Страница 14 из 32
Глава 14. Воздушный аудит и боевые параграфы
Карета неслась по ночному тракту со скоростью, явно нарушающей все мыслимые правила дорожного движения империи Оскар. Внутри нас швыряло от стенки к стенке. Книга аудита, которую я сжимала мертвой хваткой, то и дело била Кассиана по шлему, издавая глухой, совершенно не по-юридически звонкий звук.
— Да угомонись ты со своей макулатурой! — рявкнул Кассиан, пытаясь удержать равновесие и одновременно заклиная колеса кареты, чтобы они не отвалились от святого возмущения.
— Это не макулатура, это ваша единственная надежда не стать бомжем с дипломом Инквизитора! — огрызнулась я, поправляя очки, которые снова съехали набок. — Кассиан, Грюм на ковре! Он же нас поджарит, как шашлык на корпоративе!
В этот момент крыша кареты снова содрогнулась. Сверху донесся сдавленный икотой голос Дамиана:
— Ребята, Грюм… он… он применяет запрещенное заклинание «Налоговое удушье»! Воздух пахнет гарью и… и неоплаченными пошлинами! Я теряю сознание от эстетического несовершенства этой атаки!
— Держись, идиот! — крикнул Кассиан вверх. — Яна, хватай печать! Ту, что у тебя… хм… в районе доказательной базы!
— Что?! Зачем?! — я густо покраснела, но инстинктивно прижала руку к груди. Печать Магистра Грюма, покрытая стразами и моим розовым лаком, сияла сквозь атлас платья, как маяк коррупции.
— Она связана с его магией! Если мы её активируем, это собьет ему прицел! — Кассиан перехватил мою руку, прижимая её к печати. Наши пальцы сплелись, и я снова почувствовала этот невозможный, пугающий жар его тела. — Читай любое заклинание! Быстро!
Я замерла. Заклинание? Я юрист, а не ведьма! В голове крутились только статьи Кодекса.
— Эээ… Согласно статье тридцать два, пункт «Б», любое насильственное взыскание задолженности в ночное время без санкции Синода… считается… считается… ХАРАССМЕНТОМ!
Печать в моем декольте вспыхнула ослепительным розовым светом. Снаружи раздался оглушительный треск, а затем — яростный вопль Грюма:
«Мои глаза! Розовый! Кто посмел осквернить боевую магию розовым?!»
.
Карету резко дернуло. Мы, кажется, взлетели на пару метров, а затем с грохотом приземлились. Дверь распахнулась, и внутрь кубарем влетел Дамиан, от которого разило шампанским и палеными перьями.
— Мы оторвались! — провозгласил он, рухнув на пол. — Грюм врезался в стаю мигрирующих боевых гусей. Гуси победили. Магистр сейчас занят тем, что пытается доказать вожаку стаи, что у него есть дипломатический иммунитет.
Кассиан медленно отстранился от меня. Его взгляд, лишенный маски, был прикован к моему лицу. В нем читалось странное смешение шока, уважения и… чего-то еще, от чего у меня перехватило дыхание сильнее, чем от «Налогового удушья».
— «Харассмент»? — тихо переспросил он. — Ты сбила боевого Магистра Синода с ковра с помощью статьи о сексуальном домогательстве?
— Это была юридическая самооборона в условиях крайней необходимости, Кассиан, — я попыталась поправить прическу, но поняла, что она безнадежно испорчена. — К тому же, технически, летать за нами на ковре ночью — это преследование. Статья сорок пять.
Кассиан покачал головой и вдруг… рассмеялся. Громко, раскатисто, пугая Дамиана на полу. Это был смех человека, который только что понял, что его жизнь превратилась в абсурдный фарс, и ему это… нравится.
— Яна, — он взял мою руку, уже не властно, а как-то… бережно. — Клянусь Бездной, ты — самое невероятное существо, которое я когда-либо встречал. Ты грабишь Магистров с помощью лака для ногтей, сбиваешь их с ковров с помощью параграфов и прячешь государственные печати в таких местах, о которых я… хм… предпочитаю не думать в присутствии Дамиана.
— И я всё еще ваш единственный шанс на спасение от банкротства, — я вернула руку, поправляя платье. — Кассиан, мы почти дома. Бублик ждет. У нас есть книга, печать и… и слюнявый свидетель в будке.
Замок Теней встретил нас тишиной. Пых и Люми, видимо, уже спали (или прятались от Марты с её утюгами). Мы направились прямо к вольеру Бублика.
Пёс лежал, положив все три головы на лапы, и мирно похрапывал. Заметив нас, он радостно тявкнул (синхронно, в три голоса) и завилял хвостом, снося с ног Дамиана, который шел позади.
— Бублик, фу! — скомандовал Кассиан. — Где твой… «корм»?
Бублик виновато шмыгнул всеми тремя носами и ткнул мордой в угол вольера. Там, свернувшись калачиком на куче старых бухгалтерских отчетов, сидел маленький, дрожащий человечек в рваном сюртуке. Бывший главный бухгалтер Синода, мистер Клювс.
— Мистер Клювс? — я подошла к решетке, стараясь не наступить на Бублика. — Меня зовут Яна. Я юрист. Мы пришли, чтобы… хм… пересмотреть вашу диету.
Человечек поднял на меня глаза, полные ужаса.
— Копия… Копия… Грюм… Копирка из чешуи дракона… — забормотал он.
— Он говорит! — я торжествующе обернулась к Кассиану. — Свидетель в наличии. Улики в наличии. Печать Грюма… в наличии. Завтра утром мы подаем иск в Высший Арбитражный Суд Империи Оскар. И поверьте мне, Кассиан, этот суд они запомнят надолго.
Кассиан посмотрел на меня, потом на дрожащего бухгалтера, потом на счастливого Бублика.
— Знаешь, Яна, — он подошел ближе, и в его взгляде снова вспыхнуло то темное, опасное пламя. — Я начинаю думать, что Синод зря боялся моей магии. Им стоило бояться твоего Налогового кодекса. Ты ведь понимаешь, что после этого суда я буду обязан тебе… всем?
— Мы обсудим ваш гонорар в судебном порядке, Инквизитор, — я улыбнулась, чувствуя, что этот раунд остался за нами. — А пока — Дамиан, оттащи Бублика, он пытается съесть мою папку!