Страница 10 из 27
Глава 3
Ослепленный красивеньким личиком.
Так называлась бы автобиография Демира Граппо. Не то чтобы он мог представить себе написание подобной вещи. Это сугубо удел скучающих мегаломанов. Но если бы он все же решился, название подошло бы идеально. История его жизни. Парад лиц, каждое из которых тянуло его в разные стороны, и у всех были свои личные мотивы. Дочери семей-гильдий, надеющиеся заманить его в выгодный брак. Отпрыски богатых купеческих домов, пытавшиеся завести себе незаконнорожденного сына от Граппо. Если они знали, кто он такой, то бросались к нему, а если нет… что ж, бабником его прозвали не просто так.
И Чиата. Какая женщина! Кудрявые каштановые волосы, носик пуговкой, загорелые щеки, обтягивающие балканийские брюки. Добрая и страстная, принадлежащая к религии, которая буквально поклонялась удовольствиям. Она только что в одиночку сдерживала половину толпы без всякого кузнечного стекла. Словно сама природа создала эту женщину специально для него. Демир буквально чувствовал, как его трясет от желания снова найти ее, и именно поэтому он собирался убраться из этого города как можно скорее.
Боги, какой же он глупый. Глупый и слабый. Ему следовало упасть с того моста еще сегодня днем. Если бы Чиата не появилась как раз вовремя, он бы так и сделал. Кошмары бы закончились. Больше в минуты тишины его уши не заполняли бы крики детей. Ноздри не забивал бы запах горящей плоти мирных жителей. Больше Холикан не преследовал бы каждую его мысль.
Он подумывал вернуться к мосту, но знал, что у него не хватит духу прыгнуть. Этот поезд ушел, и, словно проснувшись после мучительного сна, он обнаружил, что у него нет никакого желания возвращаться к нему. Пока что.
Сейчас ему нужно было покинуть город. Грим на его руках уже стирался. Если Вави Тероверде увидит его сигилы и поймет, кто он такой на самом деле, то вернет его матери за выкуп. Осколки его уязвленного эго не перенесли бы подобного унижения.
Значит, пора снова бежать. Как он бежал после Холикана и когда агенты матери настигли его во Флории. На этот раз он не собирался оседать в провинциях. Он двинется через Насууд и сядет на корабль в южном порту, идущий в Марн. Нет, это глупо. В Марне он будет бросаться в глаза как бельмо на глазу. Да и в Насууде тоже. Впрочем, ему не мешало бы освежить в памяти оба языка. Так, на всякий случай. Есть ли в Дризе публичная библиотека? Забудь об этом. Он уезжает из Дриза сегодня же вечером. Он надеялся, что Чиата спаслась. Она хорошая. В мире осталось не так много таких людей.
Демир был настолько погружен в собственные мысли, что налетел прямо на двух крепких местных парней. Он отлетел от одного, приземлился в кучу мусора и попятился назад на четвереньках, пока те вовсю разражались отборной бранью. У Демира пересохло во рту. На них были серые туники с зелено-белой вышивкой — цвета семьи-гильдии Тероверде.
Головорезы.
Одна из них, женщина размером едва ли не с Монтего, наклонилась и схватила его за воротник потрепанной туники. Она рывком подняла его на ноги и влепила пощечину с такой силой, что у него зазвенели зубы. «Смотри, куда прешь, козел», — прорычала она, швыряя его обратно в грязь.
«Эй, — бросил второй, — оставь его. Похоже, он видал и лучшие дни».
«Да неужели? Я тоже».
Демир попытался сбежать. Он успел вскочить на ноги и сделать три шага, прежде чем здоровячка сцапала его за одежду, дернув назад. Кулак размером с кирпич прилетел ему в почки. Его согнуло пополам, из груди вырвался хрип.
«Куда, по-твоему, ты собрался?» — рассмеялась женщина. «Вави вопила мне в ухо как сумасшедшая. Мне нужно на ком-то сорвать злость».
«Эй, мудаки!» — раздался крик. Послышался звук босых ног, быстро топающих по грязи. Демир отшатнулся назад и успел поднять глаза как раз в тот момент, когда Чиата добежала до двух головорезов. На ней были только брюки и развевающаяся белая рубаха, длинные волосы распущены, а руки все еще связаны за спиной. Но она была быстра. Один удар ногой по боковой части колена свалил первую нападавшую. Второй головорез замахнулся. Чиата уклонилась, поднырнула под руку и вскинула голову, заехав ему затылком прямо в подбородок. Тот рухнул как мешок с рисом.
«Это она!» — закричала первая наемница. «Помогите! Помогите! Он…»
Чиата вбила ее в грязь ударом ноги в челюсть. Селизийка была вся в ссадинах и синяках, а на шее багровел след от веревки. Ее щеки были покрасневшими, а глаза — дикими, когда она подкралась к Демиру, словно они были двумя незнакомцами, встретившимися в пабе. «Ты в порядке?»
Демир тупо уставился на нее.
«Я, э-э, эм». Язык словно приколотили к небу. Пульсирующая боль в почках тоже не помогала соображать.
«Поможешь малость?» — спросила она, показывая связанные руки.
«Точно». Демиру удалось взять себя в руки. Он нащупал нож у крупной стражницы. «Не шевелись».
«Что ты делаешь?» — рассмеялась Чиата. «Ты же гласдансер».
Демира аж замутило.
«О. Точно. Ты видела это, да?»
«Конечно видела! Это было невероятно!» Когда он закончил перепиливать веревку, она потерла запястья и покрутила плечами. «Намного лучше». Затем повернулась к нему с самой яркой и широкой улыбкой, какую он когда-либо видел, и без предупреждения поцеловала его в губы. «Никто раньше так меня не спасал. Высший балл за стиль!»
Она подобрала дубинку одного из поверженных громил, сунула в карман кусок кузнечного стекла и еще один нож, а затем примерила свою ногу к их обуви в надежде, что сапоги подойдут. И разочарованно вздохнула. «Ну?» — спросила она его. «Ты идешь?»
«Э-э, что? Куда мы идем?» Демир еще никогда в жизни не был в таком замешательстве. Голова раскалывалась, живот немилосердно ныл. Он почувствовал, как его тащат за собой, и, заковылял следом, пока она выходила из переулка и шагала по улице с таким видом, будто город принадлежал ей.
«Мы идем возвращать мой меч. А еще мои сапоги, жилет и шляпу».
Демиру потребовалось несколько секунд, чтобы переварить это, а когда до него дошло, он заставил себя побежать сквозь боль в животе, чтобы перегородить ей дорогу. К его облегчению, она действительно остановилась. «Эй! Подожди! Ты с ума сошла?»
«Что ты имеешь в виду?»
«Я имею в виду, что у Вави Тероверде, на побегушках, наверное, полторы сотни головорезов, плюс ей верна половина Дриза, и прямо сейчас все они ищут тебя. В следующий раз они не станут тратить время на формальности вроде виселицы». Демир воровато огляделся по сторонам и увлек ее обратно под защиту переулка.