Встречая судьбу

Глава 15

Глава 15

Не то, чтобы Илла считала себя уже своей в доску в Южной Корее, которая разбирается в традициях и ритуалах, но как минимум, думала, что её мало уже чем можно удивить. Похороны — они же везде одинаковые. Да и в дорамах она часто это видела, как собираются в похоронном зале люди, говорят слова сочувствия родственникам, потом кланяются портрету (а не гробу) ушедшего и идут покушать. В принципе, более или менее как везде.

Чего она не ожидала, так это того, что принимать сочувствия приходилось ей. Точнее, конечно, Чи Мину, которого она поддерживала у портрета, потому что на своих ногах мальчик стоять не мог. Хоть и знали все, что Хан Бёль доживала последние дни, а всё равно сообщение о смерти застало врасплох. И если бы она сама не организовала свои похороны, заранее всё подписав и оплатив, честно говоря, оставшиеся родственники однозначно бы облажались.

Куда бежать, кому звонить? Илла помнила, что когда её мама умерла, основную организационную нагрузку взяла на себя Владлена как более приземлённая и морально собранная. Так и тут. Она держала Чи Мина за руку, не отпуская ни на минуту, Чан Соль в это время постоянно куда-то исчезал, контролируя, чтобы пришедшие почтить память госпожи Ли нашли себе место за столами в комнате, где раздавались угощения. По идее, надо бы, конечно, наоборот всё сделать, только все понимали, что толку от Иллы там немного, поэтому она работала морально поддержкой. Да и физической тоже, потому что Чи Мин был вне себя от горя и всё норовил сползти по стенке.

В принципе, если бы она смотрела на это со стороны, то получить новый опыт всегда неплохо. Но не когда ты стоишь рядом с портретом умершего десять часов. А после того, как Илла узнала, что делать ей это три дня, глаз непроизвольно начал дёргаться. Поневоле вспомнилось, как быстро они провели похороны мамы: прощание за час в зале морга, непосредственно захоронение на городском кладбище и поминки в городском кафе - на всё про всё ушло полдня.

Конечно, стоит принять азиатские заморочки. Но не три дня же!

К концу похорон, когда у Иллы и Чи Мина закончились комплекты чёрной одежды и самообладание, поток посетителей иссяк. Женщина облегчённо выдохнула, потому что ещё вчера она могла поколотить любого, кто к ней посмел бы подойти с тупыми вопросами. Особенно это касалось журналистов, которые дали им передышку только в первый день. Они как вороны налетали на любого человека, выходящего из траурного зала больницы, пытаясь взять комментарий. Их интересовало всё — кому достанутся капиталы, создан ли фонд для несовершеннолетнего Чи Мина, оставит ли господин Юн компанию или же продаст её, не желая связываться со строительным бизнесом, как переживает трагедию юный господин Ли, оставшись один в этом мире?

На последних вопросах Илла в какой-то момент начала отвечать на чисто русском «какое ваше соб....», и Чан Соль ловко её перехватил, отправив вместе с сыном покушать, а сам остался на растерзание этих стервятников, вежливо по кругу отвечая на одни и те же вопросы одними и те ми же словами. Святой человек!

Больше всего её беспокоило то, что мальчик не реагировал на это. Ни вспышки гнева мачехи, ни мягкое управление отца — Илла с Чан Солем его одевали, кормили (с ложечки, потому что сам он есть не мог), умывали.

— Ты была такой же в больнице, — посеревший Чан Соль сейчас больше всего напоминал умертвие с огромными мешками под глазами из-за бессонницы. Глядя на это все, Илла мысленно дала себе клятву никогда так больше мужа не волновать.

Вспомнив, как долго она выходила из этого состояния, Илла сжала зубы и покрепче прижала ребёнка к себе. Секретарь уже передавала ей сводку новостей, где журналисты недоумённо спрашивали, кто она, собственно, такая, чтобы так держать чужого ребёнка, и чем его так быстро подкупила. Сил вопить и таить злобу не оставалось. Она просто записывала все издания, хейтеров и просто сплетников, на которых потом подаст в суд. Уж она найдёт, за что. Одна интернет-газетёнка вообще перешла все границы и намекнула, мол, уж не её ли он вообще ребёнок? Илла, когда это прочитала, сначала глазами похлопала — в смысле, она родила, что за чушь? Пятнадцать лет назад, когда она в Южной Корее ни разу не была? Как можно искать вообще что-то общее в их лицах, когда Чи Мин — чистейший кореец, а в её генах кто попало «потоптался», конечно, но уж корейцев не наблюдалось, она проверяла, когда это стало доступным.

Вообще, если бы Мин Со не ходил с мрачным лицом и не рвал в ярости газеты, она бы вообще пропустила всё мимо себя, как пропускала всё, в чём ничего не понимала или не хотела разбираться в данную минуту. Пройдёт пара дней, у журналистов всех мастей появятся новые информационные поводы и эта атака сойдёт на нет, останутся только нормальные, влиятельные издания, с которыми не стыдно и пообщаться. Сейчас ей, откровенно говоря, важнее поддержать мужа и ребёнка, чем обращать внимание на то, кто какой слух пустил. И вообще, сейчас она не вице-директор, а просто жена и мачеха, пусть остальным другие занимаются, у них штат юристов, в конце концев, с неплохой такой зарплатой.

Через несколько дней, когда всё наконец-то закончилось, урну с прахом Хан Бёль поместили в колумбарий, а Чан Соль с сыном прикрепили к пиджакам траурные ленточки, которые они будут носить ближайшие сорок девять дней, Илла сидела в необставленной гостиной их нового дома, где стоял только обеденный стол и стулья. Она размышляла.

Думы были, в основном, нерадостные. Несмотря на то, что бывшая жена Чан Соля предупредила, можно сказать, заранее о своей грядущей смерти, они всё равно ничего не успели. Дом, слава богу, купили уже построенным и с самой необходимой обстановкой на кухне и в ванных комнатах. Со всем остальным помогал дизайнер, и что-то уже, в принципе, готово к заселению, как они и хотели, но это всё равно ещё далеко от комфорта.

А ещё учёба — непонятно, стоит оставить ребёнка в старой школе и возить его туда, как и раньше, или искать поблизости новую. Но Чи Мин всё равно занимается в музыкальной академии, туда так или иначе ездить далеко и проще сразу с утра забирать его с собой в город, чем обдумывать логистику во второй половине дня. У Хан Бёль был специальный водитель, который и возил мальчика по школам, может, стоит продлить с ним контракт? Сейчас это взял на себя Чан Соль, но сколько можно уже всё кидать на мужа, он не железный, в конце концов.