Страница 30 из 70
— Не могу себе этого представить, если честно. Но только если совсем в глухих деревнях, куда добираться только на вертолётах или лодках. Но много ли там осталось таких домов. А вот отсутствием туалетов в домах меня не удивить. Обычно это такая пристройка в углу огорода или сада.
— Но почему?
— Старые деревенские дома так строились, что туалеты выносились из чистой зоны. Давай поговорим о чем-то более приятном, чем деревенские дома.
— Давай. Я приготовлю перекусить, а ты иди в душ. А сумку чего не разобрала?
— А где? — Илла невинно улыбнулась, а Чан Соль снова ругнулся про себя — разволновался и вообще ничего не показал своей женщине, она, как бедная родственница, вынуждена была его ждать в гостиной, оставив сумку у входа.
— Пойдём, — он подхватил сумку, взял за руку и отвёл в уже знакомую комнату с проигрывателем. — Это спальня. Кровать с жестким матрасом, но, надеюсь, тебе будет удобно. Постельное бельё чистое.
— Так, — Илла сообразила, что спальня в этой квартире одна. — А ты где будешь спать?
— В гостиной на диване.
— Мне нравится твое благородство, но размер твоей кровати позволяет на ней прекрасно выспаться футбольной команде и ни разу не встретиться на ней за всю ночь.
Чан Соль рассмеялся. Кровать, конечно, большая, но не настолько, чтобы вместить одиннадцать человек. Но то, что Илла намеревалась провести ночь рядом с ним, смущала. Правильно ли он её понял, что они будут спать, или... ?
— Чан Соль, — Илла подошла к мужчине, потянулась к нему на носочках и приложила руки к его щекам, привлекая к себе максимальное внимание, — прекращай думать! Я вижу, как в твоей голове несутся мысли, которые причиняют тебе боль. Давай жить по обстоятельствам? Сегодня, прямо сейчас. Не сравнивай наши традиции, не придумывай проблем, просто отпусти себя, хорошо?
— Можно, я тебя поцелую? — Чан Соль выдавил эту фразу из себя и стало легче, словно скинул многотонную плиту.
— Можно не только поцеловать! Но дай я сначала схожу в душ. Я хотела присоединиться к тебе там, но ты был такой пыльный, что не рискнула, вдруг и правда надышусь дрянью.
— Два идиота, господи! Я хотел тебя расцеловать ещё в холле отеля, надо было так и поступить!
— И порадовать посетителей? — хмыкнула Илла. — Не стоит. Не люблю развлекать других людей.
— Буду подниматься к тебе в номер, — Чан Соль опять облегчённо выдохнул, поцеловал по очереди ладони Иллы и аккуратно подтолкнул её к сумке, чтобы та взяла свои принадлежности для душа. — Бери, что тебе нужно, полотенце уже лежит в ванной на полочке.
— Ты можешь ко мне присоединиться. — Илла лукаво скосила на него взгляд, наклоняясь к сумке. Чан Соль сглотнул, глядя на это зрелище, но сжал зубы.
— Нет. Иначе мы не сможем поесть, да и вообще, если я увижу тебя голую под душем, вряд ли удержусь и дождусь до того, как смогу отвести в кровать.
— Да, поесть не помешает, а то в самый неподходящий момент желудок начнёт петь, будет неловко, — улыбнулась Илла и ушла покорять душевое пространство, а Чан Соль на скорую руку придумывать ужин, благо еды в холодильнике было достаточно.
Ужин он, по правде говоря, не запомнил. Что он там готовил, были ли вкусно или хотя бы съедобно — даже под пытками не вспомнит. Он слышал душ льющейся воды и представлял её под водой, видел освежившуюся Иллу в длинной футболке и шортах, открывающих ноги, чуть тронутые загаром, влажные волосы, скрученные в небрежный пучок.
— Верхний душ — это, конечно, круто, но не продумано для женщин, не желающих дважды в день мыть волосы, — Илла стянула резинку и встряхнула копной волос, спустившихся прямо до задницы, расчесав их пальцами. — Пока сообразила, как переключиться с дождя на обычную лейку, замочила опять все. У тебя нет предубеждения к влажным волосам?
— Раньше не было, — проскрипел Чан Соль, добавив про себя, что теперь у него, похоже, появился новый фетиш.
— Ну вот и славно, — у Иллы, похоже, были стальные нервы, и она показательно не замечала, что домашние брюки мужчины уже не скрывали его восставшего достоинства. Она спокойно подошла к накрытому столу и уселась за стол. — Обожаю, когда готовят мужчины!
Белое вино подчеркнуло вкус какой-то там еды, Чан Соль еле дождался, когда Илла сделает последний глоток, облизнув губы, а потом сделал то, что и хотел — впился в её губы, запустив руки в волосы. Из груди рвался рык победителя, но Илла удивила и тут, довольно прорычав в ответ. Она, ничуть не уступая первенства, повторила жест Чан Соля. Кто первым потащил спутника в сторону спальни, потом уже никто бы не сказал — сейчас было важно другое. С жарким дыханием губы в губы, рваными и сильными движениями, взлетевшими футболками, опавшими листьями разбросанными у кровати, с трением тел и волнами удовольствия, штормом прокатывающимся по ним.