Заглянувший

Впереди нас поджидал ров с ядовитой жидкостью. Пар болотного цвета стелился по ее глади, источая насыщенный сернистый запах, а из глубин доносилось завораживающее тихое пение. Мелодия усыпляла меня и вынуждала погрузиться на дно. Пытаясь игнорировать гипнотическую песнь, я ждал, когда покажется глубоководный страж.

Тот вынырнул, направив на Люше сотню внимательных глаз. Архант поклонился, и дымка погрузилась под воду, освободив путь. Шагая вслед за ним по водной глади, я глядел только прямо. Не было ни малейшего желания вновь встречаться с утопленниками, населяющими дно.

– Почему в Рохасе нельзя перемещаться силой мысли?

– спросил я.

– А что, по-твоему, означает перемещение силой мысли?

– Люше выбрался на другой берег рва.

–

Полет с наивысшей скоростью.

–

Здешние обитатели тяжелы для подобных трюков. Полеты у архантов – привилегия, доступная самым выдающимся. С позволения Владыки, разумеется.

Мы остановились у гигантских дверей, так знакомых мне своей призывно полыхающей надписью:

«Судьи – здесь. Вся власть – пороку».

С чего Древиан Смоур решил, что вправе судить поступки людей?! Почему у Высших сил не хватает мощности контролировать его всевластное разрушающее действие? Как боги могут считаться таковыми, если позволяют архантам поступать безнаказанно? Почему арханты – единственная во Вселенной неприкосновенная сила?!

Двери распахнулись. В опустевшем колонном зале тишину нарушали только несколько уродливых карликов, перешептывающихся у гобелена. Один из них, увидев Люше, заторопился к нам, пыхтя от быстрого бега.

– От тебя снова смердит человечиной! – рявкнул карлик, сверля Люше крошечными глазками и морща усеянную бородавками морду.

К счастью, он не заподозрил моего присутствия.

– Прибежал обнюхивать? – Люше распрямился, чтобы казаться еще выше.

Карлик скривился сильнее:

– Откуда ты выполз?! Хочешь нас перетравить?

– Ближе к делу, Кнурт!

– Самолет продан. Ваа́л-Тара́гу необходимо больше помощников вербовать урожай. К полуночи души будут здесь. Сможешь присоединиться?

– Если Ваал-Тарагу уже не по силам справиться с человечьей сотней, пусть снимет с себя полномочия. А для тех человечьих душ, что не поддадутся влиянию, я пришлю халгеров. Мятежников проще скормить псам. К тому же я давно не баловал животину.

Выслушав, Кнурт присоединился к остальным карликам. Оттуда они брезгливо поглядывали на Люше, зажимая носы.

– Заглуши-ка чувства, если не хочешь нас подставить!

– скомандовал Люше, пройдя в центр зала и остановившись напротив статуи многоглавого змея.

Одна из голов послушно спустилась к нашим ногам, раскрывая пасть. Каменный язык вытянулся, и мы прошли по нему внутрь чудища. Пасть захлопнулась. Мы погрузились в темноту, которую пронизывали живые тени. Они двигались вокруг образовавшегося тоннеля и шептали угрожающими голосами.

Люше произнес что-то на демоническом языке, и пространство неистово завертелось. Я еле устоял на ногах, изо всех сил стараясь удержать равновесие. Но едва смолкли призрачные голоса, как безумный аттракцион перестал вращаться, и змеиная пасть открылась в совершенно ином месте.

С облегчением я вышел вперед. Комната не уступала предыдущей по размерам, только здесь не было дворцового лоска, как в главном зале. Мы пошли по тускло освещенному помещению с уходящими ввысь черными колоннами, вокруг которых вились каменные змеи. Несколько из них повернули в нашу сторону головы и зашипели, но, увидев только Люше, вернулись в прежние позиции.

В конце зала высился трон. Там восседал Андрас в окружении обнаженных красавиц-суккубов

[2]

[Суккуб – демон похоти и разврата, являющийся к мужчинам по ночам и вызывающий у них сладострастные видения, персонаж европейской мифологии.]

. В одной руке он держал увенчанный человеческим черепом посох, а другой демонстративно гладил его, не отводя взгляда от неподвижно стоящих возле него духов.

Около тридцати человек, облаченных в черные балахоны, склонили головы, образуя полукруг и выжидая своего часа.

Архант никак не отреагировал на наше появление и даже не удостоил взглядом Люше. Его глаза впились в нагую окровавленную девушку, свернувшуюся на полу. Беззащитная, она тихо стонала от боли и унижения, и я сразу вспомнил окруженную архантами Юну. Предатель Андрас так же победно смотрел на нее свысока.

Сейчас от него исходили мощнейшие энергии тьмы. Андрас как никогда казался опасным и устрашающим, вселяющим ледяной ужас. Я цепенел в его присутствии и молил только о том, чтобы защита надежно скрывала меня от его зорких глаз.

– Давай посмотрим, кого ты считал своим спасителем.

– Люше оперся о колонну, ожидая дальнейших событий.

Андрас жестом поманил к себе крайнего человека. Полный мужчина сонно поплыл к трону и остановился рядом с обнаженной девушкой, не замечая ее.

– Проснись! – велел Андрас. Мужчина встрепенулся, впервые заметив арханта. – Поздравляю, ты попал в рай.

Мужчина озадаченно осмотрелся.

– Здесь так красиво! – Он разглядывал несуществующие пейзажи, с восторгом озвучивая видения. – Ангелы парят в небесах! Всюду цветы и храмы… Господь, благодарю за спасение моей души!

– Ты ведь в этом не сомневался, святой отец. – Андрас взмахнул посохом и перед мужчиной появился щедро заставленный изысканными кушаньями стол. Мужчина вопросительно глянул на арханта и, получив одобрение, набросился на еду.

С невероятной скоростью он отправлял в рот рулеты и кексы, надкусывал перепелов и отбрасывал тушки в сторону, не размениваясь на остальное. Большой ложкой он зачерпнул черную икру и, проглотив ее, отбросил ложку на пол. Взяв кубок со стола, он жадно приложился к напитку. Вино лилось по бороде, стекая на одежду, но толстяка это не волновало. Он утерся рукавом, схватил пышную булку, откусил кусок и тут же перешел к пирожным.

Этот человек бегал от одного края стола к другому, и, похоже, даже Андрас диву дался такому неуемному аппетиту. Однако архант сдержанно молчал, наблюдая за толстяком, который успел перепробовать каждое блюдо и волновался уже о том, когда же подадут новые угощенья. Ведь теперь он мертв, а значит, его физически отсутствующий желудок способен уместить любое количество пищи.

– Спасибо, Господь! – довольно протянул толстяк, похлопывая живот.