В паутине предательств

— Пусти! – потребовала Кордия. Бальтазар нахмурился, не спеша выполнять ее требование. Она толкнула его и, вскинув вперед левую руку с меткой, направила на пауков силу своей магии. Послышался срежет, похожий, на стоны, что вряд ли могли принадлежать живому существу. Тонкие лапки пауков охватило золотым пламенем. На миг Кордии показалось что в огне мелькнул чей-то образ, но она не смогла понять, кому он принадлежит. Пауки побежали к ней выбивая лапками искры. Кордия начала читать заклинание уничтожения, но оно не подействовало. И тогда она сконцентрировалась на метке, через которую прошла Тьма. Она тут же раскрылась, словно лианой оплетая ее ладонь. Магия полыхнула ярким светом, и в нем, с глухим визгом, пауки стали горсткой серебристого пепла.

Тяжело дыша, Кордия опустилась на пол. Ее лихорадило, она обхватила себя руками, чтобы скрыть дрожь. Бальтазар подошел к ней сзади и, присев, обнял за плечи.

— Делора невиновна, – тихо сказала Кордия, накрыв руку Бальтазара своей. – Ее использовали. Кто это сделал – другой вопрос.

— Надеюсь, ты не считаешь меня злодеем, – тихо проговорил Бальтазар.

— Любой может ошибиться. Главное, вовремя остановиться и сделать шаг назад, – ответила Кордия. Делора тихо застонала и, открыв глаза, посмотрела на королеву. Бальтазар помог ей подняться и, поддерживая за талию, вывел из комнаты для допросов.

* * *

Кордия была расстроена, что казнь Августина перенесли. С одной стороны, ей хотелось, чтобы брат жил, с другой это напряжение от ожидания становилось невыносимым. Она не сомневалась, что Дор и Лейф что-то скрывают от нее, но не могла понять, почему. Не доверяют? Считают, что она не способна оценить их план? Это задевало ее и раздражало. У нее есть право знать! Ведь это касается ее жизни и королевства, которое теперь принадлежит и ей.

Бальтазар проводил Кордию в комнату. Снял с нее тяжелый плащ Лейфа и помог устроиться на кровати. Ее все еще трясло, но она уже не чувствовала себя обессиленной. Когда за Бальтом закрылась дверь, она выдохнула с облегчением и сползла с постели. Шатаясь, добралась до стола, на котором стояли флаконы с маслами и лежали мешочки с травами. Ее взгляд упал на шар возможностей. Она прислушалась к себе: есть ли у нее силы заглянуть в будущее? Огонек любопытства тут же вспыхнул, и она потянулась к шару. Провела по его прохладной поверхности и, бросив розовый порошок в огонь, стала ждать. Видение не заставило себя ждать и сформировалось мгновенно, словно то, что предлагали увидеть Кордии, происходило в данный момент в реальности.

Первым она увидела Кассиопея. Он восседал на лошади, вглядываясь вдаль. Одетый в черное, с мечом за спиной, чародей выглядел суровым и сосредоточенным. Картинка рассеялась и тут же собралась в другое изображение. На нем Кассиопей целовал руку Раданелле. Кордия впилась взглядом с лицо матери. Та чуть улыбалась тонкими губами, вокруг глаз пролегли морщинки. Она выглядела чуть старше, чем три года назад, когда они виделись в последний раз, но все равно не на свой возраст. Раданелла с такой нежностью смотрела на Кассиопея, что усомниться в том, что между этими двумя нет чувств, было невозможно.

Кордия попыталась разглядеть обстановку, понять, где они находятся, но не смогла. Никаких опознавательных достопримечательностей: несколько деревьев за спиной Кассиопея – и все. Раданелла потянулась к своему спутнику, и изображение тут же рассыпалось.

— Вот тьма! – с досадой пробормотала Кордия. В прошлый раз она тоже видела мать и Кассиопея вместе, только тогда они находились в кабинете ее отца. А теперь вот.. Что бы все это значило? Кассиопей смог вызволить маму из Дома света? И где они сейчас? Королева закрыла лицо руками, стараясь унять волнение. Ей очень хотелось верить, что с мамой все в порядке. Но ей нужно было подтверждение этого: она не хотела верить вслепую. Даже если это показал ей шар возможностей.

Взяв в руки колоду карт, Кордия медленно их перетасовала. Ей было немного страшно делать расклад: она чувствовала, как мир сжимается вокруг них, что враги окружили их повсюду и бежать им некуда. Ей не хотелось в этом признаваться, но она уже потеряла надежду на то, что они справятся. Главное, чтобы никто другой об этом не догадался. Ей не хотелось, чтобы ее считали слабой. Кому нужна духовно хилая королева?

Первая карта легла на стол, и Кордия осторожно перевернула ее. Любовники. Мужчина и женщина занимались любовью с цветущем саду. Чья это карта? Ее мамы и Кассиопея? Лейфа и его Нолы? Хоть любви к мужу больше не было, понимать, что у мужа есть другая женщина, было неприятно. Еще больше ее волновало, что Нола может забеременеть. Что, если она родит ему мальчика? Будь у них уже наследник, это было бы не так страшно. Но вдруг у нее с Лейфом так и не будет детей? С бездетной королевой обычно разводятся.. А развод точно не входил в ее планы.

Вздохнув, королева вытащила еще одну карту. Пленница. Женщина стоит на коленях, она связана. Но если присмотреться внимательней, то можно увидеть, как она пытается разрезать веревки маленьким ножом. Легче не становилось. На третьей карте была изображена одинокая могила в лесу. Кордия достала еще одну карту, но на ней не было ничего. Колода выскользнула из ее пальцев, и карты рассыпались по полу. Значит, сказать они больше ничего не хотят.

Собрав карты, девушка положила их в бархатный мешочек с вышивкой. За дверью послышались шаги, и в комнату без стука вошел Лейф.

— Мне сказали, ты заболела, – окинув ее взглядом, проговорил он. С чего такая забота, тут же напряглась Кордия. Что ему от нее надо?

— Я уже пришла в себя, – поднимаясь ему навстречу, сказала Кордия. Она подошла к нему и положила руки на плечи. Ткань тулупа была влажной и холодной. Она подняла глаза и посмотрела на мужа. Снежинки медленно таяли на его волосах, делая их тяжелыми. Пальцы будто сами, без ее на то воли, коснулись его щеки, стирая мелкий капли. Потрескивая, догорели сразу две свечи, и в комнате стало темнее. Ветер за окном стал завывать громче. Он бился в стекло, желал выбить его рамы и радоваться его поражению.

— Завтра утром ты возвращаешься в Шиоронию, – тоном, не терпящим возражений, сказал Лейф. – Тебе нужно заняться дипломатическими отношениями с нашими союзниками. Здесь от тебя никакой пользы нет.

Кордия вспыхнула от негодования, ведь ее магия спасла их от нашествия чудовищ! Но предпочла не напоминать об этом.

— А ты?