В паутине предательств

— Мариан и Джулиан тоже придут сюда? – спросила Кордия, еле переводя дыхание. Ее снова мутило, ожоги от проклятья начали нарывать, и ей казалось, что кожа вот-вот лопнет. Она поставила канделябр на выступ и поправила жилет, давивший ей на живот.

— Нет, – покачал головой Сабола. Кордия не поняла, как это произошло, и она оказалась прижатой к стене, а руки чародея заскользили по ее телу. Его невидящий взгляд впился ей в лицо. От него пахло землей и мертвыми листьями. Его глаза, такие яркие, как у ее отца, стали блеклыми, словно из них выкачали весь цвет.

— Сабола! – гневно прошептала Кордия, пытаясь оттолкнуть его.

— Как только мы закончим ритуал, я вытяну из тебя всю эту дрянь, – мрачно сказал Сабола, кладя ей руку на живот. От этого прикосновения Кордии захотелось заорать во все горло, и она с трудом сдержалась, позволив себе лишь охнуть. – Если ты к тому времени будешь жива. Зачем ты только сделала эту глупость, девочка.

— Все так плохо? – на Кордию снова накатило отчаяние.

— Отвратительно. Ты жива только потому, что в тебе есть частицы тьмы и это энергия родственная проклятью, но ее ничтожно мало, она не справится с разрушением. Скажем так: это дает тебе небольшую отсрочку, – взяв ее за левую руку, сказал Сабола. В его голосе была тревога, и Кордии, несмотря на ситуацию, стало приятно, что ему не все равно. – Прикосновение к герцогу стоило того?

— Да, – не раздумывая ответила Кордия. Сабола тяжело вздохнул и отпустил ее. Отряхнул руки и вытер ладони о штаны, как после чего-то грязного.

— Надеюсь, он считает так же и не будет рвать себе волосы на твоей могиле, – снимая факел, сказал Сабола. На Кордию накатила паника, и она с трудом смогла сглотнуть: в горле стоял ком. – Он себе такой потери не простит.

— Когда-то ты просил его, чтобы он убил меня, – напомнила Кордия. Сабола фыркнул и двинулся вперед. Он шел быстрым шагом, почти бежал, и девушка еле поспевала за ним. Да он издевается над ней, как пить дать!

— Желания меняются, – сказал Сабола, и Кордия с трудом разобрала слова. – Сейчас я хочу, чтобы ты была жива.

Они подошли к лестнице, узкой и без перил. Сабола стал подниматься первым, таща за собой Кордию. Ступеньки крошились под ногами, в воздух поднялась пыль, и Кордия старалась не чихнуть, чтобы не нарушить равновесия и не упасть. Становилось холоднее, а значит, выход на поверхность уже близко. По тому, как долго они шли, она гадала, на каком месте сейчас окажутся.

Сабола отпустил ее руку и толкнул дверцу люка. Первым выбрался наружу и протянул руку Кордии. Она забралась на последнюю ступеньку, и ей на лицо упали несколько капель дождя. Чародей подхватил ее за запястье и вытащил наверх. Молоко с воплем выскочил следом.

Сырость мгновенно пробрала Кордию до костей. Она поморщилась, прижимая руки к плечам в попытке согреться. Вздохнула, и изо рта выскользнуло облако пара и растаяло темноте. Факел, вяло потрескивая, ронял искры.

— Где мы? – спросила Кордия, оглядываясь. Они находились на небольшой поляне, а вокруг них был лес. – Ты уверен, что с этой точки мы сможем провести ритуал?

— Мы пойдем туда, – Сабола махнул рукой в сторону, но Кордия все равно не поняла, что он имеет в виду. – Там возвышенность, с нее хорошо должно пойти. Мы с Марианом высчитали самые удачные места, чтобы совместить треугольник.

— Как в прошлый раз, когда снимали защиту с Шиоронии?

— Да, – ответил Сабола. – Нам придется объединиться, чтобы создать столько иллюзий, и каждый должен будет взять силу от чего-то еще, например, земли. Сейчас ворон Мариана следит за войсками касталицейв, чтобы мы попали точно в цель.

От звука этих слов Кордия вздрогнула. Ее страшный план превращался в реальность. Еще пара часов и людей, которые просто мечтали о нормальной жизни и хотели быть любимыми, не станет. И все из-за чего? Просто ее отец захотел больше власти, чем у него было. Она нахмурилась, понимая, что нет никакого смысла обвинять мертвого, ведь сейчас решения принимает она сама. Возможно, она могла бы сделать другой выбор..

— Эй, – сурово окликнул ее Сабола. – Они убили наших лошадей, создали чуму, от которой умерли почти все маги-добровольцы, атаковали нас чудовищами и отравленными клинками. Как думаешь, чем закончится твое милосердие?

Кордия почувствовал себя полной дурой и предпочла промолчать. Сабола подошел к ней и, взяв за плечи, посмотрел ей в глаза.

— Эти люди знали, на что шли, – тихо сказал он. – У каждого из нас свой путь, и невозможность свернуть с него означает выбор, сделанный за нас судьбой, и с этим нужно смириться. Никто из нас не может повернуть назад. Не сейчас. За нами вся Аталаксия, и мы должны отстоять ее любой ценой.

— Я не сдамся, можешь не переживать об этом, – поспешила заверить чародея Кордия. – Просто мне немного не по себе.

— Это нормально. Если тебя это успокоит, то мне тоже, – сказал Сабола. Притянул Кордию к себе и замер, словно желая запомнить каждый изгиб ее тела.

— Сабола, – тихо проговорила Кордия. – С тобой все в порядке? Ты очень странный.

Чародей не успел ничего ответить: послышался шорох и, обернувшись, Кордия увидела Дора. Он немигающим взглядом смотрел на нее, и она в первый момент испугалась, что на лице появились пятна, и герцог понял, что она отравилась его проклятьем. Спешно отстранившись от Саболы, она опустила голову.

— Пора, – глухо сказал Дор. Кордия заметила, что он опирается на палку.

— Не понимаю, зачем ты нам, – вздохнул Сабола и пошел вперед. – Кордия, не отставай.

Чародей быстро пошел вперед. Кордия смотрела, как между деревьев замелькали магические светлячки.

— Как ты? – повернувшись к Дору, спросила она.

— Все еще готов служить вам, ваше величество, – ответил Дор, и Кордии показалось, что он улыбнулся. – Идем, Кордия.

* * *

Взобравшись на холм, Кордии упала на колени. Ей казалось, что она сейчас умрет от усталости. Или в самом хорошем случае потеряет сознания. Пока они добирались сюда, ей стало хуже. Нарывы стали лопаться, и она чувствовала, как по коже течет липкая жидкость. Она не успела отдышаться, как Сабола подхватил ее за талию и поставил на ноги. Из ее горла вырвался сдавленный стон.

Молоко с глухим визгом крутился вокруг Саболы, вставал на задние лапы и драл ему штаны, но тот не обращал на него внимания. Дор не сводил глаз с чародея, и Кордия в очередной раз с досадой подумала, что от нее скрывают что-то важное. Справа она заметила блеснувший в темноте огонек и такой же через секунду слева.