Страница 8 из 77
Дверь скрипнула, распахнулась. На пороге стоял взмыленный Белов.
— Артур Викторович, это невыносимо! — зашипел тренер, нервно дергая молнию кожаной куртки. — Они же ни хрена не делают!
— В смысле не делают? — я оторвался от бумаг.
— В прямом! Распаковали один короб, покурили. Потом попили кофе. Теперь стоят посреди коридора и ругаются из-за какой-то ерунды! Я им слово — они мне два. Послали меня… тренировать, в общем.
— Так, а я вас куда отправлял? — нахмурился я в ответ. — Почему вы не в зале?
— Так я ж и был там, потом услышал ругань, — проворчал Белов. — И понял, что они филонят.
Я тяжело вздохнул, бросил пачку старых накладных в мешок и вышел из кабинета вслед за помощником.
Ситуация в коридоре полностью подтверждала слова Белова. Четверо рабочих стояли кружком, опираясь на стремянки, и увлечённо спорили.
— Я тебе говорю, Илюха, воздуховод надо опускать ниже! — доказывал кучерявый, размахивая рулеткой. — Тут перекрытия старые, будет вибрация воздуха. Гудеть всё начнёт!
— Какая, к чёрту, вибрация, Коля⁈ — заорал в ответ лысый, брызгая слюной. — У нас повороты будут не под острым углом, а плавные! Плюс само оборудование бесшумное, там установки новые. Ты физику в школе учил вообще? И чертежи смотри!
Двое других с интересом наблюдали за дебатами, лениво щёлкали семечки, и лузга летела на пол. Ох, если увидит баба Зина, будет и им тренировка, бег с препятствиями. Причём препятствием будет швабра, которая будет свистеть над их головами.
Я осмотрелся. Ни намёка на короб, ни одного пробитого отверстия в стене.
Не произнося ни слова, я остановился в паре метров от этой компании, скрестил руки на груди. Мой немигающий и абсолютно холодный взгляд врезался в лицо кучерявого Коли.
Спор начал затихать. Рабочие один за другим оборачивались, натыкаясь на мой молчаливый прессинг.
— Время идёт, господа, — спокойно, без тени эмоций констатировал я, когда повисла тишина. — Если вы не смонтируете вентиляцию по всей базе до одиннадцати утра, вашей фирмы придёт солидный штраф, за срыв сроков.
Лысый Илья пренебрежительно скривился.
— Да нам-то плевать, начальник, — хмыкнул он, доставая из кармана зубочистку и прикусывая её зубами. — Пусть фирму штрафуют. Мы на окладе сидим.
— Ошибаетесь, — на моих губах появилась зловещая улыбка. — Штраф фирмы это проблема директора. А вот то, что директор, выплатив этот штраф, лишит всю вашу бригаду премии… Вот это уже лично ваша проблема. Я позабочусь о том, чтобы он узнал, по чьей вине сорван контракт.
Лысый Илья замер. Кучерявый Коля нервно сглотнул, переглянувшись с товарищами. Аргумент про премии ударил точно в цель, пробивая их пролетарскую броню надежнее любой дрели.
— Слышь, Илюх… — Коля торопливо подобрал с пола перфоратор. — А ведь если угол скруглить, то и правда вибрации не будет.
— А я тебе о чём толкую? — засуетился Илья, взлетая на стремянку быстрее белки. — Чертежи смотри лучше. Давай, размечай! Санёк, тащи перфоленту, живо!
Бригада мгновенно пришла в движение. Завизжали свёрла, вгрызаясь в бетонный потолок, застучали молотки. Ленивцы превратились в эталон трудолюбия.
Я развернулся, отправился в кабинет, взглянув напоследок в сторону Белова. Помощник спохватился, начиная было наслаждаться музыкой строительных работ. И отправился в сторону тренажёрного зала.
Вернувшись в кабинет, я продолжил методично запихивать старые, пожелтевшие папки и сломанные канцелярские принадлежности в чёрные пластиковые мешки для мусора. Вроде даже почти справился. В то же время я прокручивал в голове команды, которые могли повлиять на ухаля. Вот только таких команд не было. Тапироиды невосприимчивы к звуковым сигналам. Их может двинуть с места либо повышение температуры, вот как в случае с Искоркой, либо вибрация под лапами. Можно попробовать использовать фонарик.
Но это всё не то. Мне казалось, что есть ещё какой-то действенный способ.
Да ещё меня беспокоили данные со смарт-браслета. Ловкость понятно, там закономерная единица, что свойственно ухалям. Но энергия — 1. Это было очень плохо. Я бы ещё понял, когда в окошке высветилось бы 3, или 2. Но единица…
Надо как-то расшевелить эту гору. Кровь должна циркулировать. Тапироид должен шевелиться. Может массаж для начала? Надо будет проконсультироваться с Полиной.
Мимо меня пролетел Живчик, да так быстро, что я забыл о чём думал.
Джек-терьер тревожно лаял, вокруг него кружилась вихревая энергия, закручиваясь в мини-смерчи. Вихревой терьер очутился у моих ног, оставляя на линолеуме пару царапин, подпрыгнул, ухватил меня зубами за край штанины и настойчиво потянул в сторону двери. Шёрстка Живчика слегка топорщилась, а в серо-голубых глазах читалась крайняя степень беспокойства.
— Что с ним? — нахмурился я.
— Какая-то путаница! — тревожно застрекотал Сверчанский, выглядывая из-под воротника моей куртки. — У этого лохматого егозы в голове сплошная каша. Он боится, беспокоится. Только и слышно что: «Бегом! Там что-то! Надо спешить!» Больше ничего разобрать не могу, речевой поток смазанный.
Я не стал терять времени на расспросы. Звери, особенно с растущим Ядром, редко паникуют без причины. Их инстинкты часто опережают человеческую логику.
В этот момент в кармане завибрировал телефон. На экране высветилось имя Полины. Я тут же принял звонок.
— Артур Викторович, срочно в карантинный блок! — голос Дока был холоден и встревожен.