает проект.
Варвара перестала давить на дверь.
— Зачем?
— Чтобы спасти Михаила.
Старший Сергей схватил её за плечо.
— Не слушай.
Она оттолкнула его.
— Ты сказал, Миша погиб, спасая меня.
— Да.
— А он говорит, что я завершаю проект ради Миши.
— Оба события верны.
— В каком порядке?
Проводник молчал.
— В каком порядке?
— Ты создаёшь Наследника. Понимаешь, что в нём растёт Молчанов. Пытаешься уничтожить. Он входит в тебя. Михаил разрывает связь.
— Значит, если я не создам его, Миша не погибнет.
— Тогда Чёрный путь разрушится, пока мы внутри.
— Почему?
Мальчик ответил:
— Потому что я управляю им из будущего.
За окнами появился город из купе.
Он приближался со всех сторон.
Башни лежали горизонтально, их шпили царапали чёрные вагоны. Рельсы проходили через здания, но стены не разрушались — они входили в поезд, превращаясь в новые коридоры.
Над дверью появилась надпись:
«ВТОРАЯ СТАНЦИЯ».
«ВРЕМЯ СТОЯНКИ: НЕ ОПРЕДЕЛЕНО».
Поезд затормозил.
Людей бросило вперёд.
Купе распахнулось полностью.
Порог превратился в платформу.
За ним стоял Ротенбург.
Не нынешний.
Город будущего.
Высокие эфирные башни были соединены стеклянными мостами. На улицах не было людей. В небе вращалось чёрное солнце — огромный контур, закрывавший настоящий свет.
В центре возвышалась машина перехода.
Мальчик шагнул на платформу.
— Если хотите попасть в Ротенбург до Молчанова, нужно пройти через город, который возник после него.
— Нет, — сказал старший Сергей. — Мы останемся в поезде.
— Тогда не достигнете третьей станции.
— Достигнем.
— Ты уже пытался.
Проводник открыл часы.
Стрелки исчезли.
Внутри циферблата появилась трещина.
— Ты украл мою минуту, — сказал он.
— Ты отдал её Игнату.
— Путь принял.
— Я и есть путь.
Мальчик развернулся и пошёл к машине.
Белая нить Молчанова тянулась от его спины.
Варвара подняла пистолет.
— Если убить его сейчас?
— Не попадёшь, — ответил старший Сергей.
— Я не тебя спрашивала.
Александр изучал город.
— Он не живой в обычном смысле. Это узел вероятностей.
— Значит, разрушить машину.
— Она ещё не построена.
— Я её вижу.
— Мы видим след будущего события. Если разрушим след, изменится путь к событию, но не обязательно само событие.
— Ненавижу время, — сказал Игнат.
— Взаимно, — ответил проводник.
Чёрная книга сама вырвалась из рук Сергея.
Она полетела за мальчиком, раскрывая страницы. Оставшиеся в автономном архиве огни поднялись над переплётом и потянулись к городским башням.
— Он забирает отпечатки! — крикнула Нина.
Сергей прыгнул на платформу.
Варвара оказалась рядом.
Их соединённые руки вспыхнули чёрным и золотым.
Книга остановилась в воздухе.
Мальчик обернулся.
— Они нужны для работы станции.
— Найди другое топливо, — сказал Сергей.
— Вы ещё не изобрели.
— И не изобретём.
— Тогда поезд распадётся, а вы останетесь здесь.
— Где «здесь»?
— В последнем варианте Ротенбурга.
Старший Сергей вышел на платформу.
— Город существует после конца Западной войны. Здесь нет живых.
— Что произошло? — спросила Нина.
— Наследник подключил все источники континента. Люди перестали умирать, потому что их отпечатки сразу переходили в сеть.
— Звучит не как конец, — сказал Берестов.
Проводник посмотрел на пустые улицы.
— Через год никто не захотел возвращаться в тела.
Из ближайшей башни вышли люди.
Сначала десятки.
Потом сотни.
Они были полупрозрачны, но плотнее призраков Нижнего источника. Мужчины, женщины, дети шли к платформе без звука. На каждом горели два контура.