Страница 57 из 86
Глава 3 Из «изменников» в судьи: как безвинно осужденный прошел лагеря и возглавил районный суд
Тот, кто сам столкнулся с государственной несправедливостью, зачастую глубже других понимает ценность законности. Биография председателя суда Николая Маланичева полностью подтверждает это правило. В 1951 году, будучи военнослужащим, он был арестован по ложному обвинению в шпионаже и приговорен к 10 годам лагерей по политической статье 58–10 УК РСФСР («Антисоветская агитация») с последующим поражением в правах. В 1955 году дело полностью прекратили за отсутствием состава преступления, а самого Маланичева реабилитировали. По всей видимости, он стал единственным человеком в советской и российской истории, который возглавил орган правосудия после столь тяжелого репрессивного опыта. Юрист, прошедший через фальсификацию обвинений, пытки и лагерную систему, не сломался, а посвятил жизнь защите граждан: сначала в качестве адвоката, а затем — как судья.
20 ноября 2025 года Сокольскому районному суду Вологодской области исполнилось 65 лет. Больше половины этого срока его возглавлял Николай Маланичев. В преддверии юбилея нам удалось ознакомиться с архивным личным делом этого уникального судьи.
Все началось в годы Великой Отечественной войны. Вот строки из его личного письма тех лет:
Краснофлотский привет с Тихого океана.
Здравствуй, многоуважаемый дружище Леша!
Шлю тебе привет товарища по школе и привет краснофлотца-подводника, вернее ученика Военно-морской школы. Такая пора, когда млад и стар готовы и идут на фронт защищать Отечество от нашествия варваров, гуннов-немцев.
Кончится война, разобьем фашистов и тогда заживем снова прекрасно. Встретимся тогда: ты — инженер с портфелем и задумчивым видом, а я… Что я? Да просто буду служить во флоте. Чтобы мне стать работником флота, мне еще 5 лет учиться, но и тебе, чтобы стать инженером, столько же. Моя мечта быть военным сбывается. Научный кругозор сравнительно расширился. Учиться трудно. Так, например, изучаем электронавигационные приборы — это один из предметов штурманского дела. Здесь все основано на законах астрономии и точной механики.
Леша, иногда вспоминаешь, как мы проводили былое времечко? Помнишь, как мы спорили на различные темы? Я сейчас вступил на самостоятельный жизненный путь.
Пока, твой друг Малан. 01.02.1942 г.
Когда Николай Маланичев писал это письмо другу, ему было 18 лет. К началу Великой Отечественной войны он окончил 10 классов, что по тем временам считалось хорошим образованием. К тому же юноша учился только на отлично, за что получил прозвище Белинский. Однако на фронт он не попал: его направили в военно-морскую школу.
— Вместе с другими молодыми ребятами папа учился в отряде подводного плавания Тихоокеанского флота, — рассказывает дочь судьи Вера Маланичева. — Вероятно, их готовили к войне с Японией. Но в итоге его направили сопровождать корабли, которые перевозили грузы из США в СССР. Отец сделал 14 рейсов. Великую победу встретил в Сан-Франциско. Он рассказывал нам, близким, как это было. Их — советских моряков — американцы буквально носили на руках! Забрасывали цветами, обнимали…
Николай Маланичев
После США были командировки «по правительственному заданию» (так значилось в документах) в Канаду и Японию. Деталями этой службы Николай никогда ни с кем не делился, но бережно хранил награды — орден Отечественной войны II степени и медаль «За победу над Японией». Вскоре его перевели в Находку, где он возглавил секретную часть штаба Сучанского сектора береговой обороны Тихоокеанского флота.
В 1946 году Маланичев взял краткосрочный отпуск и отправился на родину, в Горький (ныне — Нижний Новгород), к своей первой школьной любви.
С Александрой (Шурочкой) Николай познакомился еще в старших классах: она была сестрой его одноклассника Алексея — того самого, которому он писал письма с Тихого океана. «Я думала, он к Лешке ходил, а он к Шуре», — шутила позже мать девушки. В том же 1946 году влюбленные поженились, и Николай увез молодую жену на Дальний Восток, где у них родилась дочь Вера. В июне 1949 года Маланичев демобилизовался и вместе с семьей окончательно вернулся в родной город, завершив военную службу.
Николай Маланичев
Передо мной — личное дело Маланичева. Внутри — учетный листок, где указано, что он русский, из рабочей семьи, с 1949 года учился в Горьковском филиале Всесоюзного юридического заочного института (ВЮЗИ). В июне 1951 года Николая арестовали.
Близкие вспоминают, как это было: представители КГБ пришли прямо на экзамен, завершавший учебный год. Ничего не объясняя, они заявили, что Маланичев подозревается в шпионаже.
«Я был арестован 9 июня 1951 года по оговору», — напишет он позже в автобиографии. Никаких подробностей следствия в официальных документах Николай, увы, не оставил.
Произошедшее шокировало семью. Родители — мать, бывшая заместителем главного врача поликлиники, и отец, рабочий на заводе, — не сомневались в невиновности сына. Но когда чекисты пришли к старшему брату Николая, который завершал обучение в военном вузе, тот публично отрекся от арестованного родственника. Это произошло при молчаливом согласии матери. «Очень уж брат хотел стать генералом», — говорят близкие. Забегая вперед, отмечу: генералом брат стал, а о том, какой ценой, — в семье старались не вспоминать.
— Когда папу забрали, мне было четыре с половиной года, — рассказывает Вера Николаевна. — Никто ничего не понимал. И вообще старались не поднимать эту тему. Но я знаю, что, когда мама написала жалобу в Москву, на имя Лаврентия Берии, ее вызвали в местное Управление МГБ и сказали: «Еще раз напишешь — арестуем и тебя. Дочь без обоих родителей останется».
Суд приговорил Маланичева к 10 годам исправительно-трудовых лагерей с лишением всех прав. Вера Николаевна вспоминает, что они с матерью несколько раз навещали отца в лагере. Дорога была изнурительной: приходилось добираться на грузовых поездах и открытых товарных платформах.