Авигея

Слова столкнулись, как камни. Где-то в стороне полицейский сделал замечание, и съёмочную группу всё же оттеснили дальше, но несколько коротких сюжетов уже были сняты. Достаточно, чтобы уже сегодня это появилось в новостях – с заголовками, кадрами, чужими голосами, пересказывающими ночь выпускного. И теперь эта история переставала быть только их.

Тело уже увезли, но ощущение его присутствия осталось – в воздухе, во взглядах, в каждом неловком движении. Набережная, ещё недавно наполненная смехом, теперь казалась изнанкой чего-то потустороннего, холодного, опасного.

– Мы уезжаем, – сказал кто-то из родителей, резко, почти грубо. – Всё. Хватит.

Детей собирали быстро, как будто хотели увезти их не только отсюда, но и от того, что произошло. Илья стоял в стороне, он не двигался, когда его позвали и не сразу повернулся, когда подошли родители.

– Поехали домой, – сказал отец. Тихо, но твёрдо.

Илья кивнул, сделал шаг и вдруг остановился.

– Пап…

Тот остановился.

– Она говорила.

Лагунов-старший посмотрел на сына.

– Кто?

Илья сглотнул.

– Новенькая… из нашего класса… Авигея.

Отец устало выдохнул.

– Сейчас не время для…

– Она сказала это заранее.

Теперь голос звучал иначе, не испуганно, уверенно. Отец посмотрел на него внимательнее, как-то странно. Потом резко спросил:

– Сколько ты выпил?

Илья сглотнул, шумно выдохнул и понял, что в этот бред его отец ни за что не поверит. Он пожал плечами и сказал:

– Как все… Не больше других. Ладно… забудь, поехали отсюда.

Машины уезжали одна за другой. Свет фар скользил по воде, по камням, по лицам, и с каждым уехавшим автомобилем становилось всё тише. Утро окончательно вступило в свои права. Солнце поднялось выше, освещая место, где несколько часов назад они смеялись, строили планы, чувствовали себя бессмертными. Теперь здесь осталась только память, а ещё – страх перед тем, что будет дальше.