Наследник без искры

Глава 33. Восемь минут

«ДО ВТОРОГО ЭКСПЕРИМЕНТА: ВОСЕМЬ МИНУТ».

Стрелки на часах Марии сорвались с места.

За чёрной дверью стояли две армии.

Слева — версии Алексея. Дети, старики, солдаты, инженеры, белые отпечатки, люди в одежде из мира Сергея и существа, собранные из света первой машины. У каждого было одно и то же лицо, изменённое возрастом и жизнью.

Справа — версии Марии. Девочки в дворцовых платьях, женщины в форме Нулевой стражи, золотые фигуры Императорского контура, комендантки с металлическими повязками и старухи, державшие на руках чёрные сердца.

Между армиями возвышалась машина второго эксперимента.

В её центре была распята взрослая Мария.

На её руках горели четыре контура проводников.

— Не слушайте его, — повторила она. — Алексей пришёл убить меня до того, как я создам мир, в котором его не существовало.

Мальчик, стоявший на мосту крепости, не обернулся.

Он смотрел только на восьмилетнюю Марию.

— Она уже начала, — сказал он. — Каждая дверь за моей спиной ведёт в линию, из которой взрослая Мария удалила одного из нас. Мы выжили между маршрутами.

— Если вас удалили, почему вы здесь? — спросил Воронцов.

— Потому что удаление не равно смерти.

— В вашей машине, возможно.

— В любой. Стереть решение можно только после того, как оно принято. След остаётся.

Взрослая Мария дёрнулась в креплениях.

Четыре контура вспыхнули.

— Он лжёт. Это не выжившие версии. Он создал армию из моих страхов.

— А твоя армия? — спросила молодая Варвара.

— Защитные вероятности.

— То есть твои страхи с оружием.

— Они не люди.

Одна из старых Марий повернула голову.

— Я слышу тебя.

Взрослая Мария на машине побледнела.

Старуха вышла из строя. На её лице лежала сетка золотых шрамов. В руке она держала деревянную трость, внутри которой работал механизм нулевого излучателя.

— Ты называла нас вероятностями, когда отправляла умирать, — сказала она. — Потом защитными функциями. Потом ошибками расчёта.

— Вы не должны были сохранить сознание.

— Это не делает нас менее сознательными.

— Вы собраны из моих воспоминаний.

— Ты тоже.

Детская Мария стояла неподвижно.

Игрушечная машина у её ног продолжала работать. Четыре колеса вращались, хотя она упёрлась в камень. На крыше менялась дата.

Восемь лет.

Семь.

Шесть.

Срок будущего сокращался с каждым оборотом.

Зорич первым понял.

— Остановите игрушку.

Игнат наступил на неё сапогом.

Колёса не замедлились. Камень под машиной превратился в чёрную ленту, и игрушка продолжила движение, оставаясь на месте.

— Она не отсчитывает время, — сказал инженер. — Она переносит расстояние.

— По-русски, — потребовала Варвара.

— Второй эксперимент находится через восемь лет. Игрушка сворачивает эти годы в минуты.

— Сломать?

— Она уже пережила нулевое поле первой машины. Но я готов попробовать.

Зорич опустился на колено и протянул руку.

Мальчик Алексей схватил его за запястье.

— Если остановите, коридор схлопнется.

— В этом и смысл.

— Вместе со всеми, кто внутри.

— Сколько их?

— По обе стороны — восемьсот тысяч.

Зорич убрал руку.

— Ненавижу устройства, которые защищаются заложниками.

— Ты ещё не видел главную часть, — сказал Алексей.

Часы Марии показали:

«СЕМЬ МИНУТ СОРОК ДВЕ СЕКУНДЫ».

Взрослая Мария подняла лицо.

— Если дверь останется открытой до нуля, второй эксперимент получит якорь в настоящем. Тогда его создание станет неизбежным.

— Будущее не бывает неизбежным, — сказал Сергей.

— Эта машина делает именно таким.

— Первая тоже пыталась.

— Первая сохраняла линии. Вторая выбирает причину для уже существующего результата.

Молодой Молчанов подошёл ближе к порогу.

— Обратная причинность.

— Нет, — ответила взрослая Мария. — Причинность без выбора.

— Это одно и то же, если смотреть из настоящего.

— Поэтому я пришла предупредить.

Алексей засмеялся.

— Ты пришла получить себя.

Детская Мария посмотрела на взрослую.

— Что значит «получить»?

Та не ответила.

Мальчик указал на четыре контура, горевшие на руках женщины.

— Она не может существовать в нашей линии, пока ты добровольно не примешь её память. Взрослая Мария — не твоё будущее. Пока только претендент.

Воронцов перевёл взгляд на машину.

— Как старый Молчанов претендовал на молодого.

— Да.

— Значит, закон города применим. Без добровольного подтверждения обеих сторон вы разные личности.

Взрослая Мария сжала зубы.

— Если она не примет память, никто не узнает, как остановить второй эксперимент.

— Расскажите словами, — предложил Воронцов.

— Машина стирает сведения, переданные без прямой непрерывности.

— Удобно.

— Думаете, я хочу войти в ребёнка?

— Думаю, желание не всегда нужно для насилия.

Детская Мария отступила к Варваре.

Взрослая следила за ней с машины.

— Через семь минут армии выйдут в Ротенбург.

— Зачем? — спросил Михаил.

— Чтобы найти устойчивого носителя.

— Для чего?

— Второй эксперимент не может работать на мёртвых отпечатках. Ему нужны живые решения.

— Значит, убивать Марию Алексею невыгодно, — сказал Сергей.

Мальчик покачал головой.

— Мне нужно убить только будущую версию.

— Ты сказал, что пришёл убить её до создания мира без тебя.

— Её. Не эту Марию.

— Но предупредил: «В моей линии ты построила».

— Чтобы она не согласилась стать взрослой.

Варвара посмотрела на него.

— Мог сразу объяснить.

— Тогда вы бы не поверили.

— Сейчас тоже не верю.

— Зато сомневаетесь.

— Это хуже.

— Поэтому полезнее.

На стенах крепости завыли сирены.

Не электрические. Механические колокола подхватили тревогу от западных ворот.

Эва Рот подбежала к переговорной трубе.

— Что происходит?

Ответил капитан Нулевой стражи:

— Чёрные двери появляются по всему городу! На вокзале, у каналов, в убежищах! Из них выходят люди!

— Какие?

— Одинаковые. Дети и женщины. Некоторые называют себя Алексеями, другие Мариями!

— Не стрелять без нападения!

— Они уже сражаются между собой!