Возлюбленная Верховного Бестиара

Глава 45

Алина

Анна, заметив его, поспешно поднялась.

— Еще увидимся, Алина, – произнесла она. – Я буду в Авенне до конца месяца. Если захочешь вместе пройтись или просто встретиться за чашечкой чая, я буду рада.

Я поднялась следом за ней, кивнула, все еще потрясенная тем, что она мне рассказала, а впрочем.. потрясений мне хватало и без таких новостей. Передо мной стоял самый близкий и такой далекий мужчина, и, когда Анна вышла, я вдруг испытала острое чувство непонимания, что делать дальше.

Мы с ним были близки настолько, насколько это вообще возможно, мы с ним прошли огонь и воду, но сейчас я просто не представляла, что сказать. Не только потому, что я применяла на нем свою силу, скорее, потому что я просто не понимала, что нас ждет дальше. Пока Анна была его женой, все было гораздо понятнее, а теперь..

— Алина..

— Богдан..

Мы вместе начали разговор, и вместе замолчали.

— Ты первая, – он приблизился ко мне.

Зачем я вообще начала говорить?

— Какие новости? – тихо спросила я. Просто чтобы сразу не углубляться в объяснения.

— Новости.. я теперь снова правлю Лазовией. На этот раз двумя, и, хотя официально теперь это единое государство, очень сложно переключиться с того, что здесь было при Михаиле, на то что я создавал в Талминбурге несколько лет. Сложно для бестиаров, для людей. Для всех. Некоторые просто не представляют, что им теперь делать со своей свободой.

— Они научатся, – я улыбнулась, в груди потеплело. – К этому действительно нужно привыкнуть, но.. свобода дарит крылья. Очень скоро они это поймут.

— Кстати, о крыльях. – Богдан шагнул еще ближе и посмотрел мне в глаза. – Пока ты спала, я умудрился провести переговоры с теми, кто собирался с нами воевать. Точнее, как выяснилось, с Михаилом. В знак особой лояльности и благодарности тебе за свержение его режима они подарили мне древние трактаты об изначальной магии. Сможешь их изучить, если захочешь. Но у тебя есть крылья, Алина. Буквально. Однажды ты их почувствуешь, если продолжишь развивать свою силу.

Я моргнула. Трактаты об изначальной?

— Что значит – если? – возмущенно поинтересовалась я.

— То и значит, – Богдан улыбнулся. – Ты столько всего сделала, столько боролась в одиночку, что я не удивлюсь, если ты никогда больше не захочешь слышать ни о магии, ни о чем-то другом, связанном с государственными делами, разрывами и бестиарами.

Об одном бестиаре я точно всегда буду хотеть слышать. И не только слышать. Но и видеть, чувствовать, прикасаться. По той же странной причине, заставившей меня ощутить неловкость после ухода Анны, я сейчас не смогла сказать об этом ему.

— Катерина с дочерьми пытались бежать за границу, но их поймали, – продолжил рассказ Богдан. – Самой Катерине предстоит разбирательство по вопросам жестокого обращения с подневольными, что касается ее дочерей, пока все сложно. Они еще не достигли полнолетия.

— Прости за то, что я сделала, – вырвалось у меня. – Я не хотела.. поступать так с тобой, но ты бы ни за что меня не отпустил. Я просто не знала, как еще тебя защитить, вас.. тебя и Снежану. Я не знала, поверит ли кто-то в письмо, и..

— Алина, – перебил он меня, – давай оставим прошлое в прошлом. Мне достаточно знать, что ты никогда больше так не поступишь. Если говорить о письме, сестра Зарины согласилась дать показания, думаю, гораздо больше всего интересного смог бы еще рассказать Савельев, но он сбежал. Сейчас его ищут, я задействовал все ресурсы.

— А что насчет Иванны Савельевой? – спросила я.

По какой-то ироничной случайности тот, кто выполнял для Михаила всю грязную работу, и бывший Верховный, которого он сменил, были однофамильцами.

— А что с ней?

— Она тоже долгие годы работала на Михаила, чтобы защитить свою семью. Думаю, она тоже многое может рассказать.

Сейчас, когда власть Михаила больше не давила на Авенну и Лазовию в целом, страшно было подумать, сколько преступлений могло вскрыться последствиями его действий, сколько пострадавших осталось, сколько людей не знают, что стало с их родными.. Милен стал случайной жертвой, а сколько их еще таких было? Я сама не могла упомнить все, в чем Михаил признался, и это если не считать того, что я тоже принимала участие в его интригах.

— Откуда ты знаешь об этом?

— Она меня опоила перед тем, как я отправилась на бал. Чтобы подавить мою магию, и чтобы Михаил мог этим воспользоваться.

— Вот как, – Богдан сдвинул брови. – Хорошо, мы пригласим ее для беседы.

Я судорожно вздохнула.

— Иванна сражалась за свою семью. Я могу ее понять. Не забывай, я тоже долгие годы..

— Ты когда-нибудь травила кого-то, Алина? – перебил он меня. – Или лишала сил, отправляя в руки того, кто может сделать с ним или с ней что угодно?

— Нет. Но я..

— Значит не надо ставить себя на одну ступень с теми, кто на это шел. Неважно, какая была причина.

— Я бы тоже убила за Снежану, Богдан.

— Невинного?

Он посмотрел в упор, и под этим взглядом я почувствовала себя обнаженной. Только Богдан умел смотреть так, словно знал обо мне больше, чем я.

— Не задавай вопросов, которые не имеют ответов. Я не могу знать, как бы я поступила, если бы жизнь моей дочери висела на волоске. – Я спокойно выдержала его взгляд. – И слава Высшему, что мне не довелось этого узнать, Богдан, такого никому не пожелаешь.

— Ты никогда бы не причинила боли слабому, – уверенно сказал он. – Не предала. Никогда бы не пошла на подлость. Один раз я в тебе ошибся, Алина, я долгие годы в тебе ошибался, но больше я такой глупости не повторю.

— Я поставила тебя на колени, – сказала я.

— Что?

— Ты спрашивал, использовала ли я еще на тебе силу. Когда ты отказался, – я рвано вздохнула, – пускать меня и Снежану на прогулки, когда я пришла.. ты начал меня оскорблять и предложил мне.. я..

— Что бы ты ни сделала, я это заслужил, – перебил он раньше, чем я продолжила. – И мне стыдно, что я заставил тебя защищаться таким образом, хотя сам должен был тебя защищать и беречь. Тебя и нашу дочь.

— Тогда ты об этом не знал..

— Какая разница? Передо мной были женщина и ребенок. Я вел себя недостойно. Я был жестоким.

— Богдан! – воскликнула я, шагая к нему. – Ты сам предложил мне оставить прошлое в прошлом.

— Кем бы мы были без нашего прошлого? – Он взял мои руки в свои. – Меня оно научило верить тебе. Безоговорочно.

— Я беременна.

— И.. – продолжил было он, но осекся. Неверяще посмотрел на меня: – Беременна? Когда ты узнала?!

— За несколько дней до того, как получила письмо от Юлианы, – осторожно сказала я.