Страница 39 из 61
— Очень, — она улыбается сквозь слёзы. — Ты бы видел, как он рисует. У него твой взгляд на мир.
Я смотрю на детей и не могу оторваться. Они такие маленькие. Такие красивые. Мои.
— Почему ты не сказала мне? — снова спрашиваю я. Но теперь в моём голосе нет злости. Только боль.
— Я боялась, — она сжимает мою руку. — Боялась, что твоя мать уничтожит меня. Уничтожит центр. Уничтожит детей. У неё были деньги, связи, возможности. А у меня — ничего. Кроме Насти и мечты.
— А я? — я смотрю на неё. — У меня тоже есть возможности. Я бы защитил вас.
— Я знаю, — она плачет. — Но я боялась, что ты выберешь её. Семью. Империю. А не меня.
— Я никогда не выбирал её, — говорю я. — Я всегда выбирал тебя.
Она смотрит на меня. В её глазах — любовь, страх, надежда.
— Ты можешь войти, — говорит она. — Познакомиться с ними.
— А они? — я волнуюсь. Впервые за много лет. — Они примут меня?
— Они ждали тебя, — она открывает дверь. — Вера, Коля, идите сюда.
Дети поднимают головы. Вера встаёт первой, подходит к матери.
— Мама, кто это? — она смотрит на меня настороженно.
Даша садится на корточки, берёт дочь за руку.
— Это ваш папа, — говорит она. — Тот, который был в командировке. Он вернулся.
Вера смотрит на меня. Её серо-зелёные глаза — мои — изучают, оценивают.
— Ты правда наш папа? — спрашивает она.
— Правда, — я тоже сажусь на корточки, чтобы быть на её уровне. — Я очень долго вас искал. Простите, что не пришёл раньше.
— Мама сказала, ты был в командировке, — говорит Коля. Он подошёл тихо, я не заметил.
— Я был... — я смотрю на Дашу, она опускает глаза. — Я был далеко. Но теперь я здесь.
Коля подходит ближе. Протягивает руку и трогает мою щёку. Его пальцы — маленькие, тёплые — касаются моей щетины.
— Ты настоящий, — говорит он.
— Настоящий, — отвечаю я. — Я здесь. И я никуда не уйду.
Он улыбается. Впервые. Улыбка открытая, доверчивая. Моя.
Вера смотрит на нас, потом подходит и обнимает меня за шею.
— Ты похож на Колю, — говорит она. — Только он светленький, а ты тёмненький.
— А ты похожа на меня, — улыбаюсь я. — Такая же бойкая.
— Я не бойкая, — она хмурится. — Я ответственная.
Я смеюсь. Впервые за пять лет. Настоящим смехом.
— Тогда, может быть, ты покажешь мне свои рисунки? — спрашиваю я. — Коля рисует, а ты?
— Я рисую, — она гордо поднимает голову. — Но я больше люблю командовать.
— Это я заметил, — улыбаюсь я.
Даша стоит рядом, смотрит на нас. Плачет. Улыбается. Я обнимаю её свободной рукой, притягиваю к себе.
— Всё хорошо, — шепчу я. — Теперь всё будет хорошо.
Мы идём в игровую.
Коля показывает свои рисунки — семья, центр, мама, Настя. И мужчина с тёмными волосами и серо-зелёными глазами.
— Это ты, — говорит он, показывая на рисунок. — Я рисовал тебя, когда не знал.
— А теперь знаешь, — я глажу его по голове. — И я здесь.
Вера командует — рассказывает, какие у них правила, кто что должен делать, кто главный. Я слушаю, киваю, улыбаюсь.
— А ты останешься с нами? — спрашивает она наконец.
— Навсегда, — отвечаю я. — Если вы меня примете.
— Примем, — решает она. — Коля, ты как?
— Примем, — кивает Коля.
Я обнимаю их обоих. Вера сначала сопротивляется — «я не маленькая», потом сдаётся и обнимает в ответ. Коля прижимается ко мне, кладёт голову на плечо.
Я смотрю на Дашу. Она стоит в дверях, смотрит на нас. Её глаза полны слёз.
— Иди сюда, — говорю я.
Она подходит. Я обнимаю её вместе с детьми. Моя семья. Моя Даша. Мои дети.
— Я больше никогда вас не отпущу, — говорю я.
— И мы тебя, — отвечает Вера.
Коля молчит. Но я чувствую, как он кивает.
Пять лет поисков закончились. Я дома.