Знакомство в непогоду

Глава 2

Стас и Катька

Как быть дальше, он уже решил.

Девушка, пока сидели в очередь на рентген, представилась, зовут ее Катерина, можно Катя, и добавила, что чувствует себя виноватой, отнимает время у Стаса.

Она возвращалась домой с работы и возле самого подъезда кто-то ударил ее по голове, не понимает за что и кто, вроде бы за ней никто не шёл, хотя в такую бурю ничего не слышно. Говорила она тихо, с трудом, и удивлялась, что ее клонит в сон, хотя время не позднее. Катя вяло благодарила своего спасителя, если бы не он, она не попала бы в травмпункт.

«Это точно», – мрачно соглашался Стас, – «не попала бы».

Он ерничал, стесняясь принимать признательность девушки, возражал, что поступил так исключительно из эгоизма, чтоб после не беспокоится, не померла ли раненая. Катя криво улыбнулась, тихо возражая, что от такой травмы вряд ли можно умереть, на что Стас горячо возразил, что еще как можно, и тогда она испуганно замолчала. А он добавил, что довезти до травмы, не стоило многих усилий, что ему захотелось положительных эмоций в конце этого безумного дня, чтобы сказать себе перед сном, день прожит не зря, и он совершил хоть и маленькое, но доброе дело.

Катя на столь пространное объяснение никак не отреагировала. Ей странно было слышать подобное откровение от незнакомого мужчины и она не понимала, как себя вести.

«А ты хотел бы увидеть слезы любви и благодарности? Прекрасный рыцарь, спасший красавицу принцессу, обязан жениться, таковы законы жанра».

Вспомнив свое ехидство и пафосное заявление там, в больничном коридоре, Стас покосился на соседку, что сидела рядом, и внутренне передернулся.

Девушка не тянула на красавицу, даже, что уж скрывать, на просто интересную особу. Безобразной она, конечно, не была. Обыкновенная, мимо пройдешь, не заметишь. А в романах пишут, что спасают красавиц. Врут.

– Вот что, дорогуша, - сурово распорядился он, помогая пристегнуться девушке, - одной тебе нельзя оставаться, а я не могу дежурить у твоей кровати, мне непременно надо домой, звонка жду, поэтому едем ко мне, переночуешь, а завтра что-нибудь решим.

– Неудобно это, неправильно, – забормотала Катерина и вдруг ойкнув, зажала рот руками.

Агапов резко свернул на обочину и предусмотрительно отстегнул ремень безопасности у девушки. И вовремя. Едва машина остановилась, Катя выпрыгнула, откуда, только силы взялись, и ее стошнило.

Он тихо хохотнул, представив, как подопечная пытается выскочить из машины, ремень не пускает и она с неземной силищей выдергивает за собой кресло.

Было темно, фонарь горел где-то вдалеке, по мокрому асфальту проносились машины, обдавая друг друга ледяными брызгами, за бортом его любимой машины слышался вой ветра и неприличные звуки, издаваемые девицей.

И почему в кино никто не показывает этакую прозу?

Катя вытерла рот. В горле стояла горечь, а в глазах слезы. Ей было ужасно стыдно перед чужим человеком. Мало того, что он взялся отвезти ее в клинику, так еще и к себе домой тащит. Как его родные воспримут этакую гостью?

Она честно попыталась возражать, но спаситель узнав, что она живет одна, уже не слушал:

– Все, никаких разговоров.

Оставшийся путь ехали молча.

Катерина дремала. Голова кружилась, рана побаливала, тошнота осталась, но не слишком сильная, зато ноги отогрелись. Надо будет позвонить начальнику, сообщить, что завтра не выйдет на работу. Обойдутся один день без нее. Да и выйти не в чем, куртку придется в химчистку сдавать, кровь не отстирается. А в старой куртке не пойдешь, стыдно на балкон выходить, не то, что на улицу.

Непредвиденные затраты, вяло посетовала она, но не огорчилась, чувства были словно приглушены. Катя всегда заранее планировала расходы, скоро сапоги зимние понадобятся, в ремонт обязательно надо отнести, теперь вот на месяц отложить придется.

Квартиру своего спасителя она толком не разглядела. Хозяин помог снять куртку и обувь, проводил до ванны, показал где уборная, принес футболку и халат, а когда она выползла из ванной, отвел в спальню, уложил на большую кровать и, включил ночник.

– Сейчас подогрею супец, тебе надо немного поесть.

– Не надо, – слабо запротестовала гостья.

– Надо. Тебя, возможно, от голода тошнит.

Стас вскоре явился с большой кружкой, заставил выпить куриный бульон, супец, как он выразился. Катя вежливо поблагодарила, супец оказался вкусным, с лапшой. Едва справилась с половиной порции, а когда он вышел из спальни, тут же уснула.

– Дверь оставлю открытой. Если что – зови, я в гостиной, на диване, - Стас мог и не говорить, больная спала.

Агапов пару раз за вечер входил в спальню, прислушивался к дыханию девушки. Она спала настолько тихо, что у него замирало сердце. Вдруг умерла?

Утро подскажет, что дальше будет, мудро решил он, укладываясь на диван в гостиной. Диван был старым, коротким и скрипучим, поэтому Стас старался особо не крутиться, чтобы не разбудить случайную гостью.

Он немного подумал о необычном «подарке» бури, о девушке, что случайно пострадала, о своей пассии, с которой, надо признать, расстался с удовольствием, о так хорошо и правильно закончившемся дне и уснул с чистой совестью.

Глаза Катя разлепила с трудом и свет тут же впился в голову острыми иглами.

Надо просить отпуск. Начальник поймет, начальник у нее молодец, всегда повторяет, прежде всего личные дела, после служебные.

Катерина вылезла из кровати, голова слегка кружилась, надела халат, любезно предложенный хозяином и пошла в ванную. Вчерашний вечер она помнила смутно, урывками, но Вячеслава Михайловича она, конечно же, не забыла.

Она постаралась, как следует его разглядеть, когда кралась на цыпочках мимо дивана. Он спал на спине, похрапывая, смешно открыв рот, закинув руки за голову, а ноги пристроив на грядушку дивана.

Ее спаситель был высок. У неё создалось впечатление, что он куда-то спешил, словно даже порывался уйти, но ее не бросил.

«Беспокойное хозяйство» назвала бы его мама, она иногда выдавала нечто подобное, чем смешила Катерину.

Волосы у него черные, с ниточками серебра. Вроде не старый, а начал седеть. Она где-то прочитала, что если мужчина седеет, то не лысеет. Глупость, какая, у лысых просто седины не видно. Катя спохватилась. Что это ей в голову лезет? Стоит, рот раскрыла, за мужиком спящим наблюдает.

Катя смутилась и забеспокоилась. Все, что с ней произошло, было неправильно, ненормально, по-киношному, в жизни так не бывает.