Страница 79 из 175
Ночной всадник издал глухой смешок, а через миг замертво рухнул с коня. В его голове, чуть подрагивая, торчала стрела.
— Гребаные эльфы уже здесь, — Дэймон вытащил из-за спины следующий снаряд и вновь прицелился.
Никем не поддерживаемый, Кристэриан рухнул на землю. Вновь упав на и без того ноющий бок.
— Как раз вовремя, — выдохнул он и торопливо поднялся. Повтора предыдущих событий ему крайне не хотелось.
Кто его знает? Может, в следующий раз появится не эльф с острыми стрелами и точным прицелом, а какой-нибудь косорукий гном с тухлыми помидорами.
Вскочив на Чемпиона, Кристэриан снова бросился в бой. Он опять мог не задумываться об обороне. Что весьма облегчало жизнь. Защиту ему обеспечивал новый союзник, разя наповал ночных всадников из своего лука.
Кристэриан, в свою очередь, не подпускал противников близко к нему. Снося им голову еще на подступах. Но даже теперь. Вдвоем. Героям становилось все тяжелее и тяжелее.
А Даниэль продолжал наслаждаться потрясающей небесной прогулкой и свежим воздухом. Получая при этом незабываемые ощущения. По крайней мере, так, судя по всему, думала Юдо.
Она продолжала весело скакать под облаками, даже не собираясь опускаться. Несмотря на все уговоры и выкрики Даниэля.
Он прекрасно понимал — Кристэриану срочно нужна помощь. Но едва он осмеливался взглянуть вниз, как тут же зажмуривался. Ещё крепче вцепляясь в гриву лошади деревенеющими руками.
Но все же чувство долга пересилило. Игнорируя отвратительную дрожь по всему телу, Даниэль аккуратно взглянул вниз.
Навал противников увеличился.
Кристэриан пробил мечом голову одному, ногой спихнул с лошади другого. Тут же быстро пригнулся и, замахнувшийся громадной булавой ночной всадник врезал по своему союзнику. Кристэриан выпрямился и срубил голову еще одному.
Сзади к нему несся следующий всадник. Кристэриан заметил его слишком поздно.
«Проклятье, он не успеет увернуться», — Даниэлю вновь захотелось зажмуриться. Теперь от страха.
Но, оглушительно заржав, конь противника рухнул на землю. Придавив наездника своим весом.
Только сейчас, Даниэль увидел незнакомца, стреляющего из лука. Откуда тот взялся Даниэля абсолютно не интересовало. Он был за них и этого было достаточно.
«Я обязан помочь, но как?» — Мысли мчались галопом. — «Всадников можно убить, лишь отрубив голову. Я этого сделать точно не могу. Стоп», — Даниэль уверенно кивнул. — «Зато Кристэриан может. А я ему в этом помогу».
«Не думать о высоте. Не думать о высоте».
Даниэль с усилием оторвал обе руки от Юдо. Ни за что не держась, он описал полукруг в воздухе и, наконец, обрушил чары на противника.
Ночные всадники замерли прямо в движении.
— Что это с ними? — обвел их безучастным взглядом Дэймон.
— Решили поиграть в «замри-отомри», — улыбнулся Кристэриан и взмахнул мечом.
Когда упала голова последнего всадника, Кристэриан вздохнул и обвёл поляну взглядом.
— Они исчезают после смерти? Отлично. Иначе лесной пейзаж дополнила бы гора трупов и отрубленных голов. Интересно, а куда девается их броня и лошади?
Дэймон тоже обвел взглядом недавнее поле сражения. Медленно и с замиранием сердца. Лишь взрытая копытами земля и все еще горящий магический огонь напоминали о недавней битве. А так, все было по-прежнему. Все так же тихонько шелестел ветер в ветвях, травы источали свежий бодрящий аромат. Вдалеке куковала кукушка. Светлая поляна была точно такой же, как и в тот день, когда Дэймон так и не дождался Арин'далу. И теперь уже никогда не дождется.
Вместо неё, здесь находился двухметровый незнакомец, несущий бред.
Спрыгнув с Чемпиона, Кристэриан вытер об штанину измазанную в крови руку и протянул ее Дэймону.
— Спасибо, дружище. Я твой должник. Меня, кстати, Кристэриан зовут.
Взглянув на его ладонь, Дэймон презрительно скривился.
— Ты мне не друг. И твое спасение я сделал вынужденно. Только потому что, ты Избранный. Просто так лезть в драку я бы не стал.
— О, тогда мне, вероятно, нужно воздвигнуть десятиметровую бронзовую статую в твою честь, — Кристэриан сердито сложил руки на груди. — Меньшее, я так понимаю, твоих усилий не достойно.
Дэймон одарил его пренебрежительным взглядом и демонстративно отвернулся.
Но явно задетый Кристэриан так просто не сдавался.
— Итак, если ты исполнил свой гражданский долг, я тебя не задерживаю. Статуя будет готова не раньше осени.
— Попробовал бы ты меня задержать, — фыркнул Дэймон.
— Ты во мне сомневаешься? — надменно вскинул бровь Кристэриан и приблизился к нему. — Знаешь.., — он хотел, было, что-то сказать. Несомненно, что-то яркое и запоминающееся. Как и все его речи. Но внезапно побледнел и, оглянувшись назад, тяжело опустился на землю.
— Что-то я подустал, — Кристэриан громко выдохнул и разразился приступом кашля.
— Еще бы, с лесной-то лихорадкой, — криво усмехнулся Дэймон. — Мне вообще непонятно, как ты дрался. Обычно, больные этой болезнью не могут даже встать с кровати.
— Лесная лихорадка? — сонно пробормотал Кристэриан, протирая глаза. — Первый раз слышу.
— Ну, и что? — взглянул на него сверху вниз Дэймон. — Думаешь, если не знаешь болезнь, не можешь ей заболеть?
Кристэриан опять протер глаза и лег на траву.
— Я ничего подобного не утверждал, — зевнул он во весь рот.
— Лесной лихорадкой заражают своих врагов лесные эльфы или колдуны. Она очень быстро протекает и заставляет больного сильно мучиться перед смертью, — Дэймон рассказывал нарочно медленно. Чтобы увидеть степень испуга, которую может ощутить этот «героический рыцарь» без страха и упрека.
Но героический рыцарь брякнул очередную глупость.
— Очень жаль, а я надеялся умереть, смеясь над собственными шутками.
— Юдо, стой! Я сказал, стой!
Дэймон поднял голову на возглас и увидел изо всех сил тянувшего на себя поводья Даниэля. Его лошадь резко пикировала вниз.
— А это еще кто? — Само собой, Дэймон не забыл придать своему голосу такой тон, чтобы собеседник ни в коем случае не подумал, что это ему действительно интересно.
— Как кто? Разве не видишь? Добрая фея спускается к нам на воздушном шаре. Загадывай желание, — Кристэриан со своей стороны приложил все усилия, чтобы собеседник ни в коем случае не подумал, что он умеет давать нормальные ответы на вопросы.
Дэймон начал закипать. С таким идиотским поведением он сталкивался впервые.