Тень Тодзи Фушигуро

Глава 3

Утренний токийский туман напоминал густую, вонючую взвесь, пропитанную гарью и выхлопами тяжелых грузовиков. В эпоху Хэйан утренняя дымка хотя бы пахла влажной хвоей, сырым торфом и кровью крестьян, распотрошенных очередным бродячим духом. Современный же мегаполис смердел нагретым пластиком, нестиранным тряпьем и подгоревшими тостами из дешевых круглосуточных пекарен.

Тодзи неспешно шагал вдоль закованного в железобетон русла реки Мегуро, глубоко сунув руки в карманы спортивных штанов. Тяжелые армейские ботинки выбивали по мокрому асфальту сухую, ритмичную дробь. Позади, намертво вцепившись в пятки и волочась по лужам, скользила собственная тень.

— Опережаешь график, — сварливо донеслось откуда-то снизу, прямо из грязного асфальта. — Заезд в Фунабаси стартует только через три часа. Куда мы премся в такую рань? И почему от этой куртки так несет дешевым растворителем?

— Куртка стоила копейки, — ровно отрезал Фушигуро. — И на ипподром мы пока не идем. Работы сейчас нет, значит, самое время получить расчет за старую.

— Вчера ты сам констатировал, что Куродзука нас технично слил, а потом уполз на четвереньках! Кто расплатится? Высший Совет? Пришлют чек по почте в конверте с запечатанным проклятием, чтобы тебе оторвало руки при вскрытии?

— Советские старперы совсем усохли мозгами еще в прошлом веке. Куродзука был обычной расходной пешкой. — Наемник сплюнул сквозь зубы на мокрый поребрик. — Но у любой пешки есть свои кладовщики. В Синдзюку сидит один тип, держит общак для нелегальных исполнителей. Деньги за зачистку сектантского гнезда уже переведены на депозит. Если посредник сдох или подался в бега, код доступа можно просто забрать силой.

— О-о-о! — темный силуэт на асфальте плотоядно сверкнул белыми провалами глаз, на секунду раздувшись в форме исполинской смоляной жабы. — Экспроприация награбленного! Горячо одобряю. В мои годы это называлось изящнее: «обчистить амбар соседа, пока тот ушел воевать». Но скажи на милость… почему у меня стойкое чувство, что мы бодро топаем прямиком в капкан?

— Потому что у тебя отсутствует печень, а в черепе плещется древний перегной, — без эмоций парировал Тодзи. — В капкан лезут за бесплатным куском мяса. А я иду забирать свои кровные иены. Разницу улавливаешь?

— Разница исключительно в том, что у куска мяса нет Небесного Проклятия, а у тебя нет ни капли маны! — огрызнулся дух. — Если внутри сидят ребята с серьезными барьерами, тебе опять придется скулить, чтобы я закрыл твою тушу теневым щитом. А я, между прочим, после прошлого раза чувствую себя так, будто меня пропустили через ткацкий станок!

Убийца Магов остановился. Опустил тяжелый взгляд на мостовую, где паразит недовольно извивался плоской лентой.

— Ты теперь способен вытягиваться на пять метров, — произнес мужчина, едва заметно изогнув бровь. — Сутки назад тебя плющило в блин уже на двух. Чего разнылся?

— Я требую адекватных условий труда!

Древняя сущность выпростала из лужи трехмерную смоляную руку и погрозила хозяину когтистым пальцем.

— Поводок удлинился исключительно потому, что ты перестал воспринимать меня как солитера в кишечнике! Но поддержание плотности требует колоссальной подпитки! Ты сегодня жрал? Нет. А я тяну энергию из твоих калорий. Прямо сейчас моя плотность едва дотягивает до пятидесяти процентов. Прилетит чем-то тяжелым — рассыплюсь на пиксели, и будешь махать кулаками в одиночку.

— Я всегда работаю один. — Тодзи отвернулся и продолжил путь. — А ты — просто коврик под ногами. Который иногда умеет больно кусаться.

— Я — великое наследие золотого века магии! — взревел дух, мгновенно вытягиваясь во весь рост по вертикальной кирпичной стене ближайшего здания.

Его белый, пугающе яркий силуэт заскользил прямо поверх граффити и ржавых труб.

— Я помню истинные имена величайших мастеров! Я лично видел, как двуликий Сукуна пускал клан Абе на фарш! Мне известны такие формулы расширения территории, от которых у современных сопляков мозги вытекут через нос! А ты… сутулый рубака, не способный даже прилично заварить зеленый чай!

— Зато я виртуозно ломаю челюсти, — спокойно констатировал Фушигуро. — И не страдаю ностальгией по эпохе, где люди дохли от поноса, не дожив до двадцати. Пасть закрой, пришли.

Подпольный депозитарий маскировался под захудалую контору по продаже краденых автозапчастей. Обычное трехэтажное бетонное убожество на задворках промышленной зоны Синдзюку. Вокруг густо несло отработанным машинным маслом, паленой резиной и пробитыми аккумуляторами.

Во внутреннем дворе, среди ржавых остовов старых седанов, копошились трое парней в засаленных рабочих комбинезонах. С виду — типичные чумазые механики. Но профессиональный взгляд наемника сразу выцепил выпирающие под плотной тканью рукояти коротких клинков. Аура троицы отдавала затхлым подвалом и скисшим молоком.

— Мелкая рыбешка, — презрительно фыркнула Тень, сползая с кирпичной кладки на асфальт и привычно сворачиваясь у тяжелых ботинок. — Уровень недоучек третьего курса. Даже не чародеи, так… мусор с зачатками силы.

— Нам не нужны их головы. — Мужчина уверенно зашагал прямо через замусоренный двор. — Нам нужен сейф на втором этаже.

Один из мнимых механиков, лениво ковырявшийся в двигателе старой «Тойоты», поднял голову. Вытер перемазанные мазутом руки грязной ветошью и заступил дорогу незваному гостю.

— Запчастями не торгуем. Проваливай.

Тодзи не сбавил шаг. Просто выставил вперед раскрытую ладонь, уперся парню прямо в грудину и коротким, почти ленивым толчком швырнул его прочь. Охранник пролетел метра четыре по воздуху и с тошнотворным хрустом впечатался позвоночником в капот соседней машины, оставив на ржавом металле глубокую вмятину.

Оставшаяся парочка мгновенно выхватила ножи, лезвия которых были густо исписаны кривыми защитными иероглифами.

— Стоять, падаль! Ты вообще понял, куда приперся?! — истерично заорал второй, вскидывая оружие.

— За своим депозитом. — Наемник сделал еще один плавный шаг.

Черное пятно под его ногами мерзко, тонко захихикало. Звук был настолько чужеродным и пугающим, что нападавшие инстинктивно замерли.

Из мрака молниеносно выстрелили две тонкие, суставчатые теневые плети. Они змеями обвили лодыжки обоих механиков, с силой дернули на себя и взмыли вверх. Парни с истошным визгом повисли вверх тормашками в полуметре от земли. Оружие со звоном выпало из разжавшихся пальцев в грязную лужу.