Страница 27 из 103
Без эмодзи. Без контекста. Прямо, навязчиво, с налётом насмешки — от этого по коже тут же бегут мурашки.
Я смотрю на экран. И просто.. понимаю.
Это он.
Кейд. Сейнт Шейд. Или как, чёрт возьми, его там зовут на самом деле.
Тот самый человек, который вместе со мной отмывал кровь, будто это обычная стирка во вторник? тот, кто помнит моё лицо, в чьих руках моя жизнь. Тот, кому я оставляла откровенно жадные комментарии на публике.
Горло сжимается. Первая мысль: он флиртует. Вторая: откуда, чёрт возьми, у него мой номер?
Отвечаю быстро, предельно буквально:
| Высматриваю следующие пятипалые стейки, которые хочу нарезать.
Не уточняю. Не добавляю контекста. Я не настолько глупа, чтобы напечатать в мессенджере «планирую убить Феникса Марроу». Но слова достаточно двусмысленные. Сердце колотится, когда я нажимаю «отправить».
Сообщение отмечено как прочитанное. А потом.. ничего.
Тридцать секунд. Целая минута. Пульс учащается с каждой пустой секундой.
Чёрт. Не стоило признаваться, чем я занимаюсь. Что, если это слишком? Что, если Не-Кейд отправит это в полицию?
Я уже на грани панической атаки, и тут телефон загорается снова. Но не сообщением.
Это звонок.
Я едва не сбрасываю. Каждый инстинкт во мне вопит: «Положи трубку! Обруби эту линию!»
Но любопытство побеждает. Любопытство и что-то ещё, чему я не хочу давать названия.
Свайпаю «принять».
— Что?
— Чёрт, Уиллоу, — его голос льётся из динамика, как грубый шёлк. — Ты правда сейчас за кем-то следишь?
Я мгновенно напрягаюсь, защищаюсь сарказмом:
— Ревнуешь? Или боишься, что это ты?
Он мнётся секунду, словно не уверен, как продолжить. Видимо, выбирает осторожность.
— Просто боюсь, что у тебя проблемы, — говорит он тихо, с настороженностью в голосе.
Я не могу разгадать этого Не-Кейда. Осуждает ли он меня? Готовится сдать? Или просто излишне опекает? Я не очень хорошо его знаю, чтобы понять. Но вижу возможность и решаю проверить. Подтолкнуть.
— Скажи мне, Не-Кейд.. ты когда-нибудь слышал о Фениксе Марроу?
Пауза. Раздаётся его дыхание, значит, он ещё на линии. Но буквально слышу, как в его голове крутятся шестерёнки. Я назвала его ненастоящим именем, прямо спросила о конкретном человеке, раскрыла свою цель.
— Ну, вроде да. Какой-то целительный гуру. Его портреты на всех билбордах. Выглядит так, будто претендует на звание пророка года.
— И это всё? — барабаню пальцами по рулю. Я жду большего, зацепки, чего-то, что разрушит крепость, которую Феникс выстроил вокруг себя. У Сейнта Шейда огромная онлайн-аудитория. У Феникса — половина от неё, но всё равно внушительная. Оба базируются в Лас-Вегасе. Может быть связь, о которой я даже не подозревала.
Кейд выдыхает.
— Я не слежу за его бреднями, если ты об этом. Слышал имя. Видел лицо. Но это всё.
В груди вспыхивает горькое разочарование, горячее, едкое. На секунду я понадеялась, что Кейд может стать моим пропуском. Что судьба протягивает мне ключ. Но.. ничего.
Впрочем, есть и облегчение. Облегчение от того, что человек, который видел, как я убиваю, который пробрался под кожу — вопреки моему нежеланию это признавать, — не связан с Фениксом Марроу.
— Знаешь, тебе не обязательно делать это в одиночку, — произносит он с намёком в голосе.
Что-то внутри каменеет.
— Спасибо, но мне не нужен мужчина для помощи. Я и сама большая злая девочка.
— Нет, Уиллоу, я.. — он сбивается, явно ошарашенный тем, что я заподозрила в нём сексизм. — Поверь, я абсолютно уверен в том, насколько ты способна. Я просто.. Блять. Просто переживаю, хочу, чтобы ты вернулась живой.
Эти слова проскальзывают сквозь броню прежде, чем я успеваю их остановить. Я не знаю, что сказать.
— И ещё, — в его голос возвращается лукавство, — я о том, что тебе не нужно справляться самой. Если хочешь, я могу стать твоим союзником. У меня достаточно сомнительных моральных принципов, чтобы помочь разработать план. Добраться до Феникса Марроу будет проще вдвоём.
Я смотрю на лобовое стекло, моргая. Он правда не имел в виду «взять всё на себя». Он действительно сказал, что поможет. И не будет осуждать?
— Ты поможешь мне, — медленно повторяю я, словно пробуя слова на вкус.
— Не хочу оставлять тебя одну. Никому не помешает, если за его спиной стоит кто-то ростом метр-девяносто, — замечает он. — Но могу сформулировать это более романтично, если хочешь.
Я резко смеюсь.
— Ты просто не мог не упомянуть свой рост, да?
— Решил, что это не повредит моим шансам, — смеётся он в трубку. — Потому что я не только поэтому позвонил, — его голос становится чуть ниже. — Могу я пригласить тебя завтра вечером?
Свидание. Он явно приглашает меня на свидание. Считалось ли свиданием приглашением на его шоу? Вряд ли, он был на сцене, а я в зале, пускала слюни, как собака. Но сейчас сомнений нет, это именно приглашение на свидание.
Сердце колотится, сбивчиво, жарко, неистово. Потому что какой мужчина зовёт на свидание после разговора, в котором узнал, что твоя конечная цель — убийство?
И какая женщина согласится на такое свидание?
Я, видимо.
Вместо того чтобы назвать его психом, я слышу собственный голос:
— Ладно. Завтра вечером.
Я бросаю трубку, прежде чем он услышит, как у меня перехватывает дыхание. Но его слова продолжают звучать в голове: «Я переживаю, хочу, чтобы ты вернулась живой».
Впервые за всё время я не чувствую себя одинокой в этом деле. И это пугает сильнее, чем когда-либо пугал Феникс Марроу.