Страница 1875 из 1908
Подозрительность Кассандры не должна была меня удивлять, но удивила. Через нее я почувствовал, как стены старого лабиринта — который, как я думал, сжег — поднимаются, чтобы поглотить меня. Я мог доверять Лину, но не его людям; мог доверять Олорину, но не его слугам... Мог ли я доверять людям Лориана?
Невидимые ножи мелькали в бесчисленных руках, выскакивая из теней еще более глубоких теней. Мое собственное отражение встретило меня, когда двери трамвая закрылись, призрак, вернувшийся, чтобы заглянуть в дни своей жизни.
Моей жизни.
Будет ли это моей жизнью навсегда?
Стены в конце концов сомкнулись вокруг Вильгельма, заперли его в стеклянной коробке, лишив даже возможности свободно покидать свои покои. Король может двигаться только на одну клетку за раз и только туда, где не видит опасности. Вильгельм был лишен всех своих ходов, лишен даже рояля, музыка которого была его убежищем, его последней и личной радостью.
Неужели и у меня, в свою очередь, отберут все, и я буду окружен врагами, переодетыми друзьями? Рабами? Льстецами? Неужели я потеряю Кассандру? Селену? Саму мою душу?
Я коснулся рукояти меча. Меча Гибсона. Меча, который Августин Бурбон дал убийце, когда его попытка с ножом-ракетой провалилась.
Это уже была моя жизнь — и была моей с самого начала.
«Сирота!» — я попробовал снова, наблюдая, как редут дануанцев скользит под нашим трамваем. «Сирота, что происходит?»
На этот раз гигант ответил. «Корабль!»
«Корабль! Корабль!»
«Какой корабль?» — спросил я, глядя на Кассандру, пока мы скользили в темноту.
«Не знаю», — ответил Сирота. «Пока не знаю».
«Нет маяка!»
«Как далеко он?» — спросил я.
Но монстр не ответил.
«Сирота!»
Монстр был погружен в общение с самим «Демиургом», его разум блуждал среди антенн и датчиков дальнего действия. Я раздраженно зашипел и толкнул двери, открывшиеся в черный вестибюль у подножия последней длинной лестницы.
Стая серебристых проекторов плавала в воздухе, когда мы вошли на мостик, их гудение сотрясало помещение, как будто крыша над нашими головами была кожухом огромного барабана. Они рисовали в воздухе изображения в ложных цветах, отображая зеленоватую громаду, появившуюся у нашего правого борта.
Я не узнал его. По крайней мере, не сразу. Мы были так далеко от всего, кроме моей неживой звезды, которая, казалось, жила на этом расстоянии, хотя и была убита, что света было недостаточно, чтобы ясно разглядеть корабль, и поэтому зернистые изображения, которые датчики Сироты проецировали в воздухе, показывали судно в форме сигары с гладким внешним корпусом и центральной секцией, выполненной в сложных формах.
«Это экстрасоларианский корабль», — узнала Кассандра.
«Они отправили легкие корабли», — сообщил мне Сирота.
«Как далеко?» — спросил я.
Сирота посмотрел на меня. Его плащ — плащ Кхарна — валялся скомканным на полу. На великане были только набедренная повязка и драгоценности. «Сам корабль? Семь минут на фотоне».
«Семь минут сорок девять секунд».
«Они нас вызывали?» — спросил я.
«Нет».
«Нет», — подтвердил великан.
«Приготовься к передаче по моей команде», — приказал я, спускаясь по ступеням с возвышения. Я поднял руку и увидел, как засияли глаза ближайшей ко мне серебристой рыбки. «Неидентифицированный экстрасоларианский корабль, это «Демиург». Остановитесь, опустите щиты и идентифицируйте себя, или мы будем вынуждены считать вас враждебными. Повторяю сообщение: Неидентифицированный экстрасоларианский корабль, это...» Сделав это, я посмотрел на Сироту. «Сколько времени пройдет, прежде чем первый лихтер получит это сообщение?»
«Три минуты, восемнадцать секунд», — ответил кастрат.
Бас добавил: «Они приближаются. Ускорение превышает смертельный предел».
Это точно экстрасоларианцы.
«Ты можешь указать местонахождение лихтера?» — спросил я. «Я хочу его увидеть».
Шестипалая правая рука поднялась и указала.
Я сразу узнал маленький корабль. Он был похож на ангела без головы, крылатого человека с оружием вместо рук и сжатыми ногами.
Это был кефалофор, одноместный корабль, пилот которого летел в положении лежа. Если человек внутри был полностью человеком, он, должно быть, находился в жидкости и был вынужден дышать кислородным гелем.
Если человек был полностью человеком.
Если.
«Это один из кораблей Флота Круглого стола», — узнала Кассандра. «Должен быть».
Кефалофор выглядел как латарранский.
«Невозможно...» — я осмелился надеяться. «Этот ублюдок снова это сделал».
«Это «Туманный Странник»?» — спросила Кассандра, широко раскрыв глаза.
В этот момент на мостик вышел Эдуард, он выглядел изможденным и испуганным. Услышав слова Кассандры, он заметно расслабился. «Это невозможно. Этот человек так же зачарован, как и ты».
«Более зачарован», — поправил я. «Он никогда не умирал».
«Внимание», — раздался голос «Демиурга». «Входящая передача. Стандартный идентификационный код звездолета: LMSJ-0041...»
«Туманный Странник», — произнес я, не дожидаясь, пока машина закончит оповещение, мои глаза увлажнились. «Соедини нас».
Голос, который донесся по связи, принадлежал не Лориану, а одному из его людей, драгуну, летевшему в первом кефалофоре. «Лорд Марло! — сказал он. «Я приветствую вас от имени Верховного Коменданта! В результате взрыва мы потеряли основные и резервные коммуникационные системы, поэтому он послал нас вперед».
«Рад слышать твой голос, солдат», — сказал я. «Как вам удалось спастись?»
Я подождал, пока закончится задержка связи.
«Мне приказано не говорить, сэр», — ответил драгун. «Он сказал, что вы спросите, и велел мне сказать только, что он сам вам расскажет...»
«В другой раз», — докончил я, синхронно с передачей.
В другой раз.