Встречая судьбу

Ответить Чан Солю помешал врач, зашедший в палату. Он быстро провёл осмотр женщины, стараясь не разбудить Чи Мина, разрешил пообедать и сказал, что ей ещё придётся у них погостить, чтобы нога была под постоянным контролем врачей. Через недельку сделают остеосинтез, потом придётся попить лекарства. Через месяц сделают повторный снимок, снимут гипс, и, возможно, можно будет начать физиотерапию, чтобы восстановить подвижность. Глядишь, и не придётся выкидывать всю обувь на высоком каблуке. Госпожа очень удачлива, отделалась легким испугом, так сказать.

На все вопросы о Кю Сэе и Чжу Ине он отшучивался, и Илла поняла, что там ситуация намного сложнее.

— Рассказывайте уже. Они мне жизнь спасли, нужно же мне знать про героев.

Чан Соль незлобиво фыркнул.

— Геройство их уже воспето в статьях, популярность группы взлетела чуть ли не до уровня EXO и BTS, хотя я думал, что это нереально. За два дня аккаунт в Инстаграмм набрал почти четыре миллиона подписчиков. Аккаунт в Naver пришлось закрыть от комментариев, потому что количество сообщений под новостью об обрушении сцены на концерте превысило уже десяток тысяч и сервер не выдерживал нагрузки. Готовься и ты, кстати, журналисты жаждут общения.

— О нет, с ними я пока встречаться не желаю. Приду в человеческий вид, тогда можно будет подумать. И вообще, — Илла повернулась к мужу, — может, наши рекламщики этим займутся? Правда, не хочется общаться.

— В твоих аккаунтах опубликованы посты, работа ведётся, всё хорошо.

— Надеюсь, без любимых нашими рекламщиками горячих новостей?

— Не волнуйся. Мы помним, что ты взрослая академическая певица и тебе не нужны молодежные способы рассказать о себе, да-да.

Чан Соль так похоже изобразил интонацию самой Иллы, когда она в начале своего концертного пути в Южной Корее высказала рекламному отделу то, что думает о их манере вести аккаунты в социальных сетях, что засмеялся даже врач. Илла, однако же, сохраняла серьёзность, полная решимости не дать соскочить с нужной ей темы. Точнее, двух. Она долго и выразительно смотрела на мужа, и он не выдержал.

— Ох уж мне этот ваш «русский взгляд». Парни твои переломали рёбра. У Чжу Ина пострадала ещё рука, но выписан будет достаточно скоро. А вот у Кю Сэя замена позвоночного диска, ему очень неудачно упал на спину динамик вместе с подставкой. Приземлились вы втроём первоначально достаточно мягко, ты отделалась за всех сломанной стопой, и то, потому что каблуки высокие. А вот на ребят упало оборудование. Они тебя закрыли собой, потому с ними сложнее.

— Меня бы просто расплющило, да?

— Живы бы остались, — ободряюще проговорил врач, но стушевался под змеиным, совершенно неподвижным взглядом Иллы. — Возможно.

— В общем, в данной ситуации я считаю, что ты легко обошлась. Кю Сэй прооперирован, ему предстоит долгая реабилитация. Сейчас к нему нельзя, ещё спит. Чже Ин час назад был в сознании, может поговорить по видеосвязи. Тебе надо восстанавливать стопу. Наш милый доктор очень оптимистичен, но мне Игорь передал слова парамедиков о количестве переломов, и это они ещё на глаз определяли.

Илла перевела взгляд на доктора. Несмотря на то, что она недавно вроде бы проснулась, держать концентрацию не получалось и глаза закрывались сами собой.

— А почему я боли не чувствовала, когда очнулась там, под сценой? Это же не нормально? И сейчас не очень больно.

Врач начал что-то обстоятельно отвечать про адреналиновый шок, но снотворное, которое он незаметно для пациентки подключил к капельнице, заработало, и Илла уснула.

— Вот и славно. Больше спит — быстрее начнётся выздоровление.

Он кивнул на прощание господину Юн, попросил медсестру, молчаливой тенью стоявшую у двери, принести полотенце, чтобы муж важной персоны смог принять душ, и вышел из палаты. Он изображал оптимизм, но рассказывать им обоим, как хирурги собирали стопу по кусочкам, очень не хотелось. Пусть думают, что она и правда легко отделалась и есть шанс вернуться к любимым каблукам. Сейчас оптимизм для них очень важен. Тем более, что им троим и правда повезло, в отличие от тех, на кого они упали, и господин Юн правильно делает, что всеми силами избегает ответа на этот вопрос.

Илла внезапно открыла глаза и снова повернулась к мужу.

— Скажи мне одну вещь. Балка сломалась или её подрезали?