Сердце истинного вампира

Глава 15

Катаржина почувствовала себя как в гимназии, когда за малейшую провинность ее волокли к директрисе, которая ее терпеть не могла. Ей не нравилось вот так стоять перед кем-то, кто ее оценивает и решает ее судьбу.

За столом сидело пятеро. Именно эти люди были советом деревни – теми, кто всем здесь заправлял.

Уже позже Катаржина узнала, кто есть кто. Старик с козлиной бородкой был пандером Збигневом, единственным на всю округу доктором, сухонькая немолодая женщина в очках – панде Корнелией, библиотекарем. Двое крепких приземистых мужчин с пышными бородами и усами, похожие, словно братья, были пандером Симоном, сержантом из Ведомства порядка, и пандером Тимоном, бригадиром лесорубов.

Среди этих уставших лиц выделялся мужчина, сидевший по центру. По сравнению с ними он был молод, чуть за тридцать на вид. У него была аккуратно подстриженная борода и крупные, яркие черты лица. Даже когда он сидел, было видно, что он высок и ладно сложен, с широкими плечами и прямой, наверняка мускулистой спиной. У Катаржины едва слюни не потекли при одном взгляде не него. Такие мужчины ей всегда нравились. Это был пандер Матеуш – староста деревни.

– Это… это же Яков… Откуда? Как он появился? – растерянно пробормотал он.

– Пришел сам в ночь перед началом бури, – ответила Тамара.

Ни смущенной, ни испуганной она не выглядела. Скинула шубку и платок, повесила их на вешалку в углу и, оставшись в нарядном голубом платье под теплой бордово-алой кофтой, она села на единственный свободный стул.

Катаржина поняла, что приютившая их учительница-ведьма и сама была частью деревенского совета.

Они с Яковом остались стоять перед всеми. Катаржина с трудом подавляла острое желание прижать к голове уши и поджать хвост. Она вдруг подумала, что во власти этой шестерки изгнать их из деревни и отправить вновь скитаться по зимнему лесу и беспроглядной тьме.

Ну и пусть! Они уже там были, и вернуться не так и страшно. Ни мрак, ни холод не могли убить ни оборотня, ни уж тем более тысячелетнего вампира.

Яков, до того стоявший молча, поднял глаза на старосту, буравившего его взглядом.

– Здравствуй, Матеуш, – сказал он. – Ты, выходит, занял место отца?

– Пришлось… – мрачно протянул тот. – Зачем ты вернулся?

– Так случайно вышло. Просто оказался рядом. Я уйду, как только…

– Савелий умер! – прервала его Тамара. – Его придавило в буран упавшей осиной.

Ее слова произвели на собравшихся эффект взорвавшейся бомбы. Все разом начали говорить, спрашивать, панде Корнелия заплакала, прижимая платочек к глазам, пандер Збигнев, стремясь всех перекричать, орал, что предупреждал и что давно нужно было выписать в деревню второго вампира – про запас.

– И кто будет обслуживать мариевую станцию? – кашлянув в кулак, спросил пандер Тимон, когда шум стих.

Все молча уставились на Якова. Если раньше они смотрели на него со смесью опаски и раздражения, словно гадали, как бы его прогнать поскорее, то теперь все изменилось: в глазах собравшихся зажглись надежда и расчет. Эти люди точно его знали и хорошо помнили его предыдущее появление в деревне. Хорошо бы кого-то из них расспросить обо всем.

– Яков согласен остаться и обслуживать станцию, – сообщила за него Тамара.

Все словно разом выдохнули.

– Это правда? – осторожно поинтересовался Матеуш.

Яков молча кивнул.

– Хорошо. Потом поговорим об остальном, – удовлетворенно сказал Матеуш.

Казалось, на этом разговор закончен, но теперь взгляды устремились к Катаржине. От этого ей стало неуютно.

– Панде, а вы кто такая будете? – поинтересовался доктор.

– Я… меня зовут Катерина, – тихо ответила она и повторила историю, которую придумал Яков: что он нашел ее в лесу возле железной дороги, что она упала с поезда и потеряла память.

– И что же, у вас полная амнезия? – поинтересовался пандер Збигнев.

Похоже, из всех он испытывал к ней наибольший интерес. Его липкий взгляд так и скользил по ее лицу и фигуре, едва видневшейся из-под расстегнутой фуфайки.

– Не полная. Кое-что я все же помню, но нечетко. И совсем не знаю, ни как оказалась в поезде, ни как выпала из него. Даже куда ехала, я не знаю. Мне надо связаться с братом. Я могу воспользоваться телеграфом?

– Он не работает.

– Что? – новость обрушилась на ее плечи тяжестью саркофага.

– Единственный передатчик, который у нас был, сломался.

– И когда его починят?

– Сложно сказать, – отозвался пандер Тимон. – Деталей не хватает. Может, нам скинут их со следующей поставкой, а может, и нет. Тогда до весны будем ждать.

– Как же вы тут живете с одним передатчиком? – выдохнула Катаржина. – А вдруг что-то произойдет, а вы без связи?

– Сами справимся, как и всегда, – ответил Матеуш. – Как видите, Содружеству нет дела до того, как мы тут живем. Главное, чтобы план выполнялся и древесина отправлялась с баржами в срок.

Катаржина замолчала, опустив взгляд.

Она перебирала в уме указы, которые подписывала, будучи руководителем Ведомства благоденствия. Там точно были средства, заложенные на техническое обеспечение северных деревень. Неужели выделенных денег не хватило на второй передатчик?

– Панде Катерине нужна работа, – вставила Тамара. – Она очень хочет трудиться на всеобщее благо. Ну и раз уж она у нас тут оказалась, не может же она сидеть без дела? Я думаю, из нее вышла бы отличная кухарка в полевой кухне. Пандер Симон, вам нужны помощницы на кухне?

– Зачем такие ручки портить на кухне? – вмешался пандер Збигнев, пока бригадир морщил лоб. – Дорогуша, пойдете ко мне в помощницы? Я давно хотел обучить кого-то…

Глянув в похотливые глазки старика, Катаржина содрогнулась. Уж лучше кухня! Старик ее не пугал. Она больше боялась, что может не сдержаться, если он начнет приставать. Ей не хотелось, чтобы у нее были из-за него проблемы.

Положение спас Матеуш.

– Тамара, ты говорила, что тебе тяжело справляться одной и с малышами, и со старшими, – сказал он. – Думаю, панде Катерина могла бы с этим помочь.

Тамара скривилась, словно таракана в пироге увидела.

– Я обожаю детей! – тут же воскликнула Катаржина. – И очень люблю с ними возиться! Сама всю жизнь мечтала родить пятерых!

Матеуш удовлетворенно кивнул, давая понять, что на этом вопрос можно считать решенным.