Возлюбленная Верховного Бестиара

Но они не ругались. Они больше ни разу не позволили себе оскорбить меня или Снежану, не говоря уже о чем-то большем. Наоборот, это были два маленьких галантных бестиара, только очень грустные. И ни двое взрослых мужчин, ни мы с Анной понятия не имели, что с этим делать.

Как еще объяснить, что все хорошо.

Я постоянно об этом думала, и сегодняшний день не стал исключением. Я то проваливалась в изучение своей магии, то снова думала о близнецах, то опять погружалась в то, что было моей сутью. За чтением трактатов по изначальной я пришла к одной мысли, которая не давала мне покоя: что, если изначальная пробуждалась в непосредственной близости от Бездны? А Бездна – в непосредственной близости от нее? Они были как взаимодополняющие и взаимоисключащие одновременно: сила на силу, магия, способная поглотить и уничтожить, и магия, способная исцелять, дарить жизнь, раскрывающая мощь невиданной силы, сравнимой с темной магией разрывов.

И если это действительно так, что, если нулевики – это люди, в которых начинает раскрываться изначальная. Просто она не успевает набрать мощь, но на ее мягкую опасную силу притягивается Бездна, и именно поэтому они провоцируют открытие разрывов?

Мы с Миленом вместе оказались неподалеку от дремлющей Бездны, перед этим он даже видел разрыв (и в нем раскрытие случилось быстрее), а мне просто повезло, что рядом был Богдан? Его сила бестиара сдерживала мою и не позволяла Бездне рядом со мной просочиться. Потом я была рядом с Михаилом, а потом моя магия раскрылась на полную.

Если верить моей теории, изначальные уже не притягивали Бездну, это делала именно нестабильная магия в процессе формирования, которую называли нулевой. Задумавшись об этом, я совершенно выпала из реальности, а в себя пришла от сдавленного писка за спиной.

Обернулась и замерла: мою Снежану держал Савельев. Кинжал упирался аккурат ей в горло, готовый вот-вот вспороть нежную кожу.

— Не шевелись, Изначальная, – оскалился бывший подручный Михаила. – Или твоей малявке придет конец.

Я подняла руки. Медленно поднялась.

— Я сказал: не шевелись! – прошипел тот, и его уродливое лицо исказилось еще больше. – Одно слово, один вяк, и я выпущу из нее всю ее кровь!

— Хо..

— Молчать!

Снежана взвизгнула, меня пронзило ее страхом и болью, из-под кинжала по тонкой шейке потекла кровь. Он же действительно убьет ее, я не успею.. мысли в голове заметались с сумасшедшей скоростью, страх сковал по рукам и ногам.

— Все, что ты хочешь! Я сделаю все, что ты хочешь! – выкрикнула я. – Что тебе нужно?

— Хочу, чтобы ты убила себя, тварь, – процедил он. – За все, что ты с нами сделала. За все, что ты делала с нами все эти годы! За то, что ты сделала с Верховным! Он был сильнейшим.. пока не встретил тебя!

— Я..

Кинжал вжался сильнее, и Снежана заплакала.

— Давай, используй свою магию! – выплюнул Савельев. – Растопи свои мозги, как ты плавила наши. Или будешь смотреть, как твоя девчонка подыхает, а мне терять уже нечего!

Перед глазами потемнело. Я, обладающая сильнейшей магией, не представляла, что сейчас делать, потому что я отлично знала Савельева. Да, магия работает быстро, но и он не зря долгие годы был при Михаиле. Он убийца со стажем, в его силах перерезать Снежане горло, едва я начну говорить.

Да, я обладаю магией исцеления, но что, если у меня не получится спасти дочь? Я же умру на месте.

— Прикидываешь свои шансы, ведьма?! – выплюнул он. – Что ж, хорошо!

— Мама, мамочка!

Я готова была к тому, чтобы совершить глупость, только не знаю, какую, но в следующий момент Савельев взвыл от боли, Снежана дернулась и соскользнула на пол. Меня полоснуло яростью, страхом, а еще какими-то невиданными эмоциями.. детскими.

— Не смей трогать мою сестру!

В считаные мгновения я увидела и Мирона, полоснувшего Савельева по ноге хтианом, который был больше него размером. И Снежану, поднявшую на меня заплаканное лицо, и Савельева, который наклонился к ней.

Не успел.

Я вскинула руку, и сорвавшаяся с моих пальцев сила с хрустом впечатала его в стену. Кинжал выпал из его рук, а сам он осел на пол поломанной куклой. Снежана заревела, Мирон выронил хтиан из рук, а я бросилась к детям.