Страница 173 из 218
— Тогда мой контур вернётся.
— Только если люди согласятся.
— Согласятся из страха.
— Поэтому согласие придётся проверять.
— Кто проверит?
Воронцов поднял формуляры.
— Начнём с временного суда маршрутов.
— Новая власть.
— С ограниченным сроком.
Берестов вмешался:
— Десять минут.
— Не всё должно длиться десять минут.
— Тогда власть привыкнет.
Илья улыбнулся, но старик попытался использовать улыбку как мост. Корона снова двинулась внутрь черепа.
— Осталось четыре минуты, — предупредил Первый.
— Команды приняты не всеми башнями, — сказал Зорич. — Четвёртая молчит.
— Исходный мир, — произнёс Сергей.
На мозаике появилась лаборатория из его прошлого. Молодой Сергей сидел перед компьютером за минуты до аварии. На экране возникал внешний ответ.
Башня находилась не в машине.
В нём.
Его мозг использовали как четвёртый узел, потому что он был первым внешним инициатором.
— Чтобы отменить древнюю команду, ты должен согласиться на новый ритм, — сказал Илья.
— Согласен.
— Не нынешний ты.
— Исходный.
— Он рассыпался под вокзалом.
— Но запись момента до перехода хранится в локальной области.
Сергей увидел себя молодого. Тот ещё не знал ни Варвару, ни Михаила, ни двух миров. Он собирался нажать кнопку.
— Я не могу решить за него.
— Тогда контур сохранит императорский приказ через твой мир.
— Можно поговорить?
Первый открыл узкий канал.
Сергей оказался по другую сторону экрана.
Молодой он поднял голову.
— Кто ты?
— Результат кнопки.
— Модель?
— Человек.
— Это невозможно.
— Да.
— Что произойдёт, если нажму?
— Переход откроет мир источников и начнёт выкачивать вероятность из твоего.
— Сколько погибнет?
— В конце — все.
Молодой Сергей отдёрнул руку от клавиши.
— Тогда не нажму.
— Подожди.
— Что?
— Если не нажмёшь, наш мир не станет реальным.
— «Наш»?
— Четыреста миллионов людей. Они существуют из-за перехода.
— Ты просишь нажать?
— Нет.
— Тогда зачем остановил?
— Потому что не могу дать честный совет.
— Семь миллиардов против четырёхсот миллионов.
— Люди не числа.
— Но решение всё равно будет.
— Да.
Молодой Сергей посмотрел на экран.
— Ты нажал.
— Да.
— Сожалеешь?
— Да.
— Отменил бы?
Сергей вспомнил Варвару, Михаила, Марию, Лёшу, Ротенбург и мать.
— Не знаю.
Молодая версия засмеялась от нервного напряжения.
— Очень полезно.
— Зато правда.
— Что требуется сейчас?
— Не повторить кнопку. Согласиться, что твой момент не обязан управлять всеми следующими.
— То есть признать тебя отдельным.
— Да.
— А если откажусь?
— Древний контур сохранит право прошлого приказывать настоящему.
— Тогда согласен.
— Быстро.
— Я не знаю тебя, но не хочу владеть человеком только потому, что он вырос из моей ошибки.
На четвёртой башне появилась новая команда.
Молодой Сергей снова посмотрел на кнопку.
— Теперь что?
— Решай сам.
— Ты не скажешь?
— Нет.
Канал закрылся до нажатия.
Сергей не узнал, какую линию выбрала исходная версия.
— Жестоко, — сказала Варвара.
— Да.
— Правильно.
— Не уверен.
— Поэтому правильно.
Оставалось две минуты.
Четыре башни приняли новый протокол. Пятая разделилась. Илья должен был снять корону до нуля.
Старый император удерживал.
— Если уйдёшь, я исчезну.
— Выбери отдельную архивную форму.
— Империя была моим телом четыре столетия. Без неё я не знаю, кто я.
— Начни с имени.
— Элиас.
— Это имя полной формы.
Старик смотрел на молодого себя.
— Тогда у меня нет другого.
— Выбери.
— Я император.
— Это должность.
— Основатель.
— Это прошлое действие.
— Хранитель ритма.
— Функция.
Счётчик показывал минуту.
Корона врастала глубже в обоих. Если старик не отделится, Илья либо станет им, либо погибнет при завершении полномочий.
Елена Павловна подошла к старому Элиасу.
— Чего вы хотели до трона?
— Такого человека больше нет.
— Память осталась.
— Я хотел узнать, что будет после первого удара сердца.
— Узнали?
— Слишком много.
— Тогда что хотите теперь?
Старик посмотрел на древний город.
— Не знать.
— Это не имя.
— Но моё решение.
— Назовите себя так, чтобы оно не стало новой обязанностью.
Он закрыл открытый глаз на груди.
— Нил.
— Почему?
— Слово без памяти в моём языке.
Корона треснула.
Старый император отделился от Ильи и стал обычным стариком. Четыреста лет упали на его тело. Он опустился на ступени трона.
Счётчик дошёл до десяти секунд.
Илья сорвал устройство.
Полномочия завершились.
Золотые башни погасли, затем включились отдельно. Одни районы согласились на общий ритм. Другие выбрали собственный. Третьи закрыли границы.
Тронный зал начал исчезать.
Нил сидел на ступенях.
— Идёмте, — сказала Елена Павловна.
— Куда?
— В Ротенбург.
— Я разрушил его предшественников.
— Будет суд.
— Через сколько?
Воронцов ответил:
— Когда договоримся, какой закон применим к преступлениям, совершённым до возникновения нынешнего времени.
— Это займёт вечность.
— Надеюсь, меньше.
Илья помог старой версии встать.
Они вышли из тронного зала вместе.
Ротенбург вернулся, но стал другим. Золотые башни больше не смотрели в одну сторону. На каждой горел собственный знак согласия или отказа. Нулевая стража освободилась от древних печатей. Вокзальные часы продолжали идти, синхронизируясь только в моменты обмена между районами.
Люди одновременного города собирались на площади. Илья объяснял им последовательность, хотя прожил в ней меньше часа. Нил слушал и иногда поправлял, но больше не приказывал.
Казалось, третий эксперимент получил границу.
Тогда Зорич заметил ошибку.
— Четвёртая башня снова активна.
Сергей повернулся к мозаичной карте, сохранившейся на стене вокзала.