Заглянувший

Глава 1

Уж если лезешь в пламя без подготовки, будь уверен – убьет.

Сознание животного получает информацию, но не обдумывает ее. Живя инстинктами, животное умеет бояться и радоваться, но все происходящее воспринимает как должное. Поэтому его развитие контролируется Высшими силами.

Переходя на стадию Человека, дух становится самостоятельным, за собственное развитие теперь отвечает сам. Ответственность больше не на Высших, а всецело на плечах человеческой души. И, делая первые осознанные шаги, имея возможность проанализировать мир, каждый человек на своем пути совершает немало ошибок.

Нашему духу важно познать все грани человеческого бытия. Быть милосердным по отношению к другим, а временами показывать им всю жестокость. Проявить подлость, однажды предав ближнего, и быть преданным в ответ. Прожить некоторое время в богатстве, а потом выживать в нищете. Убить кого-то и быть убитым. Умереть от глубокой старости. Умереть от самоубийства.

Таким образом души низшего порядка проходят своеобразную аттестацию, чтобы на высшие уровни поступали только вменяемые, чистые души с широким спектром возможностей. Также в эту систему бросают преступников, чтобы они через преодоление проблем умерили свое эго, пришли к перевоспитанию и обновлению. Вернулись домой нормальными.

Сотни разнообразных, зачастую неприятных чувств – вот что нужно извлечь из предыдущих воплощений. Помнить досконально прошлые жизни ни к чему, это не принесет пользы. Да, вы жили в разных странах, сражались и выживали – отлично. Однако сами-то вы кто? Что можете? Память прошлых жизней – развлечение, а не путь. То время уже потрачено. Нужно идти вперед, не оглядываться и не тратить время на выяснение того, что не приблизит вас к Высшему Я.

Дух, решивший отправиться в материальный мир, не брезгует ни больными, ни уродливыми. Не божества посылают его воплощаться в том или ином теле. Не они насылают в последствии испытания. Дух сам ищет ту или иную форму, наиболее подходящую для поставленных задач. Поэтому смысл жизни каждого человека – развитие. Стать сильнее, мудрее, добрее.

Вселенская школа мудрости терпима к неуспевающим. Если жизнь в новом теле оказалась неплодотворна, человек ленился и спускал отведенное время на пустые развлечения, не следил за поступками и мыслями, ухудшал жизнь окружающим, ему предстоит пройти подобную жизнь снова. Он родится в похожих условиях и будет наталкиваться на такие же препятствия, как и в предыдущей жизни, пока не научится их преодолевать. Пока не извлечет уроки, ради которых и был рожден.

Но если человек вел разностороннюю работу над собой, с добротой и пониманием относился к другим, помогал и поддерживал, если бережно относился к своему телу, грамотно распоряжался деньгами, и самое важное, победил внутреннее зло – дух за одно воплощение может получить опыт сразу нескольких жизней.

Только вдумайтесь: Асперос предлагает столько возможностей, что всего за одну жизнь трудолюбивый человек сможет узнать так много информации, что с лихвой хватит на десятки жизней вперед. А ленивый и за десять жизней может не набрать необходимых базовых знаний.

В случае полной безнадежности, отсутствия должного прогресса или причинения вреда гармонии вселенских процессов, душа уничтожается. Недаром, сколько бы я ни спрашивал у Высших, что такое бог, никогда не получал ответа, что это любовь. Всегда и в любых обстоятельствах приходил лишь один ответ: бог – это РАЗУМ.

Любви присуще сострадание, однако во Вселенских законах для него места нет. В них есть добро, зло и равнодушие.

Человеку, еще не постигшему тайн бытия, может показаться, будто Вселенная жестока. Только это не так. Прежде всего, это самообучающаяся система, а ее Творец – мудрая, но слепая справедливость. Он воздает каждому по заслугам.

И лишь Творец обладает абсолютным знанием, поскольку объединяет в себе МАЛОЕ, определяя собою ЦЕЛОЕ.

На заре, вместе с первыми солнечными лучами, я спешно следовал по пустому замку. В предрассветной тишине только мои шаги гулким эхом отдавались от стен. Каменный пол, обычно холодный и мрачный, теперь заливал оранжевый свет. Он врывался через высокие стрельчатые окна, символично освещая путь, наполняя ликующей радостью от предстоящего события.

Армвелл, мой первый и главный наставник, ждал перед каменной аркой, чернота за которой наконец-то исчезла. Поприветствовав друг друга, мы прошли в коридоры Мерхеса, столь желанные мной все это долгое время. Казалось, прошла целая жизнь, прежде чем они открылись.

Каждой частичкой тела я ощущал грандиозную важность этого места. Здесь точно должно произойти нечто неотвратимое. Сначала эта мысль испугала, но я сразу же напомнил себе: глупо бояться неизбежного. Ведь с тех пор, как я осознался в Эйдоре, фата-гали вела именно сюда.

Пришла пора разобраться для чего.

Широкий коридор, пронизанный арками, простирался далеко вперед. Его то и дело дробили другие коридоры с точно такими же проходами в иные миры.

– Тебя все сложнее удивить, Шейн, – улыбнулся Армвелл. – Земное бытие открылось настолько полно, насколько это возможно. Ты прожил тысячи жизней во всех мыслимых формах. Погружался в бездну и взмывал в небеса. Проигрывал и побеждал. Был каждой допустимой стихией, каждым явлением. Создавал и отпускал, обретая понимание.

– Что же дальше? – спросил я и тут же осекся из-за предательского волнения.

Даже став сыном Хаоса, я все еще оставался несовершенным, эмоциональным человеком. А значит, многое только предстоит понять. Слишком рано мнить себя всеведающим. Слишком много непознанных миров, а вместе с тем – откровений.

– Когда сознание готово отправиться за пределы известного и понятного, важно определить цель и не ошибиться с направлением, – ответил наставник, шагая вдоль арок. – Карта – вот что помогает достичь цели.

В арках встречались самые причудливые пейзажи. Каждый раз разные. То пустыни с остроконечными горными массивами, то джунгли всех оттенков красного, то небосводы чужих планет с кольцами на небосклоне, то фиолетовые моря с невиданными морскими обитателями, то горящие неоном гейзеры, бьющие из черной зеркальной почвы. В одних арках перетекали жидкие субстанции, в других ландшафт все время менялся. А были и такие, где очертания местности совсем не просматривались из-за пыли, скопления газов или тумана.

Наставник продолжил: