Страница 25 из 103
ГЛАВА 7
Уиллоу
Ебучий Феникс Марроу.
Каждый раз, когда его имя всплывает в трендах, мне хочется воткнуть нож прямо в телефон.
В интернете его называют целителем. Провидцем. Ходячим чудом с кубиками пресса и улыбкой, доведённой до совершенства в Турции, чтобы у женщин подкашивались колени. А я называю его тем, кто он есть: паразитом в белых льняных одеждах, высасывающим последние соки из отчаявшихся, пока от них не остаётся лишь пустая оболочка.
Я знаю, что не должна кликать. Знаю. Каждый раз заставляю себя листать, не давать ему просмотры. Но я кликаю. Всегда кликаю. И вот он, стоит босиком в пустыне на закате, словно ожившая библейская картина. Микрофон закреплён на безупречной рубашке без воротника, волосы уложены так, будто сама Богиня взъерошила их перед съёмкой.
— Если вы это смотрите, значит, вам суждено услышать то, что я скажу, — начинает он, глядя в камеру, будто приглашая, словно проклятый святой. — Возможно, вам говорили, что пробовать больше нечего. Возможно, вы слышали слова вроде «хроническое», «неизлечимое», «терминальное». И, возможно, вы начали в это верить.
Он наклоняется ближе к камере, понижает голос, делает тон почти заговорщическим:
— Но ваше тело не ваш враг. Оно — ваш союзник, — он потирает ладони, будто искренне верит в то, что говорит. — Оно пыталось защищать вас всю жизнь. Вы просто перестали его слушать.
Я сжимаю телефон крепче. Челюсти сводит.
— Правда в том, что ваше тело уже знает, как исцелиться. Наука об этом забыла, отрицает, но природа — нет. Когда мы устраняем помехи, яды, сомнения, шум, тело вспоминает себя. Каждая клетка знает, что делать. Ей просто нужно разрешение.
Кадр меняется: женщина лежит на коврике на полу. Она глубоко дышит, слёзы струятся по её лицу. Феникс держит ладони над её животом, глаза безмятежно закрыты. Его голос продолжает звучать за кадром.
— То, что я делаю, — не магия. Это согласование. Я помогаю людям на время приглушить историю болезни, чтобы их тела смогли начать писать новую.
Снова он в кадре, его тон звучит как чёртов гипноз.
— Если вам сказали, что вы никогда не исцелитесь, приходите ко мне в Институт оздоровления Феникса Марроу. Ваше тело хочет жить. Вам просто нужно позволить ему. Если вы готовы исцелиться, по-настоящему исцелиться.. Я покажу вам, как.
Восемьдесят тысяч просмотров. За четыре часа.
Комментарии — это будто святилище его алтаря.
Наконец-то я снова чувствую себя живой. Спасибо вам!
Врачи от меня отказались, но вы — нет. Я исцеляюсь благодаря вам.
Каждое ваше слово звучит иначе. Моё тело чувствует себя лучше после каждой сессии.
Вы помогли мне вспомнить, что я не сломана.
Слежу за вами месяцами. Ничто никогда не казалось таким настоящим.
Я едва не захлёбываюсь собственной слюной.
Самое мерзкое? Он не совсем неправ. Его дурацкие соки для очищения, голодание, безумные ограничения в еде, философия «разум превыше материи» — поначалу они работают. Для некоторых. Иногда. Люди чувствуют себя лучше, их организм перезагружается, симптомы ослабевают. Он подмешивает к своей отраве немного правды, чтобы она казалась убедительной. В этом его опасность. Он не откровенный мошенник, а полуправдивый красавчик с идеальной линией подбородка, наживающийся на боли и болезнях людей.
Но суть всегда сводится к одному: он считает, что в конечном счёте исцеление — это он сам.
Пальцы дёргаются от желания выложить правду, прорваться сквозь иллюзии и закричать им в лица: «Он хищник! Обманщик! Он не спасает вас, он охотится на вас!»
Но в моём почтовом ящике уже лежат три предписания прекратить действия. Его юристы, как стервятники, кружат, ждут, когда я оступлюсь. «Клевета», — говорят они. «Оскорбление чести и достоинства». Забавно, как человек, утверждающий, что владеет ответами на все вопросы мироздания, бежит жаловаться адвокатам, когда одна женщина в интернете говорит правду.
Я продолжаю листать — мазохистка, что с меня взять. Женщины дрожащими голосами рассказывают свои истории, слёзы текут по их щекам, они благодарят его за методы, изменившие их жизнь.
Моя лучшая подруга тоже думала, что её жизнь изменилась.
Джулс. Громкая, яркая Джулс, которая однажды заставила меня купаться нагишом в фонтанах Белладжио. Джулс, которая вытаскивала меня танцевать, когда мне не хотелось, которая всегда заказывала лишнюю порцию картошки-фри, но никогда не могла её доесть. Джулс, которая должна быть здесь.
Вместо этого она — прах в банке на каминной полке своей матери. Потому что верила ему. Верила до тех пор, пока не стало слишком поздно.
Я помню нашу первую встречу с Фениксом. Признаю, у него была харизма. Он держался так, будто само солнце склонялось к нему. Но в тот миг, когда его взгляд остановился на мне, каждый волосок у меня на затылке встал дыбом. Что-то внутри вопило: «Хищник!»
И я была права.
То «исцеление», которое он предложил ей, включало не только голодание, медитацию и дорогущие добавки. Оно пришло в виде поздних ночей, его особых методов, слёз после принуждения и давления.
К счастью, хватило одного раза, чтобы она увидела правду. После той ночи она сломалась. Она рассказала мне всё.
А через три месяца её не стало.
Мои ногти впиваются в ладони, оставляя глубокие полумесяцы. Ярость горит жарче огня.
Феникс Марроу должен умереть.
По сути, я не должна сейчас выискивать его имя в сети. А просто швырнуть телефон экраном вниз на тумбочку и лечь спать пораньше. Может, лишний час сна пошёл бы мне на пользу.
Но тут мой взгляд цепляется за заголовок на форуме: «Выздоравливающие после Феникса».
Мой палец предаёт меня. Я нажимаю и читаю.
«Год назад мне поставили диагноз — эндометриоз. Врачи говорили, что ситуация тяжёлая, операция, гормональная терапия, вероятное бесплодие. Я была в ужасе, на грани отчаяния. И тогда я нашла Феникса. Его голос, его уверенность заставили меня поверить, что исцеление возможно. Он сказал, что моё тело способно самовосстанавливаться, если я просто начну его слушать. Я начала очищение, медитации, принимала добавки. Боль стала утихать. Я думала, он спасает меня».
Я сжимаю язык зубами так сильно, что становится больно. Вот так всё и начинается. Всегда с надежды. Всегда с его «историй о чуде».