Страница 22 из 69
— Местные заняты подковерной грызней. — Мужчина затормозил перед обшарпанным двухэтажным бараком с выцветшей табличкой «Гостиница Камо». — Им сейчас не до нас. Делят кормушку с токийской фракцией.
— Смердит черной плесенью и дохлой псиной, — поморщилась Тень, изучая фасад.
— Зато паспорта не просят.
Толкнув хлипкую дверь, гость оказался в крошечном холле. За стойкой клевал носом высохший старик в засаленном халате. Услышав скрип половиц, дед даже не разомкнул век — просто протянул костлявую ладонь. На стойку небрежно легли три хрустящие десятитысячные купюры.
Костлявые пальцы проворно смахнули банкноты. Из-под прилавка появился тяжелый ржавый ключ с деревянным брелоком.
— Второй этаж. По коридору налево, до упора, — проскрипел хозяин. — Горячая вода отрубается в полночь. Шуметь не советую. Заведение приличное.
— Охотно верю, — буркнул постоялец, забирая ключ.
Комната оказалась жалкой конурой. Пара истертых татами, кривой столик, узкий матрас-футон в углу и слепое окошко, упирающееся прямо в кирпичную кладку соседнего здания.
Сбросив сумку на стол, Тодзи скинул мокрую куртку и, не снимая штанов, рухнул на жесткий футон. Закинул руки за голову.
— Пол — моя территория! — немедленно провозгласил напарник, выплескиваясь из подошв и затапливая всё жалкое пространство от стола до двери. — Ночью в сортир не вставать! Наступишь — отгрызу пятку по самое колено!
— Захлопнись, — глухо отозвался боец, прикрывая глаза. — Спать охота.
— Мы даже не жрали! — возмутилась субстанция, формируя над полом массивную голову с бельмами. — А как же обещанная свиная нога?! Как же пир победителей?! Мы отмахали три сотни километров, пустили на фарш четырех элитных псов, оторвались от погони, а ты собрался дрыхнуть?!
— Нога будет завтра. Будешь вопить — накормлю веганским тофу. И заставлю всё это переварить.
Демон поперхнулся, ошарашенный первобытной жестокостью угрозы.
— Ты не человек… Ты больной ублюдок, Фушигуро… — прошелестел дух. Но спорить больше не рискнул. Черный ковер уплотнился, сжался и ровным слоем застелил гнилые доски пола.
В каморке повисла тяжелая тишина. Только капли монотонно барабанили по жестяному карнизу, да мерно вздымалась грудь уставшего убийцы.
Тодзи не спал. Лежал с закрытыми глазами, вслушиваясь в дыхание древнего Киото. Звериное чутье фиксировало каждый шорох: скрип половиц за стеной, звон монет в кассе старого барыги внизу, шаги припозднившегося гуляки на улице.
Они добрались до Киото. Деньги карман тянут. Враги остались позади гнить на рельсах.
А прямо под футоном мирно сопела ядовитая, тысячелетняя, но парадоксально надежная тень. Единственная тварь в этом проклятом мире, которой наемник мог без оглядки доверить свою покрытую шрамами спину.
Угол губ дрогнул в кривой, едва заметной усмешке. Повернувшись на бок, солдат удачи наконец провалился в сухой, без сновидений сон.