Заглянувший

– Мы все поняли, что ты хочешь здесь обучаться. Но зачем тебе это, а?!

– Хочу прожить с пользой остаток дней, – решительным тоном ответил я. – Передышки непозволительны, медлительность не оправдана. Я хочу сделать больше, хочу стать мудрее. А мудрость приобретают с опытом, с неожиданными открытиями, с новыми знаниями. Хочу наконец понять, кто я такой. Какой смысл у моего существования? В чем важность моего духа? Что мир хочет от меня? Слишком много вопросов остаются без ответа, а значит, я все еще в начале пути. Но я твердо верю, что любому человеку под силу изменить сценарий собственной судьбы, если не сдаваться. И я не сдамся.

– Какая вдохновенная речь из уст самоубийцы. Сейчас слезу пущу. – Здоровяк демонстративно отвернулся и принялся разглядывать пейзаж за окном.

Снова воцарилась тишина.

Армвелл выжидающе молчал. Женщина в синем костюме отвела взгляд и поджала губы, а Ларина пила чай с самым невозмутимым видом на свете.

Не выдержав, мужчина в кресле вздохнул и захлопнул книгу.

– Коллеги, мы с вами не в том положении, чтобы задерживаться в окружении возбужденных вибраций, столь мелочных и бесполезных. Давайте, наконец, подытожим. Монс и Арне́лла против обучения Шейнела в нашей академии. Ларина и Армвелл – за. Очевидно, мой голос решающий. Я очень хорошо понимаю опасения насчет этого неизвестного, да еще и чернорукого, и любой выбор в данной ситуации – ответственность за чьи-то жизни. Но отказать парню, объясняя это тем, что Древиан Смоур разгневается?.. С какой стати нас вообще должен волновать тот, кто веками не показывается людям? Я не хочу принимать решения с оглядкой на Смоура или любого другого арханта. Думаю, трех наставников хватит, чтобы помочь парнишке ответить хотя бы на часть его вопросов. – И он подмигнул мне.

– Шейн, тебе придется посвятить обучению все свое время, – предупредил Армвелл. – Впереди множество испытаний, решения которых подчас будут далеко не очевидными. Придется много трудиться, вникать, действовать. Что же касается отдыха – на него нужно дозволение, и никто из воспитанников не может ослушаться или же просто возразить. Готов ли ты к такому?

– Готов, – твердо ответил я, ощущая необычайное воодушевление.

– Отлично! – хлопнула в ладоши Ларина и в нетерпении подскочила с места. – Я займусь составлением расписания!

Вечером Армвелл устроил мне небольшую экскурсию.

– Ты должен четко определить, кем видишь себя на вершине лестницы, уходящей за горизонт, – говорил он. – Сейчас ты младенец. Нужно научиться ползать, прежде чем вставать на ноги. Но как только это произойдет, ты начнешь спотыкаться и падать. Ты будешь в ссадинах и ранах, перепачкаешься в грязи, твоя походка не скоро обретет уверенность и твердость. Ни при каких обстоятельствах ты не должен опускать взгляд. Ты должен всегда смотреть вверх. Туда, где стоит твой идеал.

Мы начали с азов.

Первая ловушка, как объяснил Армвелл, состоит в неправильном толковании всего, что нас окружает. Если человек нашел для себя какую-то истину, другая ему никогда не откроется, ведь истина в понимании человека может быть лишь одна. Как человек представил, во что поверил, что мысленно вдолбил – так и будет.

Это происходит благодаря влиянию наших мыслей на Эйдор. Тот, в свою очередь, влияет и на материальный пласт реальности. Поэтому жизнь убежденного в чем-либо человека будет искажаться в соответствии с его представлениями о ней.

Однако мир духов – в первую очередь мир иллюзий. Он эластичен, обманчив, непостоянен. Он не имеет ни форм, ни границ. Он течет, как вода, струится, как дым, – во всех направлениях. Чтобы его понять, нужно войти в состояние чистого сознания. Убрать из головы термины, аксиомы, установки, гипотезы, отказаться от надуманных правил, от всех убеждений. И принять то, что происходит, не давая тому объяснений.

Необходимо впитывать информацию, но при этом никак ее не толковать, ведь от этого смысл может измениться в любое мгновение. Тот, кто хочет увидеть суть, должен всегда сомневаться в полученных знаниях и быть готовым, что вскоре мир исказится и перевернется вверх тормашками.

Важна тишина. Чистый разум, не затуманенный мыслями, всегда открыт новому. Информация течет сквозь него непрерывным потоком, не оседая пылью. Чистый разум уподобляется тому миру, который созерцает. И меняется столь же стремительно, как сам мир.

Мысли – это человеческое. Они сбивают с пути, мешают, путают, заглушают голос интуиции. Но только голос интуиции может удержать сознание в равновесии. Он не бывает ни злым, ни добрым – в отличие от голоса мыслей. Единственный голос, звучащий в чистом сознании, – голос интуиции. Он же – голос Источника. Моя задача – научиться его слушать.

Первые несколько дней я пребывал в уединении в комнате для медитаций, погруженный в исцеляющий сон. Раньше я думал, что отказ от контакта с внешним миром идет во вред духу. Думал, что от всевозможных лишений можно потерять энергию. Но все оказалось не столь однозначно.

Нужно погрузиться во мрак, чтобы оценить всю прелесть солнца. Испытать одиночество, чтобы понять благо общества. Прожить какое-то время в замкнутом пространстве, чтобы с восхищением вернуться к природе. Когда приедается прекрасное, необходимо устраивать передышку. Важно уметь обновляться, чтобы по-новому взглянуть на привычные вещи.

Ограничения противоречат свободе только на первый взгляд, однако это не взаимоисключающие понятия. На самом деле ограничения содействуют свободе. Это две составляющие одного целого, и одно не существует без другого. Благодаря сознательным лишениям достигается внутренняя зрелость, готовность к получению знаний, укрепление воли. Я думал о том, чего лишен, – это, без сомнений, способствовало накоплению силы. Выходит, ограничение возможностей – лучший стимул их получить.

Следующий урок основывался на остановке мысленного потока.

В голове человека могут крутиться одновременно десятки мыслей. В безостановочной гонке одни мысли перебивают другие, устраивая настоящий бардак. Подобное явление – показатель небрежного отношения человека к собственной энергии. И это печально, когда потенциал человека расходуется лишь на решение рутинных и бытовых вопросов.