Диагноз: разведенка

Глава 9

Глава 9

Первое, что делает Степан, опускает моё полотенце, прикрывая мою попку. Я стискиваю на груди махровую ткань, прижимаюсь щекой к его щеке – так спокойнее почему-то.

– Всё хорошо, – шепчет он, осторожно отодвигая меня, выскальзывая.

Теперь моя очередь натягивать полотенце, прикрывая его. Его короткая улыбка касается чего-то глубоко в моей груди.

– Я просто в шоке, – на фоне звучит голос Виктора. – Ты всё время мне лгала?

– Прекрати истерику, – как можно холоднее говорю я, усаживаясь рядом со Стёпой, касаясь его коленом. Мне очень нужно его касаться, если честно. – Что ты здесь делаешь?

– Это мой дом, вообще-то, – задирает подбородок он.

– Нет, – приподнимаю брови я, поражаясь наглости некоторых. – Это МОЙ дом.

– Я здесь живу, – мерзко улыбается он.

– Нет, ты ушёл к другой женщине, – напоминаю я и кривлюсь. – Даже не хочется о ней плохо говорить – ей и так не повезло, ведь ей достался ты.

– Я сказал, что развожусь, но я не сказал, что не буду здесь жить.

На мгновение у меня даже дар речи пропадает. Что? ЧТО?

– Ты совсем, что ли? – приподнимаюсь я, но меня удерживает крепкая рука.

– Давай я? – ловит мой взгляд Стужев.

– О да, давай, доктор, – насмешливо говорит Виктор. – Как считаешь, в больнице хорошо отнесутся к тому, что ты трахаешься с пациентками? Ты думал, ты там царь и бог?

Я отвечаю быстрее Степана:

– А ты правда думаешь, что он здесь впервые? – стараюсь смотреть как можно надменнее. Потому что хочу, чтобы он чувствовал себя как червь. Сволочь.

– Ты врёшь, – цедит он.

– Мы доказывать ничего не будем, – вмешивается Стёпа. – Ты сейчас пойдёшь подпирать другие углы, а мы продолжим хорошо проводить время.

– Ты меня заставишь?

– Заставлю, – спокойно говорит мой любовник, бросает на меня последний взгляд, в котором я вижу, что он терпел, сколько мог, но больше не собирается.

– Виктор, уходи, – хватаю за ладонь Стужева, когда он поднимается. – Тебе не нужны проблемы.

– Или тебе они не нужны? – он вдруг меняется в лице, смотрит только на меня: – Мы в расчёте теперь, Ангелина. Скажи ему, чтобы ушёл.

– ЧТО?! – с ума сойти…

Степан смотрит на меня, и я понимаю, что он ждёт моего решения.

– Уходи, – качаю головой я. – Вить, уходи, пока я не вызвала полицию.

– Полицию? – неверяще он смотрит на меня.

– Да, это моя квартира, и я могу вышвырнуть тебя с помощью полиции. Так тебе понятнее? – тоже поднимаюсь я, хватаюсь за локоть Стужева, чтобы хоть на что-то опереться в этой сумасшедшей жизни.

– Мы пятнадцать лет вместе, и теперь ты выгоняешь меня из-за мужика? Ему лет-то сколько? – я прямо физически чувствую, как разрастается тот самый некрасивый скандал, которого так хотелось избежать.

– Так, всё, – Степан вырывает локоть из моей хватки и идёт к Виктору.

– Не бей его! – бросаюсь я к ним, забегая между ними и упираясь ладонями в твёрдую грудь моего доктора. – Стёпа, пожалуйста! Не нужно.

– Хорошо, – после паузы и странного взгляда произносит он.

– Хорошо, – вторю ему, и тут же разворачиваюсь, придерживая полотенце на груди одной рукой, второй указываю на дверь. – Убирайся.

– Ангелина… – почти просяще смотрит на меня муж.

– ВОН!!! – ору я, уже постепенно скатываясь в то самое отвратительное состояние после его ухода.

– Давай попробуем…

– Она же сказала тебе уйти, – мимо меня рывком проносится рука Степана и толкает Виктора в плечо.

Второй рукой он жёстко отодвигает меня с линии огня. А я не в силах больше это всё вывозить, прижимаюсь спиной к стене в зале, не заглядывая в коридор и не глядя, что там происходит в коридоре.

Прикрываю глаза и стараюсь абстрагироваться от звуков потасовки, матов и злых голосов. Я не хотела этого. Не хотела этой грязи. Хотя я понимаю, что это и не я её развела, но вдруг кажется, что присутствие Стужева только всё усложнило. Хотя с другой стороны, не знаю, что я вообще без него делала бы. Как сложно. Как же сложно, мать его!

Звук захлопывающейся двери эхом раздаётся в голове, а потом в зале появляется Стёпа. Дышит чуть более тяжело, чем обычно, но будто бы не из-за потасовки, а как будто бы сдерживая злость.

– Что? – устало спрашиваю у него, когда встречаюсь с ним взглядом.

– Скажи, ты ещё любишь его? – смотрит прямо и от этого по коже мурашки.

– Нет, – говорю я, прислушиваюсь к себе и почти уверена, что не лгу.

Почти. Не так-то просто разлюбить близкого человека за день. Что бы он ни сделал. Хотя очень бы хотелось щёлкнуть пальцами, и всё.

– Ты врёшь, – вдруг говорит он. – Ты же врёшь.

– Стёп, хватит, – я пытаюсь уйти, но он удерживает меня за руку. – Реально неинтересно это обсуждать.

– Я должен знать, Ангел, – его глаза лихорадочно блестят. – Я хочу знать, есть ли место для меня в твоей жизни.

– Ты многого от меня хочешь! – выпаливаю я и вырываю руку.

– Почему многого? Если ты свободная женщина…

– Потому что тебя я тоже не люблю! – рявкаю, устав от этого всего бреда.

Он выглядит так, будто я его ударила. И это злит меня ещё больше. Он не имеет права так на меня смотреть. Он не ИМЕЕТ ПРАВА! Он просто хороший секс и не больше!

– Ты что себе придумал? – взрываюсь я. – Что после траха у нас будет долго и счастливо? С чего бы? Да я тебя не знаю даже! И ты меня не знаешь! Чтобы ты там ни говорил, но ты меня не знаешь!

Стужев просто молчит. Не говорит ничего и от этого ещё больнее. Где-то в центре груди. Может, и не надо было с ним так. Не надо было… Но остановиться я уже не могу.

– Уходи, Стужев, – цежу я. – Спасибо за всё. Секс был крутой, но на этом всё. Больше ничего не будет.

– Я хочу остаться, – тихо говорит он. – Не прогоняй.

– А я хочу побыть одна.

Мне кажется, если я сейчас не вздохну самостоятельно, я больше и не смогу. Дальше будет только с ним, а я дико этого боюсь. Боюсь, что снова разочаруюсь, снова будет больно. А он ведь, правда, что-то там себе выдумал. Что будет, когда его фантазия разобьётся о быт? Что будет, когда окажется, что от идеального во мне только его слова?

– Уходи, – припечатываю я и отворачиваюсь.

Слышу, как он одевается, как звенит пряжка его ремня. Он остановился позади меня на какой-то миг. А потом быстро вышел из моей квартиры, осторожно прикрыв за собой дверь.