Страница 144 из 300
Мастер пустил лошадь в галоп и подскакал к деревянному мостику через речку. Остановился, потому что заметил, как на сторожевой вышке, что находилась метрах в пятистах, ближе к фруктовому саду, подали кому-то сигнал. Рядом остановилась Виола. А через три-четыре минуты навстречу к ним мчались всадники.
– Дозорный патруль? – скорее утверждая, чем спрашивая, сказала Виола.
– Угу, – подтвердил Юн. – Все, как и рассказывал оружейник. Послушаем, что они нам предложат. Не спеши.
– Поняла, – покорно ответила Вив.
Четверо вооруженных гвардейцев сопровождали пятого ездока. Закованный в добротный, но старомодный доспех, владелец земель гордо восседал на вороном иноходце. Приблизился к незнакомцам и заговорил:
– Кому принадлежит караван?
Виола молчала. Ответил сам Юн.
– Вежливость не в почете в этих краях? – сказал мастер с нажимом. Сразу ставил на место самонадеянного дворянина. – Представляться и приветствовать путников у вас не принято?
Барон Ямада подъехал чуть ближе.
– Вы вторгаетесь в мои земли, не имея на то разрешения, и говорите о вежливости? У меня под седлом тридцать дружинников. Может, пригласить их сюда, чтобы они напомнили вам об учтивости. Отвечайте на вопрос и не медлите. Много дел и без вас, торгаши.
– Это можно легко устранить. Облегчить ваши заботы, – без испуга, на что явно полагался барон, ответил Юн. – Как и вашу собственность на эти самые земли.
Сначала Ямада вспыхнул негодованием. Затем призадумался. Уж очень уверенно говорил с ним этот безродный мужлан. Но доспехи и оружие у него – позавидуешь.
– У меня нет желания с кем-то ссориться, – лояльнее произнес барон. – Но не смейте мне угрожать, если не хотите плачевных последствий. Закон на моей стороне. А коли вы говорите об этикете, то гости первыми должны представляться хозяину. И никак не наоборот.
– Справедливо, – согласился Юн. – Если бы вы соизволили для приличия поприветствовать тех самых гостей, так бы и случилось. Уверен, вы давно поняли, что мы не относимся к категории нищих бродяг, приветствие которых ущемило бы ваше достоинство.
Барон подумал. Не нравились ему эти караванщики. Что-то в них было такое, что вызывало тревогу.
– Я хозяин здешних угодий, – наконец представился барон. – Мое имя Ямада, оправдываться перед заезжими словоблудами у меня нет времени и желания. О деле: за проезд по своей земле, по всем законам Аркадии, я имею право взимать пошлину. Назначаю пошлину сам. За каждую повозку по три десятка золотых. За каждого всадника еще по пять монет. С вас сто двадцать монет золотом.
В отличие от мастера Юна, говорившего в привычном спокойном ключе, не напрягая голоса, барон Ямада гремел так, что даже Милана, сидя на козлах второй повозки, услышала его бас.
– Сколько? – чуть не вскрикнула девушка. – Он вообще рехнулся, что ли? Такую пошлину взимают с торгового корабля в порту. Но там и объемы какие! Вот это да!!! Прав был Хигаши. Легче бросить товар и пойти пешком.
Ни Милана, ни остальные участники путешествия не слышали, что ответил Юн, лишь заметили нечто необъяснимое. По команде мастера Виола с бароном отъехали в сторону, а через минуту повозки тронулись через мост вообще без всякой пошлины. Чудеса!
Как только головная повозка под управлением кузнеца поравнялась с бароном, стоявшим в безмолвии с бледным растерянным видом, Виола задержала конвой.
– Итак, Ямада-сан, – вежливо обратилась эльфийка. – Взгляните, пожалуйста. Этот человек – мастер Акиро. Впредь он будет ездить по вашей земле без большого сопровождения. Вы уж запомните его лицо. Это легко. Он у нас человек примечательный. И помните наш уговор… Всего доброго, господин барон.
Стоило каравану пересечь реку и отдалиться от места скоротечных переговоров, Миланка, распираемая любопытством, подозвала Виолу, запрыгнула сзади на круп ее скакуна и, оставшись наедине, заговорческим тоном спросила:
– Что ты ему сказала такого, Вив? Ну, расскажи. Я же лопну от нетерпения. Ну пожалички! Мяу!
Виола рассмеялась. Ребенок и все. Вспомнила ночную беседу с наставником. Ну да, Миланка беременная! Хахаха!
– Сказала, если в будущем он попытается взять какую-то пошлину с личного кузнеца Герцога, то останется без титула и земель. А чтобы жадный дворяшка не возбухал, показала ему себя, капитана личной Гвардии Его Светлости.
Услышав ответ подруги, Милана расхохоталась так, что все спутники на нее оглядывались.
– Тогда понятно, – прошептала она, – почему у барона была такая постная физиономия.
Девчонка вновь перепрыгнула на козла повозки, а караван успешно продвигался к конечной цели своего путешествия…
По мере того как повозки удалялись от мостика, приходили в себя и гвардейцы.
– Почему вы их отпустили, господин барон? – спросил всадник, по виду и амуниции – офицер.
– Потому что это караван Герцога, Лютер. Попробуй не пропустить.
Офицер приблизился. Лицо его, загорелое от постоянного нахождения в седле, заметно вытянулось.
– Но ведь Герцога никто не видел уже больше шести лет. Говорили, что он пропал.
Барон развернул иноходца. Сплюнул в сердцах и ответил:
– Скажи это капитану его личной Гвардии. Длинноухая стерва показала мне перстень и гербовый знак на руке.
– Дела! – только и протянул шокированный офицер. Но не удовлетворился ответом. – А вдруг это подделка? Просто обман? Давайте догоним и нападем. У нас почти сорок солдат. Неужели не справимся?
Барон Ямада успел начать движение восвояси, восклицание капитана заставило его остановиться.
– Ты, видно, перегрелся на солнце, Лютер. Ты их снаряжение видел? Возьми только эльфийку. На поясе остроухой Легендарное оружие, а на ней Легендарный доспех, Божественный класс. И светится вся ее амуниция так, что без «Определения» ясно: та, кто может себе такое позволить, не ниже седьмого уровня. Снаряжение, которое стоит столько, что мне пришлось бы продать четверть угодий и крестьянских дворов вместе с семьями, чтобы такое приобрести. И кто же с ней справится? Ты? А их одиннадцать человек. Правда, двое юнцов, я не успел их достаточно рассмотреть.
– Трое. Трое юнцов, господин, – поправил тот, кого звали Лютер.
Барон сокрушительно покачал головой.
– Ты в точности перегрелся, мой мальчик. Или ослеп. Ты имеешь в виду звероподобную?
– Да, – подтвердил офицер. – Она же сопливая.