Страница 39 из 79
Михаил перестал улыбаться. Глаза стали злыми, а может быть, они никогда другими и не были. Просто обычно он прятал свою внутреннюю бездну, своих чудовищ, не имеющих никакого отношения к природе бестиара и Бездне, известной всем, чтобы казаться лучше. Чтобы им восхищались. Чтобы на него молились, чтобы ему поклонялись. Чтобы падали ниц.
— Здесь все принадлежит мне, – шагнув ко мне вплотную, отчеканил он. Мне стоило немалых усилий остаться на месте, но я выдержала. Чем, кажется, разозлила его еще больше. – Этот кабинет. Этот дворец. Ты. Ты все еще моя собственность, хотя ваши любовные игры с Богданом могли ввести тебя в заблуждение. Но так происходит только до тех пор, пока я позволяю. Надеюсь, ты это понимаешь.
Его пальцы легли на мой подбородок и сжали. Несильно. Он наверняка знал, а то и чувствовал защитную магию рун, поэтому получилось почти ласково. Меня же всю передернуло от этого прикосновения и от его слов. И в то же время я вдруг отчетливо поняла, что Михаила что-то удерживает. Он не привык к отказам, он не привык к неповиновению. Его ко мне интерес уже давно выходил за рамки «овладеть понравившейся девкой и выкинуть ее за ненадобностью». Тем не менее почему-то он медлил. Почему-то позволил Богдану меня забрать и пока оставил все так. Эта демонстрация силы, которая должна была меня напугать, внезапно возымела совсем другой эффект и подарила надежду. Непонятную, необъяснимую.. знать бы еще, на что. Но это я узнаю и пойму, если узнаю и пойму, что его сдерживает в отношении Богдана. Потому что такие, как Михаил, обычно не останавливаются ни перед чем и идут по головам. Я бы еще поверила в родственные связи, но я видела, как он общался со своими дочерьми. Знала, что именно он заставил их солгать.
— Я понимаю, что вы отказались от своих прав на меня, – твердо произнесла я, убирая его руку от своего лица. – Чему я несказанно рада. Вы мне как минимум неприятны, а если уж говорить откровенно – противны.
Может быть, я зря его дразнила, надеясь вывести из себя. Я рассчитывала, что он разозлится и хоть чем-то, хоть словом выдаст истинное положение дел. Но Михаил только лишь усмехнулся:
— А ты не так уж наивна, не так ли? Вертишь моим племянником, как тебе вздумается, и полагаешь, что так будет всегда? К счастью, Богдан сколь быстро увлекается, столь же быстро и остывает. Попробует тебя во всех отношениях и вышвырнет из своей жизни.
Если бы он добавил что-то о том, что после займется моим воспитанием, или хоть что-то сказал о правах на свою собственность, я бы убедилась в своей правоте. Михаил же снова улыбнулся: хищно, убрал выбившуюся из моей прически прядь мне за ухо.
— Еще увидимся, Алина, – пообещал он, а после погасил руны и вышел, оставив меня в полном смятении чувств, с осознанием надвигающейся опасности.
Избавиться от этого ощущения я не могла, как ни старалась, поэтому когда пришел Евгений, меня слегка знобило. Мне очень хотелось поговорить с Богданом, но я понимала, что лишний раз напоминать ему о Михаиле ни к чему. Он и так резко реагировал на любое его упоминание. Я слышала пару раз, когда они с Василием говорили о Верховном, лицо Богдана буквально преображалось. Ставилось жестким, словно высеченным из камня.
Нет, это не вариант. Возможно, даже хорошо, что Богдан уехал, на эмоциях я не сдержалась бы, все рассказала. А так будет время остыть.
Каково же было мое удивление, когда я вышла и увидела магическую карету. Вблизи я видела ее впервые, и у меня расширились глаза. По сути, она мало чем отличалась от кареты обычной: для нее не требовались лошади и колеса. Потому что передвигалась она на рунных артефактах-усилителях, по воздуху.
— Не бойтесь, – улыбнулся Евгений. Симпатичный темноволосый мужчина лет тридцати, ростом чуть ниже Богдана. Он подал мне руку, помогая взойти на подножку. – До вашей подруги достаточно долго добираться, обычным экипажем мы прибыли бы к полудню. А так час – и будем на месте. И это если не использовать силу артефактов на полную.
Я закусила губу, оказавшись внутри. Отделка была роскошная: темно-зеленый бархат сидений, мягких, как домашние диваны, лакированное ореховое дерево, легкие, подхватываемые ветерком занавески. Внизу были выдвижные скамеечки для ног, а еще в этой карете оказалось гораздо просторнее. Например, севший напротив меня Евгений, свободно вытянул ноги, не касаясь моих.
— Расширение пространства, – пояснил бестиар, сложив хтианы рядом с собой на сиденье. – А еще можно сделать вот так.
Он закрыл окна, успокоив гуляющий знойный ветерок, и в салоне мигом стало прохладнее.
— Охлаждающие артефакты, – заметив мое изумление, произнес мужчина. Слуга убрал подножку, и бестиар коснулся мерцающего рядом с дверью путевого магического камня. – Координаты вашего селения уже заложены, нам остается только наслаждаться поездкой.
Правда: стоило камню вспыхнуть, как карета двинулась. Сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее, словно невидимый кучер разогнал десятку донельзя могучих лошадей. Все, что мне оставалось – это наблюдать за проносящимися улочками Авенны, которые мелькали быстро-быстро. Стоило же нам выехать за город, как карета ускорилась и окружающие пейзажи проносились мимо столь быстро, что я едва могла выхватить что-то конкретное в этом смазанном фоне.
Евгений расслабленно смотрел в окно, стараясь лишний раз меня не смущать. Разве что спросил, не хочу ли я воды или перекусить: оказывается, здесь в магической нише были еще графин с водой и фрукты. Но к ним я не притронулась, наслаждаясь своей первой поездкой в таком удивительном экипаже. От скорости захватывало дух, я даже не представляла, что такое бывает. При этом Евгений сказал, что можно еще быстрее! Как же можно еще быстрее?!
Я не переставала диву даваться, как быстро сменялись пейзажи, а когда увидела первые домики родной деревни, сердце просто замерло. Карета начала замедляться, а я вдруг почувствовала, что вся дрожу. Такие родные улочки, кособокие ставни на домиках на окраине.. Все это было такое родное и такое далекое. Словно привиделось мне во сне.